Анна Ланц – Хранительница (страница 2)

Усевшись на диван с закрытыми глазами, я попыталась воскресить в памяти ночные шаги. Нет, они определенно мне не приснились. Я точно слышала их у себя над головой. Готова поклясться, что был даже звук поскрипывающих половиц.

Открыв глаза, я уставилась на ковер, висевший напротив. Большой, красный, с витиеватыми узорами. Он закрывал практически всю стену от пола до потолка. Не мешает проверить, что там.

Приподняв тяжелое полотно, я заглянула за него и не удержалась от победного восклика. За ковром пряталась небольшая дверь. Ручки на ней не было. Поэтому я просто толкнула ее плечом, но та и не думала открываться.

Большая железная замочная скважина красноречиво намекала, что дверь заперта. Ну что же, ожидаемо. Но я тоже просто так не сдамся. Тем более вчера, в одном из кухонных ящиков, мне попался похожий ключ. Я быстро нашла его и вернулась. Он подошел идеально.

Пол-оборота в скважине, еле слышный щелчок и дверь распахнулась, открывая проход к деревянным ступенькам, ведущим наверх.

Теперь, когда дверь была открыта, я не спешила подниматься. А что, если тот человек все еще там? Может, это бездомный, поселившийся в пустующем доме. Только непонятно, как он смог туда попасть, если проход на чердак был заперт на ключ.

– Эй, есть кто там? – крикнула я в пустоту. Прислушалась, сверху не доносилось ни звука. Постояв пару минут, я набралась храбрости подняться.

Сняв несколько металлических петель со стены, я откинула ковер, распахнула чердачную дверь пошире и приперла ее рюкзаком, чтоб не захлопнулась в самый неподходящий момент. И даже приоткрыла входную дверь. Я рассудила, что, если наверху окажется кто-то агрессивный, надо чтобы у меня был путь к отступлению.

Пожелав самой себе удачи, я проверила фонарик на телефоне и начала медленно подниматься.

Десять. Ровно столько я насчитала ступеней, пересчитывая каждую из них от волнения. На удивление они не скрипели, что не могло меня не радовать. Хотя на неожиданное появление для незнакомца я все равно не рассчитывала.

Глаза быстро привыкли к сумраку, поэтому, преодолев последнюю ступеньку, я жадно начала осматривать открывшееся помещение, готовая в любую секунду дать деру.

Но ничего опасного, на первый взгляд, на чердаке не было. Какие-то старые коробки, сундук, пара поношенных валенок, валяющихся прямо у входа.

Заметив на стене выключатель, я щелкнула им. Помещенье осветилось скудным светом одинокой лампочки, висевшей под потолком.

Уже смелее, я начала продвигаться внутрь. Обычный чердак деревенского дома. Вот коробка со старой поношенной обувью, а в этой, судя по шелухе, когда-то хранили лук. Даже красивый старинный сундук не порадовал содержимым. В нем обнаружился тулуп с дырами.

А главное, никаких чужаков. Я даже не знала, радоваться этому или расстраиваться. То, что никого не было – это определенно хорошо, но шаги-то я слышала. И большой вопрос, как этот кто-то сюда проник, ведь вход на чердак был только через дом. Окон тут не было.

Дойдя до противоположного конца помещения, я остановилась у последней находки. Это было зеркало в полный рост, приваленное к стене. Его обрамляла старинная, чуть потемневшая от времени, металлическая рама с необычными символами. Я замерла, пораженная. Шикарная вещь, добротная, антикварная. Видимо, когда-то зеркало было закрыто простыней, но сейчас она сползла и бесформенно валялась на полу.

Отпихнув ткань ногой, я подошла ближе. Протянула руку и потрогала необычное обрамление. Металл показался горячим.

Интересно, почему такую великолепную вещь оставили пылиться на чердаке. Надо будет забрать его вниз, в доме как раз не хватало зеркала в полный рост. Имелось лишь небольшое в ванне над раковиной.

Обхватив раму обеими руками, я попробовала сдвинуть предмет с места. Но не смогла переместить его ни на сантиметр.

– А ты тяжелый, дружочек, – сказала я, глядя в свое отражение, – наверное, поэтому тебя тут и бросили.

Оставив зеркало до лучших времен, я еще раз внимательно осмотрела чердак. Больше ничего стоящего внимания тут не нашлось. Лишь коробки с разным хламом. Намеков на прибывание здесь бездомного тоже не было.

Попробовала разглядеть следы на полу. Но он, на удивление, оказался чистым. Видимо, прошлая хозяйка – а по документам домом владела именно женщина – была аккуратисткой.

Закончив с чердаком и выпив кружечку чая, я отправилась знакомиться с соседями. Во-первых, не мешало посмотреть, кто живет рядом, да себя показать. А во-вторых, надеялась, что они подскажут, почему дом продали за бесценок. И не связано ли это со странными ночными шагами.

Еще вчера я приметила, что многие дома на улице стояли безжизненными. Наверное, хозяева используют их под дачи и не живут тут постоянно.

