Анна Крылатая – Опасные булочки попаданки, или Лови Петюню (страница 3)

– Здесь давно не убирали...

И я, непроизвольно вытирающая пальцы о свой бок, тоже внезапно смутилась. Надо поприличнее себя вести с принцем, а то вдруг проснусь на самом интересном месте!

Пройдя следом за Вальдором в комнату, я поразилась царившей тут атмосфере тепла (во всех смыслах). Большая каменная плита пылала уютным жаром. Сразу было видно, что тут она – царица! Часть её была похожа на камин с уже остывшими углями и вертелом, способным выдержать целого поросёнка. Другая часть состояла из трёх отсеков с железными дверками, больше всего напоминающих духовые шкафы. В одном из них уютно потрескивал огонь.

Рядом с плитой возле стены стоял каменный стол, на котором расположился пустой чёрный противень с кругленькими следами, по размеру похожими на мои разбросанные по улице булочки. А вот и окно, в которое эти булочки и улетели. Интересно, кстати, почему?..

В центре кухни расположился большой деревянный стол, заваленный мукой и деревянными мисками разных размеров. Один угол комнаты отводился под мойку с большой бадьёй над раковиной, а вторую занимала бочка, видимо, для отходов. Между ними во всю стену протянулся шкаф с полками, заваленными каким-то хламом и посудой. На первый взгляд не очень целой. По стенам кухни были развешаны лампы, дающие неровный и тускловатый свет. Ещё одна дверь выглядела закрытой наглухо.

И вроде как это место казалось обжитым, со следами человека, однако почему-то у меня сжалось сердце и побежал холодок по спине от ощущения гулкого одиночества. Будто кто-то очень хотел воссоздать атмосферу былого уюта, которую я и почувствовала, но не получилось. И всё равно, несмотря на странную смесь эмоций, мне тут нравилось. Очень.

– Садитесь, – Вальдор взял деревянный табурет и огляделся в поисках подходящего места. Тут я поняла, что меня смутило – на кухне не было обеденного стола! До красавчика это тоже дошло, и он замер, растерянно глядя по сторонам.

– Вот тут будет удобно, – я со скромным видом ткнула в более или менее чистый угол центрального стола. Вальдор с благодарностью кивнул и поставил табурет, а сам надел большие тканевые рукавицы и потянулся к духовке.

Усевшись на табуретку, я с удовольствием принялась наблюдать за красивым работающим на благо моего желудка мужчиной. Он аккуратно открыл дверцу духовки, отстранившись ровно настолько, чтобы оказаться не задетым клубами пара. До меня донёсся ни с чем несравнимый аромат свежевыпеченного хлеба, от которого аж голова закружилась и желудок принялся радостно напевать. Вальдор достал противень с пышущими румяными булочками и поставил его на стол возле плиты. Затем огляделся в поисках тарелки. Снова в его голубых глазах мелькнула досада.

– Да тут мукой всё посыпано, можно прямо сюда, – я опять пришла ему на выручку.

Не то чтобы я всегда была такая неприхотливая, просто почему-то мне очень хотелось, чтобы Вальдор улыбался, а не хмурился. Вот и сейчас, услышав мои слова, межбровная складка разгладилась, а на щеке снова проступила очаровательная ямочка. Точно! Всё ради неё, прекрасной! Вон как сердечко ёкает, когда её вижу.

Красавчик положил драгоценную булочку передо мной, и вытер пот со лба рукавом. О, этот запах! Я прикрыла глаза и, вдохнув полной грудью, погрузилась в аромат с головой. Он словно укутал меня в тёплое мягкое одеяло и уютно замурлыкал под боком.

– Восхитительно! – выдохнула я и подула на булочку, чтобы поскорее попробовать её. Первый укус обжёг губы, но боль тут же растворилась в сладости. Тёплый мякиш прилип к нёбу, а в висках застучало – казалось, даже кровь побежала быстрее, разнося по телу волны наслаждения. Я замычала от удовольствия, кусая снова. Как же это вкусно!

Случайно подняв глаза, я увидела, что Вальдор сначала наблюдал за мной, но, натолкнувшись на мой взгляд, резко отвернулся.

– Простите... что всё... так ужасно... – выдавил из себя красавчик и неожиданно закрыл покрасневшее лицо руками, испачканными в муке. Я растерялась и замерла на месте, перестав жевать.

3. Магия! Магия повсюду!

Я терпеть не могла, когда кто-то рядом со мной грустит или расстраивается. В такие моменты я чувствовала зуд во всех местах, особенно в компасе, настроенном на приключения. Сон это или нет, но я подниму настроение красавчику!

– Вальдор, – тихо, но твёрдым тоном позвала я и, дождавшись, когда он посмотрит, честно призналась: – Я в жизни не ела таких вкусных булочек!

