Анна Крылатая – Опасные булочки попаданки, или Лови Петюню (страница 14)
Гордус не хотел уходить, продолжая расспрашивать меня о Валенте, но я не мог говорить о ней без переживаний. Главное, чтобы о её существовании никто не узнал, иначе... Практически силком вытолкав любопытного друга за дверь, я прижался к ней спиной и опустил веки. День выдался непростой, но спать совсем не хотелось.
До рассвета я так и не мог сомкнуть глаз. Поднявшись с кровати с ощущением разбитости во всём теле, я быстро привёл себя в порядок и выскочил за дверь. Охрана уже привыкла к моим причудам, поэтому даже не удивилась столь раннему подъёму. Два стражника поплелись за мной. Этих приставила
Я встретил в коридорах помощника казначея Арвина Кордена. Мы неплохо ладили, хотя и не особо близко общались. Он тащил в руках кипу бумаг, которую я «случайно» выбил плечом, столкнувшись с Арвином.
– Доброе утро, ваше... – начал было он, но я качнул головой и, прошептав одними губами «помоги», приказал охране властным тоном:
– Соберите здесь всё. Негоже господину Кордену этим самому заниматься.
Арвин, сверкнув зелёными глазами, лукаво подмигнул мне, давая понять, что просьбу понял. Я тихонько попятился и исчез за ближайшим углом, а дальше понёсся так быстро, словно за мной, как за оленем, гнались охотничьи псы. Слуги с испугом на лицах бросали все дела, приветствовали меня и кланялись. Да уж,
Поворот, поворот, ещё один... Почему нас с братом держат так далеко друг от друга? Раньше, особенно в детстве я не задумывался об этом, но потом со временем, мне стало ясно –
Завернув за очередной угол, я натолкнулся на Главного дознавателя Сандро Бо Хилла. Мы здорово треснулись лбами.
– Вот уж не ожидал нападения в стенах места столь безопасного, – весело хмыкнул Сандро, потирая вмиг покрасневшее место удара. – Доброе утро, ваше...
– Прости, мне некогда, – буркнул я, морщась от боли. Надо будет это как-то замаскировать или соврать о том, как появилась краснота.
Сделав несколько шагов, я резко затормозил. Сандро всегда был на стороне брата, к тому же, по долгу службы ему положено знать про иномирянок. Я медленно повернулся и посмотрел на дознавателя. Мундир цвета морской волны невероятно шёл к лицу Сандро. Дознаватель был старше меня на восемь лет, поэтому я всегда засматривался на его форму. Жаль только, что мне такое никогда нельзя будет надеть...
Сандро не спешил уходить, разглядывая меня. Осмотревшись и увидев несколько слуг, пару стражников и личную охрану (хорошо, что не мою), я схватил дознавателя и потащил его дальше.
– Срочное совещание! – громко сказал я, изображая недовольство. – В моей комнате завелись крысы, ты должен предложить способы их уничтожения!
– Потрясающее дело для Главного дознавателя! – восхитился Сандро, едва сдерживая улыбку. – Давно о таком мечтал.
Тем не менее, дознаватель пошёл за мной без разговоров. Мы вошли в первую попавшуюся гостиную и, на моё счастье, тут никого не было, поэтому я смог спокойно отдышаться.
– Что происходит? – тихо спросил Сандро, положив руку мне на плечо.
– Ты знал о существовании других миров? – в лоб спросил я. Некогда было разводить демагогию и морально готовить к разговору.
– Ну, допустим, знал, – дознаватель нахмурился и скрестил руки на груди.
– Что будет с иномирянами в Альтерии?
Сандро тоже решил не церемониться и ответил спокойным служебным тоном:
– Их убьют.
Мир на миг лишился звука, а из лёгких будто выбили воздух. Я и без него догадывался об ответе, но услышать такое от Главного дознавателя оказалось страшнее. Внутри всё сжалось. Валента! Она не должна пострадать.
– Я никого такого не знаю, если что, – тут же выдал я, выставляя ладони вперёд. Сандро хмыкнул:
– Да я, собственно, тоже.
Мы с ним понимающе переглянулись. Вот как значит... Валента не одна такая... И им лучше держаться друг от друга подальше.
– Надо предупредить брата, – я схватился за голову. – Пока ещё не поздно...
– Я только оттуда, – Сандро напрягся и его напряжение передалось мне. – Его нигде нет...
Сердце сжалось от ощущения беды. Я должен помочь брату!
Но я даже не успел и рта раскрыть – в гостиную вломился слуга, который потребовал меня срочно явиться к
– Ваше Величество, – склонился в почтительном поклоне, увидев властную женщину в красном изысканном платье. Корона, куда больше той, которая была положена, украшала её тёмные волосы. Тонкие губы королевы сжались в ниточку, а глаза вспыхнули гневом.
