Анна Кувайкова – Нюта, или Второй шанс для Антихриста (страница 25)

— В смысле? — окончательно запуталась я.

Да кто из нас на самом-то деле от похмелья сегодня не отошел?!

— В коромысле, — сонно буркнул парень, даже не потрудившись открыть глаза. — Лучше было упиться там, благо врачи хорошие, вылечили бы. Уж тебя так точно.

— Да не собираюсь я пить! И уж тем более до белой горячки!

— Это пока, — повторился Макс. — Как только вскроется завещание твоего отца, поводов нажраться у тебя прибавится, поверь. Уже прибавилось.

— Завещание отца? — степень моего офигевания от скорости прибытия информации стремилась к уровню «бесконечность — не предел». — А что с ним не так? И в каком смысле, когда вскроется? Ты хотел сказать «если»?

— Если, когда… какая в задницу разница? — уже совсем тихо пробурчал истинный гоблин в человеческом обличье. — Я и так тебе слишком многое сказал. Тебе хана, систер. При любом раскладе. Смирись.

Я подвисла в прострации, рассматривая тяжелую кованную люстру на потолке, которая так идеально вписалась в стилистику моей совсем не девчачьей комнаты. Приобреталась она так давно, что я уже и не помню, на каком из интернет-аукционов мы с мамой ее нашли… Но припомнить данный факт сейчас явно проще, чем понять, какими кодом, который Да Винчи, вдруг заговорил мой дорогой родственник!

Как и сообразить, почему уже не первый человек в моем окружении говорит о приближении конца света конкретно для меня?

И при чем тут, во имя всех лесных ежиков, завещание моего отца?

Пытать братца и дальше теперь было бесполезно — справа от меня уже вовсю доносился милый сердцу мужицкий храп. Можно было, конечно, беспардонно скинуть Максимку на пол, но вряд ли столкновение его породистого лица с красивым дубовым паркетом прибавит желание покаяться во всем и сразу.

Похоже, получить развернутые ответы на интересующие меня вопросы, мне обломали со всех сторон.

Тяжело вздохнув, я поднялась и, прихватив покрывало, укрыла дрыхнущего близнеца. Учитывая мою привычку даже зимой спать с приоткрытым окном, Макс за пару часов превратиться в ледышку. Не скажу, что меня разочаровал бы вид его соплей… Но жалко.

Брат все-таки.

Хоть и зараза редкостная!

И нет, спать с ним рядом я не боялась. Все-таки в огромной кровати есть свои плюсы, да и спящий Тамерлан отреагирует быстрее, чем Макс хотя бы протянет руку. Ну, а в свою комнату смоется этот похмельный монстр быстрее, чем поутру оживет мой будильник.

В общем, можно спать спокойным сном…

Если после всех свалившихся на меня вестей вообще заснуть удастся!

Глава 10

Утро, согласно всем протоколам бородатых анекдотов, раскрасило бодрым цветом всё вокруг.

И хмурое осеннее утро. И мой драгоценный синяк на пояснице. И даже морду Алекса, вынужденно встать в очередь за кофеваркой после меня! Понятия не имею, чего старшенький гоблин поднялся в такую рань — его самого этот факт явно не обрадовал.

Со мною же всё было гораздо больше. Я просто выспалась! Да и заскуливший на рассвете Тамерлан, требующий выпустить его на улицу, тоже послужил хорошим стимулом подняться и побродить по промозглому участку, собирая свежую росу. Удовольствие, конечно, немного сомнительное, зато остатки сонливости слетели напрочь.

И появилось лишнее время, чтобы не только привести себя в порядок перед универом, но и перелопатить интернет за чашкой горяченького напитка богов. А еще — разгрести сумбур мыслей после вчерашнего странного разговора.

Естественно, Максимки поутру не ощутилось в моей тепленькой кроватке. Вчерашние события (все события!) казались лишь похмельным бредом. Что, естественно, никак не помешало моему желанию докопаться до истины… И запутаться еще больше.

Слова одного из гоблинов никак не вязались с действительностью!

Всемогущий Гугл честно выдал мне всё, о чем его попросили. А блокировщик рекламы, зараза, малодушно не справившись с задачей, заодно подкинул всё, о чем я даже упоминать не собиралась. И, к тому времени, как, извиняюсь за тавтологию, подошло время отчаливать на учебу, голова у меня стала напоминать правильный такой квадратик! Размером с самую маленькую пирамидку Египта, да простят меня все учителя геометрии.

Чтобы рассортировать ворох нужной и остальной информации, пришлось залезть в гардеробную. Выбор одежды, к счастью, у меня никогда лишних мыслей не занимал — все мои вещи всегда находились в разрядах «что-то очень широкое», «что-то нереально драное», «что-то со скрипом приличное». В общем, бездумное перебирание тряпок всегда являлось неплохим способом занять руки, дабы отчистить разум.

Но на этот раз тотальное расхламление в черепной коробке ничего хорошего не принесло.

