Анна Кувайкова – Нюта, или Второй шанс для Антихриста (страница 8)

— Никто не виноват, что ты рыжих терпеть не можешь, — явно не маясь угрызениями совести, пожал плечами бармен, принимаясь вытирать белоснежным полотенцем крохотную пиалу. — Принес?

— Обижаешь, — фыркнул Арсений, доставая из кармана толстовки пачку маршмеллоу. Встретив выразительный взгляд Кости, шлепнул поверх еще и упаковку мармеладок. А после уточнил в полголоса. — Мы маленькую госпожу любим. И не хотим обижать.

— Пару лишних дырок в твоем теле тоже видеть не хотелось бы, — добавил Костя. И, выставив на стойку локти, серьезно протянул. — О кофейне, Дем, лучше забудь. К тому же, гоблины отношения к ней не имеют.

— Они… — обернувшись, Исаев не договорил, наблюдая за тем, как рыжая, склонившись к столу, устраивает заметно стушевавшимся близнецам словесную порку. Судя по мелко подрагивающим пальцам, вцепившимся в край стола, она б им еще и физическую устроила.

Уж в этом Исаев почему-то не сомневался. Интересно даже, почему… Не иначе, как хорошо был знаком с тяжелым нравом, присущим всем обладательницам медной гривы волос!

Да мля… Его теперь каждый раз при виде рыжих так кошмарить будет?!

— Соболевы, — коротко ответил Костя, не обращая внимания на очередной раздрай в душе своего друга.

— Кто из них приемный?

Сеня в ответ на искренний вопрос Антихриста неприлично хрюкнул.

— Да кто б на гоблинов позарился? — непритворно удивился бармен.

— Сводные они, Дем. Половина кофейни Нютина. Половина матери, — стараясь громко не ржать, добавил веселящийся Сеня.

— И какого ж хрена они так целенаправленно ее продают? — поинтересовался Исаев, понимая…

Да снова ни хера не понимая. Тайна грандиозной подставы, созданной ловкими руками Кумратова, была разгадана, да. Но вопросов, блин, меньше не стало!

И тут парень вовремя вспомнил, о чем ему ранее говорили близнецы.

Видимо в семье Соболевых было не все так гладко. Демьян в этот момент почти пожалел о том, что не интересовался последними новостями в сфере бизнеса и местных власть имущих. Что ж, наверстать упущенное было никогда не поздно. Но что-то ему подсказывало — Костя заветной информацией делиться не будет.

Похоже, не стоило при их знакомстве и задушевных пьяных разговорах крыть матом всех существующих в мире рыжих.

— Устрой мне встречу с Ярославом, — так и не услышав ответа, задумчиво попросил, проворачивая крошечную чашку на блюдце. И в ответ на внимательный взгляд друга поморщился. — Для разговора.

В конце концов, кто мог лучше объяснить все происходящее, если не третий из братьев Соболевых? Ярослав, будучи на пару лет старше гоблинов (стоило признать, прозвище к близнецам прилепилось намертво сразу), мозгами, если Демьян правильно помнил, был не обделен. Не без своих тараканов, не без самовлюбленности, но и без присутствия самовлюбленности младших мажоров. Проще говоря, с Ярославом Соболевым можно было иметь дело. Не слишком приятно, но возможно.

В конце концов, если гоблины и шли в обход сводной сестры, то вряд ли без ведома и высочайшего позволения старшего брата. Пойти против него у них кишка тонка.

Признаться честно, связываться с проблемной кофейней и не менее проблемными хозяевами Исаев не собирался от слова вовсе. Но разобраться в происходящем стоило, как минимум для предотвращения очередных нелепых ситуаций.

Как и выяснилось, почему от семейного дела отстранились родители всех Соболевых разом.

— Ты мазохист? — поинтересовался вдруг Арсений, пока Костя, хмуро кивнув, все-таки взялся за телефон.

— С чего это? — ответил вопросом на вопрос Демьян, допивая довольно недурственный кофе… И чуть не подавился, когда его жестко, безапелляционно развернули, цепко ухватив за руку.

— Не знаю, что тебе наговорили эти гоблины, — перед ним, упрямо вздернув подбородок, стояла трясущуюся от злости рыжая, едва достающая ему макушкой до плеча. Но в голосе ее отчетливо слышалась сталь. — Но заруби себе на длинном носу: эта кофейня не продается!

Исаев медленным, вдумчивым взглядом окинул девчонку с головы до ног. Прочувствовал ее мрачную решимость, заметил сжатые кулаки, которые так и чесались двинуть ему чем-нибудь вроде сковородки. Оценил суженные и потемневшие от гнева зеленые глаза, в очередной раз не нашел сходства с рыжей оторвой из своего прошлого… и усмехнулся.

Неизвестно зачем, непонятно, на кой буй, не догадываясь, нахрена…

Но Демьян вдруг отчетливо понял, что долю в этом кафе он всё-таки купит!

Глава 4

Меня потряхивало. Ух, как меня потряхивало!

От охренительной борзости распустившихся гоблинов, от безграничной наглости дорвавшегося до власти Ярослава, от восхитительной наглости Демьяна Исаева, не воспринявшего мои слова серьезно…

Да я даже на барменов своих и то была злая!