Что? Я опять не попал в настроение? Надо было назвать её любимой матушкой и подставить щеку под поцелуй?
Нильям Гордус
12. Вальдор. Жизнь под гнётом страха
Чего им всем не спится в такую рань? Королева выглядела свежей, как ядовитая роза, а вокруг трона (не её, кстати, а короля) собрались самые верные приспешники, советники, маги. Каждый из них поспешил смерить меня презрительным взглядом, я же смотрел только на королеву, до всех остальных мне не было дела. Всё в этом зале – от дорогущих ковров до ледяных интонаций – кричало, что я здесь чужой. Но я стоял, упрямо вскинув голову. Хоть бы она не начала спрашивать, почему я пропустил ужин вчера...
– Вальди, подойди ближе, – потребовала она властным тоном.
Я поморщился – ненавижу, когда мать меня так называет, да ещё и при всех своих подручных. Вон, глава совета магов Малрик Моррейн позволил себе ехидный смешок. И ведь не боится так себя вести, нагло глядя в глаза сыну королевы, остальные хотя бы отворачивались или делали вид, что не расслышали. Но пока Моррейн верно служит королеве, я ничего не могу ему сделать или даже сказать... А мать даже не моргнула! Я смотрел на неё, надеясь увидеть хоть тень прежней доброты во взгляде. Напрасно.
Стиснув зубы и стараясь выдать это за вежливую улыбку, я подошёл к ней, снова склонив голову:
– Мы можем поговорить наедине, матушка?
– О, неужели юный принц позабыл, как следует обращаться к королеве? – не удержался от язвительного замечания Моррейн. Я бросил на него недовольный взгляд и отрезал:
– Это всем вам она королева, а мне Виарана Скайлард прежде всего родная мать!
Моррейн перестал улыбаться и недобро сощурился. Наши взгляды схлестнулись в яростном противостоянии. Я почувствовал, как напряжение сковало плечи. Хотелось бросить что-то колкое, но слова будто застряли в горле, и я просто сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони до боли.
– Вальди, – в голосе матери послышалась гордость за своего сына. Иногда мне даже казалось, что меня она любила больше, чем власть и поклонение. Но это только казалось. – Вальди, ты скоро станешь королём, поэтому веди себя, как подобает, – из голоса снова ушла жизнь. Осталась только выжигающая всё настоящее алчность.
От её слов сжалось сердце. Его величество король Герд Вирен был жив, хотя и тяжело болел последние несколько месяцев. Кронпринц Раймар Каллерион Вирен, мой сводный брат, должен унаследовать престол отца по праву крови дракона. А я всего лишь человек, сын простого пекаря и доярки! В моём роду не было ни одного короля!
После смерти отца мать каким-то невероятным образом оказалась во дворце, где приглянулась вдовствующему Герду. Король был настолько великодушен, что взял в жёны пусть и красивую, но все же безродную доярку, да ещё и с чужим сыном на руках. Не скажу, что Герд меня воспитывал, как своего, но рядом с ним я чувствовал себя в безопасности, будто с добрым дядюшкой. А с Раймаром мы вообще сильно сдружились, хотя мать всегда была против этого.
Она часто отсылала меня из дворца, якобы, чтобы я научился этикету, владению мечом, языкам и всему прочему, что так необходимо знать... будущему королю... И заодно держался подальше от законного наследника. Я далеко не сразу понял её задумку: для меня все эти сказки о том, что я буду править Дартиумом, были всего лишь сказками. Раймар подходил и подходит на роль короля-дракона куда больше, чем я. А я всегда мечтал пойти по стопам отца и радовать посетителей пекарни свежей выпечкой. Эти мечты оказались под строжайшим запретом...
Но сейчас она уже в открытую говорит о том, что я стану королём!.. За такие речи королеву ждёт палач с топором наперевес, если Герд узнает. Несмотря на всё то, что она уже сотворила, я не желал ей смерти. Просто глупо надеялся, что однажды Виарана вспомнит, кем была, и мы вернёмся жить в дом отца, чтобы почтить его память. В детстве я верил, что запах ароматной выпечки, стакан свежего молока и следы муки на одежде – это и есть счастье. Простой дом, никогда не остывающая печь, смех посетителей – моё детство состояло из мелочей, которые здесь во дворце потеряли всякий смысл. Но тогда мне казалось – нам троим больше никто не был нужен. Мы – одна семья... Потом после переезда в королевский дворец мы так сильно сдружились с Раймаром, я искренне зауважал Герда, и эти двое стали нашей с мамой новой семьёй. Но...