По факту имелось следующее. Если завещание закрытое, то никто о его содержимом знать не может, включая нотариуса — там столько печатей, конвертов и свидетелей должно быть, что любой сейф от зависти удавится.

Если открытое… то оно должно быть дома, в документах, в крайнем случае, у юристов отца.

И в первом, и во втором случаях мне кажется сомнительным разглашение информации во все стороны разом. И странным посторонним личностям в том числе!

Черт.

— Что же ты там такого мог пожелать, папа? — не выдержав мозгового штурма, невольно протянула вслух, медленно окидывая взглядом коллекцию оружия на стенах.

Со всей этой канителью с последним волеизъявлением любимого родителя надо было что-то делать. Забить на универ и сгонять к юристам, например!

Одно жалко — работают они исключительно с десяти утра, насколько я помню. Папа вечно ворчал о их постоянном нежелании трудиться, как подобает нормальным людям.

Да и, для начала, неплохо бы еще кое с кем переговорить…

— Тьфу, блин, — покинув-таки родную спальню, я замерла столбиком посреди лестницы, узрев «чудную» картину. И вздохнула, суя пальцы под лямки рюкзака. — Алекс, если хочешь придерживаться правильного питания, завязывай облизывать по утрам всякую гадость. Потолстеешь!

— Полурослик, — застонал братец, сидящий на диване в гостиной. — Когда ж ты уже сгинешь?

— Полурослик, — захихикала брюнетистая девица, сидящая сверху на нем. — Какая прелесть. Надо будет ей колечко придарить!

— Вот такое? — я со всей невозмутимостью вытянула из-под ворота просторной черной футболки, свисающей с одного плеча, тонкую цепочку с заветным колечком на ней.

Девица прибалдела, узрев эльфийскую надпись на золоте.

— Ты не трудись, — фыркнула я, кивая в сторону морщившегося Алекса. — «Благоневерный» твой еще лет пять назад преподнес. И еще два таких позже, правда, в других цветах. Еще креативные мыслишки будут?

— Да ты…

— Тапки в виде больших волосатых ног еще на прошлый Новый Год, — серьезно покивала я. И, глядя, как девчина, окончательно роняя челюсть, переводит взгляд на мои ступни, обутые, к слову, в удобные кроссовки, хмыкнула. — И ночник типа «Око Саурона» тоже. Еще идеи будут? Или полноценный косплей Гендальфа на Пасху ждать?

— Фу, зай, она всегда у тебя такая… ненормальная? — скорчилась брюнетка, слезая, наконец, с колен моего брата на предназначенную для сидения мебель.

— Да, зай, я всегда у тебя такая, а? — невинно похлопав ресницами, поинтересовалась я.

Братика, кажется, немного затошнило.

— Иди куда шла, — просто махнул рукой тот, явно устав от бесконечного спора, который ему не выиграть. И это не потому, что я вся такая супер-пупер бука. Просто я, в отличие от близнецов, в сто раз чаще в одном закрытом помещении с Джокером оказываюсь!

А там, хочешь или нет, еще и не такие перлы выдавать будешь. Ну, чисто из надежды собственный рассудок сохранить.

— Как скажешь, — покорно согласилась я… и, уцепившись за перила, с показной медлительностью перемахнула через последние четыре ступеньки.

Последний шанс хоть как-то мне досадить в глазах старшего близнеца угас напрочь.

Нет, ну вы же не думали, что он тут поцелуями с посторонней фифой меня на место поставить пытается? Ха. Он просто в очередной раз ступеньки парафином натер!

Прикол старый, как сожранная молью шуба. Гоблины в плане мести, увы, оригинальностью не отличаются. И если одну пакость уже сделали, вторую можно не ждать — тут тоже всё очень предсказуемо. И это заметно радует: собственную машину в гараже осматривать со всех сторон не придется!

Кстати, если бы я сегодня столкнулась с Максом и его вроде как суженой… я бы, наверное, и слова не сказала.

После вчерашнего-то.

Не сказала бы, будто возникло чувство что между нами что-то как-то вдруг заметно изменится… Но как раньше ничего уже не будет.

Определенно!

Ладно хоть привычная дорога до универа внушила некое подобие равновесия. Привычные шумные улицы, привычные пробки… Привычные, пардон, дебилы с купленными правами и не умеющие ездить!

Должно же хоть что-то в этой жизни оставаться неизменным, верно?

Словом, отстояв положенное время в дорожных заторах, чудом избежав ДТП, обматерив кучерявого барашка за рулем заниженной Приоры, я таки добралась до родимой альма-матер.

И, не успела толком припарковаться, как хлопнули сзади обе двери разом, и салон моего «Йети» огласил гневный хоровой вопль:

— И где ты все выходные шлялась?!

Застонав, я уткнулась лбом в рулевое колесо. Да будь проклята моя привычка приезжать на учебу строго в одно и то же время!

Пришлось каяться подругам, аккуратно обходя острые углы. Врать кому бы то ни было, если честно, я не очень любила. Зато недоговаривать за последнее время научилась почти виртуозно!