Но в доме по соседству кипела жизнь. Бегали куры, гуси, мекала, привязанная к забору, коза. С него я и решила начать. На стук мне открыла пожилая женщина в платье до пят, с завязанным на поясе фартуком.

– Разувайся и проходи, – бросила она мне, гостеприимно распахивая дверь, и тут же кинулась обратно в дом. – У меня пирог подгорает. – Крикнула женщина уже откуда-то с кухни.

Я растерянно потопталась, но долго сопротивляться не стала, сняла кроссовки и последовала за хозяйкой. Ароматы с кухни доносились божественные.

– За яйцами пришла, аль за молоком? – спросила женщина, вытаскивая из духовки пирог.

– Я знакомиться к Вам пришла. Меня Настей зовут, вчера по соседству жить переехала, – я махнула рукой в сторону своего дома.

Женщина переложила выпечку с противня на тарелку и с любопытством глянула на меня.

– Зинкин дом продался наконец, это отличные новости. Меня Светлана Ивановна зовут.

– Приятно познакомится! А почему «наконец»? Долго продавался?

– Месяца три, может, четыре, – поразмыслив, ответила хозяйка.

– Вот как. Вы не знаете, почему Зинаида решила дом продать?

– Знаю, отчего ж не знать. Возраст. Ровесницы мы с ней будем, может, даже я и помладше. Тяжело ей хозяйство вести, вот и решила переехать в город к сыну. – За разговором Светлана Ивановна шустро заварила чай и порезала пирог, поставив передо мной большой кусок. – Угощайся! – Отказываться я не стала, запахи пробудили во мне страшный аппетит.

– Спасибо! Удивительно, что так долго продавали, – продолжила я гнуть свою линию, – цена была совсем невысокой.

– Кто же поймет этих городских.

– А странного за домом ничего не водится? Может, привидения какие? – не унималась я.

– Да какие еще приведения, – всплеснула руками хозяйка, – обычный дом. Зина в нем всю жизнь счастливо прожила. Никогда ни на что не жаловалась.

Тут Светлану Ивановну отвлек стук в дверь, пришел сосед купить десяток яиц.

– Ты тоже ко мне приходи за продуктами, – порекомендовала она, когда распрощалась с покупателем, – у меня и молочко домашнее, и творожок. Яйца всегда свежие. И цена дешевле, чем в магазине.

– Обязательно приду.

– На этой неделе всего вдоволь есть, – продолжила хозяйка, – а на следующей, в майские праздники, дачники понаедут и все у меня раскупят. Так что имей в виду.

– Спасибо, зайду через пару дней, – пообещала я. – Много сейчас жителей в деревне?

– На нашей улице всего три дома жилых, если твой считать. На буднях тишина и спокойствие. А вот на выходных городские появляются. На эти внучок мой собирается приехать, видный парень, – женщина вдруг оживилась. – Ты, кстати, замужем?

– В разводе, – призналась я со вздохом.

– Вот и ладненько, – чему-то заулыбалась хозяйка, подкладывая мне еще кусочек пирога.

Расстались мы с соседкой довольные друг другом. Я счастливая после двух кусков шарлотки, а она обрадованная моим обещанием приходить за творогом и яйцами.

Дома я еще раз осмотрела чердак, но ничего подозрительного так и не заметила. Тогда, заперев дверь и завесив ее ковром, я переставила диван к стене.

Оставалось надеяться, что ночные шаги принадлежали бездомному, который каким-то образом сумел покинуть дом, когда в нем объявилась новая хозяйка.

2

Ночь прошла спокойно, а утро встретило меня голосистыми криками петуха. Я лениво потянулась, мечтая о чашечке кофе. Но в арсенале был лишь чай в пакетиках и яйца. Опять. Пора уже найти магазин побольше и купить себе еды поразнообразней. И подумать о поисках работы, так как деньги стремительно подходили к концу.

В деревне мне уже начинало нравиться. Свежий воздух, уютный дом. Может, стоит и работу тут поискать, чтоб не тратить время на дорогу до города. Например, сельским учителем математики. В конце концов, не зря же я пять лет проучилась в педагогическом.

За приятными и не очень мыслями я не сразу обратила внимание на звук шагов.

«Какого лешего», – выругалась я, когда над моей головой отчетливо скрипнула половица. Снова шаги. И тишина.

Я вылезла из кровати, на цыпочках дошла до двери и, чуть приоткрыв ее, заглянула в гостиную. Никого. Диван по-прежнему стоял вдоль стены, перегораживая вход на чердак.

– Еще немного, и я действительно начну верить в привидения, – пробубнила я себе под нос.

Сегодня страха не было, лишь злость на неведомого гостя, поселившегося у меня под крышей. Пыхтя, я отодвинула диван на его законное место в центр комнаты и отперла дверь.

– А ну, выходи по-хорошему! – крикнула я в темноту. В ответ тишина. Ни шагов, ни шорохов. – Поторопись! Иначе я сама сейчас поднимусь и вышвырну тебя вон из моего дома!