Анна Кувайкова – Его любимая зараза (страница 37)
— А она в ответ возвела крепостные стены, — усмехнулся Темный Князь, вяло перебирая мои косички. — Так оно и было. Ни сразу, конечно. Но за время моего отсутствия эта тварь накопила силы.
— И поверила в себя, — от души зевнула я. — Ничего, ничего. Мы ей все ее хотелки-то пообломаем…
— Как только выспимся, угу, — согласился Темнейший, сцеживая зевок в кулак. После чего сгреб мня в охапку так, что я чуть не замурлыкала, и добавил. — Спи уже, мстительная моя. Чтобы я без тебя делал?..
— Валялся под каменной плитой, ненавидя весь мир разом? — сонно предположила я.
— Именно, родная. Именно.
Глава 18
Итак, по всем канонам моей стандартной жизни проснулась я уже в полном одиночестве.
Полчасика тупила, рассматривая перед носом вкусно пахнущую подушку, затянутую в нежно-персиковый шелк, пытаясь сообразить, откуда это чудо вообще взялось. Затем перевернулась на спину и еще пару минут разглядывала бесконечный каменный потолок с деревянными подпорными балками.
Осознание пришло вскоре — ага, я дома.
Дариан, похоже, как честный мужик снова сдержал слово и доставил буйное дитятко в отчие пенаты, дабы суровый (но справедливый) змей не накостылял нам всем по шее за возможное распутство.
Вот кому рассказать, что Великий Темный Князь оказался таким правильным, не поверят! И вообще… было бы еще распутство это! Можно подумать, я против.
Пофыркав вслух над этой вопиющей несправедливостью, я, как могла, скатилась с кровати на устланный коврами пол. Мое бренное тело, немного потрепанное в замке первой из попаданок, умудрилось еще и затечь намертво от долгого сна в одной позе. Получается, мой девятихвостый лис удрал уже давно…
Не удивительно, что ванной пришлось идти в стиле ржавого железного дровосека. Но хвала лорду-директору за душ и горячую воду. Еще через полчаса я почувствовала себя вполне человеком, а еще через пару минут была готова к труду и обороне — большие, старинные напольные часы в углу тонко намекали на бездарно потраченное время. Проще говоря, надо было не рассматривать местный интерьер, а вставать раньше!
Теперь остро вставал вопрос выбора: если поем, то опоздаю на занятия; выпью кофе — успею. Но, учитывая мастерство местных бариста, роль которых (как и многие другие) играли темные гремлины, крепчайшая жуть на голодный желудок равносильна прямой дороге к гастроэнтерологу!
Которых в этом мире нет, угу.
А с местной медициной я как-то связывалась пару раз, по глупости. И, честно сказать, зря я когда-то ругала суровые российские поликлиники. Там был просто рай, а злая тетенька-регистраторша — агнец божий.
А тут, как говорится, лучшее лекарство от всех болезней — топор.
И… грешна, каюсь, пару раз таковым я пользовалась. Не буквально, конечно, всё же по отношению к себе я выбираю гуманизм. Но мне реально было проще пару раз шлепнуться с крыши, чем в очередной раз просить помощи местных лекарей из средней, так сказать, ценовой политики. На хороших, естественно, не всегда были средства. Далеко не всегда.
Вот только на сей раз что-то во мне будто бы переменилось. Не поверите, но помирать расхотелось категорически!
И я даже не знаю, какая из причин основная и главная. Осознание, что очередной раз может сталь финальным, что ли? Ну, а может, я просто нашла свой смысл жизни.
По лестнице спускалась практически бегом, перепрыгивая через несколько ступенек. Рюкзак с конспектами бодро хлопал по спине, радуя своим присутствием, хотя я прекрасно помнила, как оставила его в комнате общежития. Влетела в библиотеку на полном ходу… и, споткнувшись о порог, улетела в ближайший книжный стеллаж!
Звон стоял красивый.
— Ауч…
— Лесинья, чудо ты моё, — едва мне по макушке прилетел увесистый том энциклопедии по редким магическим тварям, раздались шаги, и меня быстро, но предельно аккуратно вздернули на ноги. — Жива?
— Ага, — фыркнула, сводя глазки обратно в кучу. Узнавание и понимание пришло не сразу. — О-о-о. А ты тут откуда??
— Попутным ветром занесло, — привычно усмехнулся Великий Князь собственной неповторимой персоной. Как всегда босоногий, красивый, и небрежно одетый. Идеальный, одним словом! — Сама как думаешь?
— А Лесёнок иногда не думает, — послышалось насмешливое издалека. И этот голос, к моему вящему удивлению, тоже был мне прекрасно знаком! — Особенно после удара по голове.
— Можно подумать, ты всегда рассуждаешь логически, получив чем-то тяжелым по темечку, — машинально огрызнулась я. И чуть не села обратно на пол, сообразив, с кем препираюсь. — Опачки. Аарахарн! А ты-то как?!
