Анна Кувайкова – Кровавая Ведьма (страница 44)
— Как по мне, так лучше вовсе тридцатое, — оправдала его надежды моя куколка, хватая тарелку и принимаясь на нее накладывать всего помаленьку: и мясо копченое, и пирожки разные, и даже овощи свежие. Выбор был огромный, они же всю большую скатерть яствами заставили! — Сначала здоровье поправить надобно, а потом уже все остальное!
— Тут я не могу не согласиться, — с некоторой ноткой удивления заметил Ирбис.
Волк, игнорируя их переглядывания и общение, лишь кулаком подбородок подпер, а второй рукой молча передал мне свежий персик, в который я тут же радостно вцепилась ладошками. Где раздобыл только?
— Я всё вижу! — поднявшись, сурово топнула ножкой Лили. И надо признать, без платьев с кружевами это уже смотрелось не столь грозно, как раньше, скорее уж потешно. — Куда сладкое наперед обеда?
— Я пообедала, — кивнула я на огрызок булочки. — А это не сладкое, это — фрукт. Полезный! А тарелку эту вон, Ворону отдай. Глянь, какой худенький. Вы его чего, голодом морили?
— Увы, — сразу вживаясь в роль сиротки несчастной, сделал Ворон щенячьи глаза, умильно глядя на куколку снизу-вверх. — Совсем замучили. То тренировки, то разъезды, то ночные вылазки. А я еще молодой, мне витамины для роста нужны.
И Лили на это купилась!
Притормозила, передумав до меня идти, и смерила его подозрительным взглядом ярких лиловых глаз:
— Это кому расти надо? Тебе, что ли? Да куда? Ты ж и так, как оглобля!
— Я высокий, — покладисто согласился Ворон, поглаживая себя по животу. — Но худенький. Тебе меня совсем не жалко?
— Может, и жалко, — задумалась моя куколка, но присаживаться обратно не спешила. — Да только мужик ты, али кто? Сам о себе позаботиться не можешь? Руки есть, еда перед тобой. Бери сам, чего надобно!
— Так из рук такой красавицы всё будет вкуснее и слаще, — с кристально-честным взглядом выдал ей Ворон.
Ну и как она могла против подобного устоять? Где стояла, там и села, разве что вид сделала, будто бы с неохотой, да и хмыкнула недоверчиво.
А мне же, что б в голос не расхохотаться, пришлось в плечо Волка уткнуться!
И нет, не комплименты его мне смешными казались — Лили действительно красавица писанная, даром, что кукла. Глаза феи, душа ее, да свет внутренний такую красоту ей придали, что иным и не снилась. Но очень уж меня забавило, как ловко молодой маг вокруг нее вертелся, устами мед источал, а она, всегда гордая и неприступная, таяла, как вон тот кусочек масла на расписной тарелочке!
Уж не знаю, как там на самом деле, но я надеялась, что они оба это всё не всерьез. Ворон молод еще, не осознает, дурной, во что ввязывается. Да и Лили понимать должна, что такой, как у нее, шансов на счастье почти нет, покуда она в теле куклы. Кто ж по доброй воле захочет супругу иметь, которая неделю как настоящая будет, а другую — игрушкой фарфоровой?
Поиграет и бросит. Словом, доверия у меня к нему нет!
— Не волнуйся, — от негромкого голоса над самым ухом я едва не вздрогнула. — Он ее не обидит.
Я аж голову вскинула, недоверчиво глядя магу в глаза:
— Как ты догадался, о чем я думаю?
— Я просто хорошо тебя знаю, — не без самодовольства хмыкнул в ответ Волк.
Но я фыркнула, отпуская его руку, в которую еще недавно хихикать изволила. И буркнула недовольно, кусая вкуснющий, сочный персик, один аромат которого сводил меня с ума.
Как и мужчина, сидящий рядом!
— Можно подумать, ну. Девять лет не виделись, как-никак!
— Ник, — неожиданно склонившись к моему уху, едва ли не касаясь его губами, негромко усмехнулся Волк, своей хрипотцой пробирая до костей. — Если ты эти годы не замечала меня, это не значит, что я не видел тебя.
Я чуть персиком не подавилась. Это что такое он сейчас имел ввиду, а?!
— Ты!!
— Как дети, честное слово, — возведя глаза к нежно-голубому, безоблачному небу, Белый Ирбис прихватил тканевую салфетку и протянул мне — видать, сок от фрукта по всему подбородку растекся. Но вдруг остановился на полдороги, странно замирая. И вроде как втянул носом воздух, как дикий кот вдыхает запах чужака, забредшего на его территорию.
И в этот же миг я почти кожей ощутила, как напрягся рядом Волк.
— Ворон? — послышался испуганный голосок Лили, заставивший обернуться в их сторону.
И тут глаза самого молодых из магов изменились — стали вроде как шире, взгляд глубже, а зрачки и вовсе, вытянулись в тонкую вертикальную черту!
Он как будто смотрел перед собой, но внутренним взором заглядывал куда-то еще.
И вот тут, наконец, с заметным запозданием прикосновение чужой ворожбы ощутила и я. Нет, не ворожбы — магии! Той самой, неживой, холодной, которой пользовались имперские маги. Они называли ее обычной, бытовой, боевой или защитной, но смысл оставался тем же.
