Анна Кувайкова – Нюта, или Второй шанс для Антихриста (страница 16)

— Должна же быть от них хоть какая-то польза, — не сдержал тяжелого хмыка их старший брат. — Не важно, каким образом. Но ты здесь.

Исаев усмехнулся в ответ.

Вот только по истинной причине своего интереса у него были совершенно иные мысли. Да и мотивы Ярослава он видел насквозь. Не сложно подсчитать два и два, чтобы понять: он готов втюхать долю кому угодно, кто не пойдет на поводу у его сестры и ее друзей-барменов. Ему будет совсем не смешно, если потенциальный покупатель окажется вдруг поверенным человеком Фомина, Мохова или того же Кумратова.

Но что совсем смешно, так это незнание Соболевых о том, с кем именно Антихрист не так давно проводил свое свободное «нетрезвое» время.

Перед подобными встречами стоит лучше собирать и проверять информацию. Или попросить помощи у того же Джокера, он в этом деле мастер. Хотя… отдать потом долг у Ярослава кишка тонка.

Или он все знал, и просто не верил в то, что у Антихриста могу быть друзья?

Но даже если неосведомленность Ярослава оставляет желать лучшего, Исаев вряд ли продаст свою долю даже по просьбе Кости и Сени. Это понимали все и иллюзий не строили.

Правда, кто в здравом уме мог представить, что на покупку объективно нахрен не нужной доли он всё-таки пойдет?

— Допустим, — пригубив чистый виски из стакана, кивнул Демьян, напрочь игнорируя выложенные перед ним договора, предусмотрительно захваченные ушлым Соболевым. — Но что здесь забыл ты?

— Уже рассказали? — Ярослав даже не удивился. И, откинувшись на спинку, легкомысленно отсалютовал бокалом коньяка. — Расслабься. В отсутствии матери и на момент ее недееспособности я ее полномочный законный представитель во всех делах. Документы перед тобой.

— В этом я не сомневался, — кивнул Исаев. — Но меня интересуют подробности.

— Ну да, ты же человек в городе относительно новый, — с ноткой растерянности протянул Ярослав. И, криво поморщившись, пояснил. — Все настолько тупо, что почти нелепо, Дем. Обычное ДТП. Загородная трасса, мокрый асфальт, лопнувшее колесо, кювет и фонарный стол.… Не мне тебе объяснять, после таких аварий людей вырезают автогеном.

— Живы?

— Если можно так сказать, — хмыкнул Ярослав, подливая себе коньяк из фигурной бутылки. — Месяц мать и отчима собирали здесь как пазл для стабилизации и дальнейшей транспортировки, пока меня тошнить не начало от больничных стен. Но принять их на лечение отказывался даже Израиль. И только потом каким-то чудом одна из Китайских клиник дала добро. Я пробыл там, сколько мог, потом вернулся — кто-то должен был заниматься делами.

— И одним из твоих первоочередных дел стала кофейня твоей матери, — насмешливо заметил Исаев, прекрасно всё понимая.

Это не кафе застряло Ярославу костью в горле. А его сводная сестра.

Неужели аллергия на рыжих становится пандемией?

— На мне повис весь бизнес матери, — равнодушно пожал плечами тот, не уловив намека. — Врачи гарантий не дают, не смотря на чертову кучу операций, хренову тучу бабла и тысячи программ реабилитаций. Неизвестно еще, что с делами отчима. Пока его предприятиями занят управляющий, но если прогноз неблагоприятен, полурослику вряд ли доверят дела.

Демьян, чтобы спрятать кривую улыбку, потянулся за сигаретами и закурил, выпуская в воздух сизые клубы дыма.

Гоблины, полурослики… Похоже, эта семейка друг друга стоит. Интересно, каким прозвищем наградили самого Ярослава?

Но еще больше интересно… а кто же у очередной рыжей отец, если у противоборствующих сторон одна фамилия?

— Не повезло с родственниками?

— Как сказать, — задумчиво откликнулся Ярослав. — Отчим мужик нормальный, насколько, млять, вообще может быть нормален мужик, скачущий по лесу с деревянным луком. Но мать с ним была счастлива, статус у него подходящий, деньги ему не нужны, в дела наши не лез, меня не дергал. И я решил, почему бы и нет…

— И почему я чувствую «но»? — насмешливо поинтересовался Исаев, аккуратно подталкивая самоуверенного Ярослава к нужной теме. К рыжей такой, ехидной и строптивой теме.

Можно сказать — его излюбленной. Правда только с каких пор?

— Но мелкая стерва бесит!

Признание наконец-то было озвучено. И теперь Демьян, уже без опаски мог откровенно съязвить:

— И ты решил тупо спихнуть свою проблему мне?

— Я слышал, ты терпеть не можешь рыжих, — довольно оскалил зубы Ярослав, даже не скрывая своих помыслов. — Что мне, конечно, на руку. И что странно, учитывая твою бывшую невесту — блондинку. Кстати, свадьба не состоялась. Почему? Это был выгодный контракт.