Ведь это с ними трепался тот самый Антихрист, что так снисходительно посмотрел на меня, будто на маленького ребенка, и невозмутимо принялся свой кофе допивать. И это они опять попрятали от меня все ножи сразу!

Можно было, конечно, и на кухню за любимым тесаком нашего шеф-повара сгонять. Но наша уборщица, почтенная Роза Павловна, уже не в том возрасте, чтобы кровь с дубового паркета отмывать!

Тьфу, блин. Рифмоплетство никогда не было моей сильной стороной. Но довели же, упыри!

Не хотелось придушить только Мастера — если б не его смс, я бы вряд ли вообще узнала, что Ярослав свою долю кофейни продает.

Вообще, технически, ему здесь ничего не принадлежало. Это заведение мне подарила мачеха. И если на нее была оформлена половина всего, то только потому, что мы, как все порядочные россияне, уходили от порядком надоевшей и непомерно жадной системы налогообложения. Женщина, которую я давно и искренне называла мамой, не хотела, чтобы я государству платила лишнего, да еще и свой доход пыталась нелегально на меня спихнуть. Частенько удачно, кстати!

Она всегда мне помогала, и почти никогда не вмешивалась, если я не просила. Кофейня процветала уже не первый год, прочно держась на плаву…

До тех пор, пока Ярослав, как старший из братьев, по ряду причин не встал на бразды правления всем семейным бизнесом. И, конечно, кроме моего кафе, ему вот совершенно не на что было обратить внимание!

Сволочь. Я, конечно, знала, что в отсутствие родителей именно он полноценный юридический представитель во всех их делах. Но что он полезет сюда, я даже не догадывалась!

Да еще и руками наглых гоблинов, незаметно улизнувших, как только дело запахло керосином.

Ну, ничего, погань двойная ушастая. Я с вами дома еще поговорю!

Вот только не знаю, с чего именно начать: их провокационные фотки в сеть выставить, или их любимую машину бейсбольной битой размотать?

— Маленькая госпожа всё еще не в духе? — послышалось тихое, но насмешливое, и на стол перед моей побелевшей от злости моськой опустился круглый деревянный поднос.

Я вздохнула, отлипая:

— На твое счастье гюрза[2] в бардачке осталась.

Костя, усевшийся напротив, мягко рассмеялся. И, ловко подцепив блюдце, выставил вперед гигантскую прозрачную чашку с горячим сладким какао и горсткой мелких маршмеллоу. Следом была пододвинута крошечная пиала с мармеладками…

Провинившийся бармен почти сразу был прощен.

Вот они с Сеней, конечно, оболтусы. Но все способы подмазаться к начальству изучили досконально!

Еще б они не водили сомнительные знакомства с не менее сомнительными личностями — цены бы им не было.

— Этот еще здесь? — хмуро поинтересовалась, гоняя по кружке зефирки, прежде чем сделать первый глоток.

— Здесь, — не стал спорить Костик, сразу сообразивший, о чем я говорю. И тут же поспешил успокоить, видимо здраво опасаясь, что я ему ложечку в ухо воткну. — Он не собирается покупать кофейню, Нют. Не в его интересах.

Да-а-а? Почему-то когда он в ответ на предупреждение нагло ухмылялся в лицо, мне так не показалось!

— Поверю тебе на слово, — злобно буркнула, наконец-то делая первый глоток… и расплылась в блаженной улыбке, откусив голову мармеладному медведю.

Блин, как же я, оказывается, скучала!

— Вот так-то лучше, — оценив мое блаженной выражение лица, рассмеялся бармен. И щелкнул меня по кончику носа, проявив, в общем-то, неслыханное панибратство в рамках рабочих отношений. — Все будет хорошо.

— Даже если будет очень плохо, ага, — скептично хмыкнула, щелкнув и ему по носу в ответ.

Что-что? Что вы там говорите? Дисциплина? Субординация? Развал коллектива?

Да идите вы в пень, товарищи. Это моя кофейня, и что я хочу, то в ней и вытворяю. Особенно если это никак не отражается на самом заведении.

А оно, кстати, реально не отражается, проверено опытом, наработанным годами!

У меня заведение особого порядка. И здесь в стандартных условиях попросту не выжить. И, что важно, не заработать! Но об этом, пожалуй, как-нибудь потом.

— Я так понимаю, вы знакомы? — мрачно осведомилась, глядя на ржущего Сеню, переговаривающего с невозмутимым Антихристом. Присутствие последнего напрягало до дрожи в пальцах… Но не выкидывать же его отсюда силой, верно?

Или… или все-таки? Черт, это даже в мыслях звучит заманчиво! А уж как в картинках представлю…

— Он наш друг, Нют, — просто отозвался Костик. — Не самый плохой из имеющихся.

— Это, надеюсь, сюрикен не в мой огород? — показательно расправилась с еще одним мармеладным медведем, кровожадно клацнув зубами.

Мне было почти стыдно на самом деле. Ребята меня явно ждали, вон даже, свежими вкусняшками запаслись, и оба на смену явились. А им в ответ ни работы, ни адекватного «привет», ни уважения к образовавшейся компании…