Ничего хорошего это для нас не сулило!
— Ворон? — послышался резкий вопрос от Волка. Черты его лица чуть заострились, черные глаза сузились, и даже взгляд стал как-то жестче. Невесть от чего, но это меня напугало, да настолько, что я сама не заметила, как за его ладонь, лежащей на ровно стриженной траве сада ухватилась.
— Десяток, — словно выныривая из этого своего странного состояния, откликнулся маг, возвращая глазам обычные вид и состояние. — И близко.
— Кто?
— Черная гвардия, — послышался неприятный ответ.
Ирбис некрасиво, длинно выругался на языке, которого, похоже, я не знала. И вердикт им был вынесен незамедлительно, одним рывком поднимаясь на ноги:
— Нике нужно уходить. И быстро.
— Куда и как? — невольно нахмурился Ворон. — Через портал ей не уйти, они окружают дом. Подземных ходов здесь нет. И метла не поможет, засекут сразу.
— Да что за Гвардия такая, от которой бежать-то надо? — ничего не поняла Лили, хмуря тонкие бровки, переводя взгляд с одного мага на другого. — Кто они?
— Личные маги Ансельма, — тоже поднимаясь, кратко пояснил Волк. — И те, с кем Доминике лучше не пересекаться.
Я изумленно моргнула, тоже оказываясь на ногах. Да что тут происходит?!
— Как это? — еще больше рассердилась она, неловко сжимая в кулаке подол рубахи. — Разве ж вы, имперские маги, не на одной стороне? И приказам не своего императора подчиняетесь?
Воплощенные Звери переглянулись… и промолчали.
Я снова опустилась на траву, перестав понимать что-либо вообще. И лишь руки на груди сложила, тихонько, но серьезно спрашивая:
— Вы мне ничего объяснить не хотите?
— Не сейчас, Доминика, — присев рядышком на корточки, вздохнул Ирбис. — Побьешь меня метелкой позже, выясняя что, кто, где и почему. А сейчас надо как можно быстрее придумать, как тебя спрятать, чтобы маги не нашли. Идеи есть, душа моя?
И так меня его слова задели в этот момент, как будто он не спаси меня хотел, а наоборот!
И ведь только что всё хорошо было: сидели мирно, по-доброму переругивались, если не семья, то как старые добрые друзья. Обо всём забыли, прошлое стерли. А оно снова, вместе с недомолвками в дверь постучалось!
— А на кой ляд мне скрываться-то? — упрямо вскинула я брови, не собираясь даже двигаться с места. — Что вы, что они, какая разница? Цель одна: защитный ритуал Ансгара. Так для чего метаться-то?
Сказала… и меньше всего ожидала, что в ответ Волк схватит меня за руку, да вздернет на ноги, сильно, даже жестко прижимая к своей груди так, что дыхание сбилось. И что лицо его будто каменным станет от едва скрываемой ярости:
— Так вот ты как решила, да?
— А хоть бы и так, — в моих глазах и голосе было столько же упрямства, сколько в его — злости. Но теперь она меня не пугала, только заставляла выше задрать подбородок. — Надоело ходить вокруг да около и загадки ваши разгадывать. Говорите, что происходит или проваливайте туда, где пропадали все эти годы!
— Вот даже как…
— Да, так! — отрезала, непримиримо глядя в его черные, заледеневшие глаза. — Мне надоело играть в игру, правил которой я не знаю. Или вы немедленно объясняете всё, как есть, или я ухожу с другими магами.
— В таком случае, — хрипло, даже как-то болезненно усмехнулся Волк. И вроде как собирался меня отпустить, но в последний миг передумал, сильно, почти до боли сжимая мои плечи. — Может, мне еще и Лиса позвать?
Лили за моей спиной, не выдержав, испуганно охнула, прижимая ладошку ко рту. Но я была неумолима:
— А ты позови. Он, во всяком случае, хотя бы намерений своих никогда не скрывал, не то, что вы!
Маг на долгое мгновение прикрыл глаза, пряча отражающиеся в них эмоции. Стоять рядом с ним, в такой близости, намеренно вызывая не самые лучшие чувства, было всё равно, что тревожить спящий вулкан. Но отчего-то вдруг хотелось ударить как можно больнее. Это было неправильно и даже подло, но по-другому уже не получалось!
Мне казалось, я заслуживала не только поцелуев. Но и правды. И разница между тем, какой он был ночью, и какой сейчас, просто разрывала мне и без того покалеченную душу. Пусть он дважды спас мне жизнь, вытащив то из воды, то из огня. Но я устала ничего не знать!
— Хорошо, — хриплым голосом внезапно усмехнулся маг, внезапно опуская руки.
И я невольно вздрогнула, глядя на его лицо, напрочь лишенное эмоций. Сердце ухнуло и тревожно забилось в груди, сковывая позвоночник холодом. Неужели… неужели действительно Лиса позовет? Не этого я хотела. Мне всего лишь надо было узнать от него правду!
И, видимо, что-то отразилось на моем лице, потому как Волк, заложив руки за спину, склонился и проникновенно шепнул мне на ухо: