Анна Кувайкова – В ловушке сна: маранта (страница 8)
Но нет. Он не станет. Маранта отдала ему себя всю, что было больше, в десятки, а то и сотни раз больше, чем он мог надеяться в самых смелых своих мечтах. Только и этого мало. Недостаточно, чтобы окончательно снять проклятие и обернуть против мага, его наложившего. К сожалению, только так можно вернуть к жизни Повелителя.
Маленькая маранта… Почему же ты оказалась столь сильна и в то же время настолько слаба?
Будь под боком наследника хотя бы три таких, и он стал бы практически всесильным. Но жестокая шутка судьбы: такая яркая душа оказалась столь недолговечной. Хотя мужчине казалось, что запас её чувств и эмоций никогда не кончится. Он был даже немногим больше, чем он смог впитать… Только это – лишь наваждение, мираж. Девушка отныне и навсегда станет пустышкой. Лерат, не удержавшись, выпил её душу до дна, гораздо сильнее, чем требовалось, чтобы она осталась в сознании, с расшатанной психикой, неуравновешенной, запуганной, но всё же. Теперь маранта, если и очнётся, станет безмозглой куклой…
Мужчина сел, потирая пальцами виски. Пьянящий коктейль её необычных эмоций до сих пор не давал ему покоя. Слишком сильным было её удивление, шок, недоверие и страх, перерастающий в панику. Это было странно. Её страх был вызван не его присутствием, вовсе нет! Она боялась чего-то другого… И она была в ярости. Причём такой, что, поглотив её однажды, лерат не избавил маранту от злости даже на незначительный промежуток времени. Она опутывала душу провидицы и направлена была не на него. Девушка злилась на что-то иное.
Жаль…
Прикрыв глаза, Аделион большим пальцем проследил контуры её чувственных губ. Жаль, что он не сможет насладиться ими ещё раз. Он не смог сдержать себя, не нашёл сил обуздать свой порыв… И лишился в один миг того, чем мог бы подпитываться долгие годы.
Поднявшись, слегка покачиваясь, лерат медленно преодолел три широкие мраморные ступени, коря себя за то, что сделал, но не прекращая наслаждаться сладким дурманящим чувством.
Тихий, едва различимый чувствительным ухом стон заставил его замереть на месте.
Нет… Ему просто показалось!
И всё же, повернувшись на звук, мужчина обомлел, ощутив то, что никогда не смог представить ранее. Обморок маранты довольно быстро и незаметно перешёл в сон, неспокойный, наполненный какими-то видениями. Девушка тихо стонала, морщилась, едва заметно шевелилась, слабо сжимая пальцы в кулачки… и испытывала при этом эмоции! Достаточно сильные, различимые даже на расстоянии.
Невозможно!
Глубоко вдохнув, мужчина отпрянул назад, мгновенно оказавшись возле входной двери. Новые эмоции маранты, невесть откуда взявшиеся, притягивали со страшной силой. Сначала слабые, практически незаметные… Лерат судорожно втянул воздух сквозь плотно сжатые зубы. Это невозможно!!!
Но факт. Даже спящая, девушка уже через несколько минут распространяла вокруг себя настолько сильные эмоции, что они опутывали разум лерата, словно тонкие нити липкой паутины. Вопреки всему маранта не лишилась своей души!
Сжав зубы, мужчина метнулся к одному из зеркал, возле входной двери, за которым скрывался потайной магический ход, ведущий из его личных покоев в один из рабочих кабинетов. И уже там, вцепившись пальцами в край рабочего стола из чёрного дерева, он крепко выругался, пытаясь стряхнуть наваждение, а заодно и опьянение.
Это было чем-то нереальным.
И лишь спустя долгое время метаний и сомнений Аделион понял, кто на самом деле попал ему в руки по воле капризной судьбы. Богатейший источник эмоций и чувств с широким спектром от ненависти и до других границ, пределы которых ему ещё предстояло изучить, и нереальным диапазоном. Если душа маленькой маранты была действительно настолько сильна, насколько он думал… Она могла бы стать для него мощной подпиткой, и что важно – постоянной, делающей его если не всесильным, то хотя бы позволяющей ему попытаться вытащить Повелителя лератов из глубокой магической комы. И при этом без малейшего риска для собственного здоровья!
Но как это сделать? Как удержать себя от того, чтобы ещё раз не коснуться этих манящих губ, не попробовать на вкус сладость её кожи, не вдохнуть полной грудью её приятный запах, не ощутить эти волшебные и живительные эмоции и нереально глубокие, далеко не поверхностные чувства? Как сдержать себя в её присутствии, если при малейшем проявлении её души хищник, тщательно скрываемый где-то в глубине, мгновенно вырвется наружу, безжалостно сметая всё на своём пути? Да, в этот раз провидица сохранила себя и, вероятно, уцелеет и в другой, но как долго это сможет продолжаться?