— Приехал на праздник твоего благоверного, — развел руками золотистый ящер, стоящий у большого дубового стола, взявшегося невесть откуда прямо посреди комнаты. Хотя точно помню, раньше там было несколько маленьких, где сегодня должен был ждать мой кофеек. Что за несправедливость? — Точнее, так звучит официальная причина.
— Короче, ты просто в очередной раз сбежал, — фыркнула я. И, не сдержавшись, тихо зашипела на кицунэ, пытающегося меня украдкой облап… изучить мое тело на предмет повреждений от разбитого стекла, конечно же. — Дариан, да в порядке я!
— Ага, — саркастично откликнулся мужчина, хватая меня за руку, и поднося мою же ладонь к моему же лицу. — А это что? Не осколок, не?
— М-м-м… Тебе показалось? — невинно похлопала ресницами я, всеми силами пытаясь не заметить несколько мелких порезов на ладошке, и один длинный и глубокий на ребре у самого мизинца, из которого, бликуя в ярком солнечном свете, торчал кусок стекла. Ма-а-аленький такой. Честное слово!
Тоже мне, смертельная рана.
— Дочь, сядь уже в кресло и дай ему обработать руку, — послышался чуть насмешливый голос Сааараза, собранного и невозмутимого как всегда. Ну, или почти всегда!
— И постарайся проделать это без последствий, — добавил стоящий рядом с ним Агилар.
Вот… сговорились они, что ли?!
И вообще, что за внезапное тайное собрание узкого круга лиц? Вот копчиком родным чую — они сюда не красть мой кофе пришли!
— Да ну вас всех, — буркнула, но все-же дотопала до ближайшего кресла, в которое и плюхнулась, недовольно поджимая губы. Князь небрежным взмахом руки восстановил стеллаж — осколки с пола просто взлетели и собрались в единое целое стекло. А затем уселся на широкий подлокотник, многозначительно вскидывая бровь. Пришлось вручить ему свою поврежденную конечность. — Ладно, ладно. И, раз уж кто-то решил поиграть в доктора на минималках, может, наконец, объясните мне, ради чего мы все здесь сегодня собрались? И, желательно, побыстрее. Мой отец, конечно, сам великий директор не менее великой академии. Но за прогулы мне всё равно намылят шею!
В ответ на мой сарказм мужчины переглянулись… и заржали!
Вот не гады ли, а?!
— И что я такого смешного сказала??
— Лесь, занятий не будет больше, — отсмеявшись, пояснил Агилар, пока Князюшка, старательно пряча ухмылку, вытаскивал из моей руки осколок. Причем делал он это настолько аккуратно, что я практически ничего не почувствовала. — Об этом объявили вчера, пока вы с Дрогаром были в плену. Вы пропустили почти сутки. Вся учебная деятельность отменена вплоть до конца недели, до самого первого бала. Остались только подготовительные курсы по этикету.
— Н-да, — почесала я затылок свободной рукой. — Я так всю жизнь пропущу! А уроки по этикету обязательны для всех?
— Ты хотела сказать, нужны ли они для Таладин Ее Величества? — насмешливо покосился на меня Княже. — Не думаю. Ты прекрасно знаешь все подводные камни в общении со знатью, радость моя. И заткнешь за пояс любую из придворных сплетниц.
— Это ты меня сейчас так похвалил или наоборот? — не удержалась от подколки я.
И кто сомневался, что мужчины снова станут гоготать?
Впрочем, я преувеличиваю. Снова. Они все слишком воспитаны и тактичны, чтобы ржать, как толпа футбольным фанатов — и все просто ограничились мягкими смешками. Некоторые даже честно попытались это скрыть.
Безуспешно, конечно же.
— Язва, — беззлобно фыркнул Темнейший, проведя раскрытой ладонью над моей ладошкой. Мягкое серебристое свечение тут появилось и исчезло, а вместе с ним и рана. — Ты прекрасно знаешь, что я имел ввиду.
— И я этим горжусь! — нагло показала ему язык. Затем скинула ранец на пол, уселась поудобнее, и повторила вопрос, украдкой оглядываясь в поисках любимых темных гремлинов. — Итак, что у нас на повестке дня?
— И почему ты не могла поспать еще? — вместо ответа неожиданно усмехнулся Дариан, поднимаясь. Прошелся по библиотеке, больше не глядя на меня, и полностью сосредоточил свое внимание на листах бумаги, разложенных на том самом, большом столе.
Я аж по стойке смирно села, глядя на сей фортель. Что на него вдруг нашло?
И пока я ошалело хлопала глазами, место кицунэ занят отец. Он так же сел на подлокотник, и протянул мне вожделенную кружечку кофе, пряча усмешку в уголках губ:
— Не обращай внимания. Он просто не в духе.
— И кто ему на этот раз оттоптал все хвосты разом? — недовольно фыркнула в кружку. И тут же украдкой улыбнулась — на сей раз кофеек оказался со сливками. Похоже, прозорливость и забота моих родных просто не имела границ… А я, дурында, до сих пор даже о подарке будущему имениннику не задумалась!
Надо срочно исправить это упущение. Если, конечно, кто-то перестанет дуться.
— Боюсь, что ты.