О да, млять. Очень выгодный для дела… и звездец, какой затратный для нервной системы!

— Не сошлись во мнении с будущими родственниками, — многозначительно усмехнулся Исаев, привычно избегая подробностей. Которые, кстати, мало кто рисковал уточнять.

В общественном незнании не было ничего удивительного, на самом деле. Его бывший визави, гребаный финансовый гений, не страдал внезапным приступом благородства, уж точно не в делах, касающихся своей ненаглядной. Добивать противника он не стал только по холодному расчету. Красивый и действенный, старый добрый шантаж: если Демьяну когда-то придет в голову хотя бы показаться на глаза бывшей невесты, все кругом сразу узнают, почему и благодаря кому Исаевым пришлось так срочно уехать.

Уже ни раз и ни два был проклят тот день, когда им одновременно на глаза попалась ехидная рыжая оторва.

Кстати, разве сегодня не годовщина сего знаменательного события?

— Воронцов — ушлый тип, — согласно поморщился Соболев. — Дочурка его наверняка такая же.

Исаев промолчал, привычно гася вспышку гнева.

Обсуждать всё это у него не было никакого желания. Та рыжая осталась в прошлом. Теперь на горизонте появилась совсем другая… И, несмотря на тонкое чувство где-то глубоко внутри, будто он с размаху наступает не те же грабли, Демьян отступать не собирался.

У истории имеется занятное свойство повторяться. Она циклична. И, если это действительно так, на сей раз Антихрист собирался прожить ее с куда более приятным для себя исходом.

В чем бы это не проявлялось.

Пока всё разворачивалось на уровне «нихрена не понятно, но очень интересно!».

— Так что ты решил?

Исаев бросил на заметно нервничающего Ярослава насмешливый взгляд, не торопясь открывать папку с документами, которую уже взял со стола просто чтобы занять руки. Нетерпение в таких делах смерти подобно… ну или грозит если не повальным крахом, то значимым финансовыми убытками.

Семейство Соболевых стало почти жаль, и не ввиду произошедшей аварии. Просто ставить у руля старшего брата было очень… глупо. Даже ввиду отсутствия выбора как такого — младшие братья в этом плане могли похвастаться развитием на уровне чуть лучше деревянной табуретки.

А вот почему рыжую держали подальше от семейных дел? Или у нее самой на уме были только танцы?

Похоже, придется выпить еще и с Фоминым, разводя его на все интригующие вопросы. Костя не идиот, и прекрасно понимает, уж лучше Антихрист будет владеть долей в кофейне, чем она попадет в руки какого-нибудь мудака вроде Ярослава. А то и хуже.

Тем более, раз уж с завтрашнего дня Исаев становится его непосредственным начальником — заранее оставленный юристами договор нареканий не имел. К его удивлению, Соболев не стал занижать цену. Но и поднимать до запредельных высот не посмел, чтобы не отпугнуть потенциального покупателя.

Просил он, к слову, не мало. Но своей целью ставил не финансовое обогащение, а двойной удар по так называемой сестре. И долю матери продаст, и личностью покупателя подгадит!

Вот только Ярослав просчитался. Как и всегда.

Идти у него на поводу Исаев не собирался. Во всяком случае, не в той мере, на которую Соболев рассчитывал. А рассчитывал он явно на многое — как минимум, собирался руками Антихриста превратить жизнь ненавистной сестры в ад.

Наверное, потому договор о продаже не содержал никаких подводных камней, прописанных мелким почерком зубодробительными формулировками, в которых сам черт ногу сломит. К счастью, такие фишки Антихрист сек на раз, и после пятого прочтения с убойной для нервной системы окружающих медлительностью, наконец, оставил несколько автографов. В том числе и на расписке, согласно которой обязался перевести необходимую сумму в трехдневный срок.

Все формальности были соблюдены, и небрежно свернутый в рулон договор был отправлен во внутренний карман черной кожаной куртки.

Педантично сунув свой экземпляр в пижонскую чешуйчатую папку, Ярослав лично занялся разливом высокоградусного алкоголя, торопясь отметить его самую легкую победу. Да только не успел.

И без того странно оживленная толпа на танцполе вдруг разразилась зверскими для ушей выкриками.

— Странно, — ни к кому конкретно не обращаясь, нахмурился Соболев, глядя на часы. И, подхватив стакан, направился к узким перилам, тянущимся вдоль прозрачного стекла, откуда прекрасно был виден весь зал разом.

Исаев, помедлив, поднялся следом. В конце концов, он и так собирался узнать, по какой причине его оппонент выбрал именно клуб из многих имеющихся в городе. И когда подсказка сама плыла в руки, глупо было от нее отказываться.

Впрочем, на деле причина оказалась весьма банальной — в одном из стеклянных кубов для танцовщиц, в диком, изломанном ритме извивалась темноволосая мадам, показавшаяся на миг знакомой.