– Вы просто очень воспитанная, – криво усмехнулся красавчик, отводя взгляд. Подумав, он со смешком добавил: – Или не очень. Но в любом случае, жаль, что больше нечем вас накормить! Даже чая нет... Простите...

– Но я очень довольна едой! – возразила я и откусила чуть ли не половину булочки сразу, чтобы подтвердить свои слова. – Фофеффенная фулофка! Ефё фофу!

– Опять этот странный язык! – воскликнул Вальдор, всплеснув руками. – Но на удивление я понял вас... Видимо, вы просто не ели очень давно, поэтому...

– Ага, сис жур, – хмыкнула я, прожевав булочку и борясь с желанием снова вкусить эту свежеиспечённую амброзию. – Шесть дней, это означает.

– Ну вот, – вздохнул красавчик. Он выглядел очень расстроенным. Я же внезапно разозлилась, меня аж затрясло от возмущения! Ненавижу, когда говоришь людям искренние комплименты, а они тебе их обратно швыряют. Какое неуважение к себе и ко мне!

Прежде чем я осознала, что делаю, румяный комок уже летел в прекрасное лицо Вальдора. Я подскочила следом:

– Знаешь, что?! Нечего тут из себя скромнягу строить! Я сказала, что вкусно, значит – вкусно!

Красавчик, как и в первый раз, смотрел на меня с изумлением и, кажется, боялся даже дышать. Но хорошо, что он булочку поймал, а теперь держал её на раскрытых ладонях в рукавицах. Я забрала свой поздний ужин и, вгрызаясь в ароматный бок, вернулась на свой табурет. Нельзя разбрасываться едой!

– Не стоит спорить с голодной женщиной – это опасно для здоровья! – добавила я, с назидательным видом поднимая 3указательный палец. Вальдор весело хмыкнул, но тут же нахмурился, отчего у него меж бровей залегла складка. Такой серьёзный вид тоже ему очень шёл – красавчик выглядел старше и мудрее.

Он стянул рукавицы, взял одну из булочек, оставшихся на противне, и откусил с таким видом, словно ел пиццу с грибами. Неожиданно красивое лицо Вальдора перекосилось от омерзения, как бывало у меня, когда кто-то подсовывал ненавистные грибы. Красавчик, зажав рот рукой, рванул к бочке и выплюнул туда всё, а сверху швырнул и несчастную булочку. Да так сильно, словно собирался пробить ею земную твердь.

– Это отвратительно! – в сердцах бросил он. И посмотрел на меня. Я в это время как раз собралась откусить предпоследний кусок. На мгновение замерев, я приподняла одну бровь и ловко запихнула в рот остатки булочки. Вальдор сощурился, наблюдая за мной так, словно я была подопытной мышкой. И если он думал, что я подавлюсь или кусок в горло не полезет, то не на ту напал!

Красавчик молча смотрел, пока я жую, выразительно облизываюсь и призывно смотрю на противень, а потом решил спросить:

– А у вас всё в порядке с... – Вальдор запнулся, подозрительно глядя и очевидно пытаясь подобрать вежливое выражение. Я решила ему помочь и подсказала с ядовитой улыбкой:

– Вкусовыми рецепторами? Да, с ними всё отлично. Просто кто-то, видимо, привык к деликатесам, поэтому простой хлеб его уже не впечатляет.

Вальдор покраснел с досады или мне показалось?..

– Можно ещё булочку? – вежливо уточнила я, раз уж мои голодные взгляды остались без внимания.

– Д-да, к-конечно... – пробормотал красавчик. Он взял булочку большими щипцами и положил передо мной, а сам встал так близко, что чуть ли не в рот мне залезал. Эту булочку я брала с каким-то подозрением и для начала принюхалась. Но от неё по-прежнему пахло уютным домашним теплом. Откусывая первый кусок под внимательным взглядом голубых глаз, я зажмурилась и... внезапно схватилась за горло, захрипев и выпучивая глаза.

Вальдор в панике заметался передо мной, потом решительно заскочил ко мне за спину и, прижавшись, изо всех сил надавил на живот несколько раз. Меня окутал целый букет ароматов – и свежего хлеба, и дымка от печи, и корицы, и чего-то ещё терпкого, по-настоящему мужского.

Я закашлялась... от смеха (хотя жар, шедший от тела красавчика, способствовал не веселью, а чему-то волнительному). Но я просто не могла удержаться! Уж больно пристально он смотрел, как я ем вкусную, между прочим, булочку. Захотелось снять напряжение, и чтобы он посмеялся. Однако я перестаралась – его колотящееся сердце выдавало настоящий страх за меня, поэтому стыд замахал обеими руками, призывая нырнуть в озеро позора с головой.