Аделиону нужно больше, он готов пить маранту снова и снова, каждый раз забирая всё, принадлежащее ей, без остатка. Но были ли гарантии, хоть какие-то, что девушка очнётся в очередной раз?
Нет. Абсолютно никаких.
И это весьма недвусмысленно означало, что… Темноволосому наследнику земель лератов придётся как следует позаботиться о сохранности и неприкосновенности новой рабыни. Лион, несмотря на незначительный, по местным меркам, возраст, был далеко не глуп и, несмотря на сильное опьянение эмоциями и лёгкое помутнение рассудка, ясно осознавал, что ему предстояло сделать. Он умел просчитывать ходы на несколько шагов вперёд.
Мужчина растянул губы в диковатой улыбке, обнажив ещё более заострившиеся клыки, а его чёрные глаза блеснули матовой поверхностью тёмных зеркал.
Его брат, Соломон ран Дейл, просто не представлял, от чего отказался в тот вечер.
Не выдержав реального воплощения ночного кошмара, я резко села, чувствуя, как бешено колотится сердце. По вискам стекал пот, заставляя мелкие пряди волос прилипать к ним, тело колотил озноб. Это было… слишком ярко, слишком отчётливо, слишком явственно для того, чтобы быть сном.
Оглядевшись ещё весьма мутным взглядом вокруг, я поняла, что никогда больше не захочу видеть какие-либо сны. Вообще.
Я всё ещё находилась в той же самой комнате!!
В душе появилось непривычное чувство невыносимой ярости, опаляющее горячим огнём натянутые, словно тонкая струна, нервы.
Как?! Но почему?! Ведь в прошлый раз, когда тот брюнет пил мою душу, я потеряла сознание и очнулась у себя дома! Не здесь, не в этом мире! Не в теле проклятой маранты, так и не сумевшей постоять за себя!
Чёртова Ловец снов, почему ты не вернула меня обратно?!
Разъярённо зашипев, что есть силы всадила кулаки в мягкую поверхность кровати, а потом ещё раз, и ещё, раз за разом пытаясь унять злость. Я ведь надеялась, что всё это мне приснилось! Я очень хотела, чтобы произошедшее за последние двое суток оказалось всего лишь сном…
Но нет! Я по-прежнему находилась в чужом мире, обитала в чужом теле, да ещё и сны какие-то привиделись, невероятно чёткие и весьма похожие на пророческие! И всё это после того, как лерат попытался меня выпить…
Да чтобы вы все так жили!
Уф-ф-ф-ф… Ладно, вдох и выдох, нужно постараться взять себя в руки и хоть немного успокоиться. Что-то мне подсказывает, в этом мире, если я уж действительно в него попала (в чём до сих пор пытаюсь наивно сомневаться), слова и мысли странной расы под названием маранты вполне могут иметь вес в реальной жизни. И пусть некоторые личности, по моему мнению, уже заслужили парочку злостных проклятий на свою голову, слишком распаляться всё равно не стоит. Мало ли чем это может обернуться.
Для меня, например.
Пристально оглядев комнату и убедившись, что в ней никого больше нет, машинально подтянула колени к груди и схватилась за голову, запустив пальцы в нереально густые волосы. Ощущение острых коготков, прошедшихся по коже головы, ещё раз подтвердили, что я не сплю.
Этому вторило неприятное звенящее чувство в голове, так же как отголоски лёгкой паники и пустоты где-то в самой глубине моей души. Души, оказавшейся в чужом теле в другом мире.
Какой бред! Кто бы только знал, как я хочу проснуться!..
Если не сейчас, то позже я обязательно проснусь в своей собственной кровати. И тогда уже сделаю всё возможное и невозможное, чтобы не попасть сюда. Ну а пока, раз уж мне никто не мешает…
Спрыгнув с кровати, чуть пошатываясь от странной слабости во всём теле, я подошла к книжным полкам, расположившимся по обе стороны стола. На всякий случай о мире, куда залетела волей грёбаной Ловец, я должна хоть что-то узнать.
Пальцы, словно живя собственной, не зависящей от меня жизнью, уверенно пробежались по корешкам старинных книг в обложках из тонко выделанной, явно старой кожи. Я очень надеялась, что она не человеческая, честно. Названия на толстых фолиантах были выполнены странной вязью, походившей на арабскую письменность. Но стоило только повнимательнее присмотреться к завитушкам, я сразу стала понимать их смысл.