Анна Кривенко – Развод с Драконом. Уходи, я нашел Истинную (страница 32)
Личная служанка поспешно опустила глаза.
— Да, конечно, слушаюсь, — пробормотала она.
Но, уходя, бросила на меня испепеляющий взгляд.
«Так вот в чём твой план, драконница», — яростно подумала я. Наказать меня напрямую она не могла, значит, начнёт мучить ни в чём не повинных людей и настраивать их против меня. Это была ловушка, выбраться из которой пока было невозможно.
В итоге все действительно остались без ужина. Встречая служанок в коридоре, я видела их недовольные взгляды и лихорадочно пыталась найти выход. Но что тут сделаешь?
Это было умно. Очень умно. Всё-таки Марана иногда способна до чего-то додуматься. Жаль только, что это всего лишь злой гений, и на что-то доброе она просто не способна.
Следующий день начался так же ужасно. На этот раз она обвинила меня в том, что у нас кончились запасы фасоли, а я этого «не досмотрела».
— Наверняка её украли, — бросила она в конце концов.
Мы снова стояли посреди холла всей толпой. Слуги сверлили меня раздражёнными взглядами.
— За то, что экономка Виола проворонила мешок фасоли, его стоимость вычитается из зарплаты всех вас, — заявила Марана.
Поднялся возмущённый ропот. Кто-то из слуг крикнул:
— Вычтите эту стоимость из её жалования!
— Хватит! — рявкнула Марана. — Я сказала, что все будут страдать за проступки одного. Такие меры необходимы, чтобы научить вас послушанию. А теперь — расходимся.
Я чувствовала, что у меня всё рвётся изнутри на части. Если так будет продолжаться дальше, а оно будет, против меня восстанут собственные слуги. Что же мне делать? Я оказалась в настоящей ловушке.
Пожаловаться на жестокое обращение с собой я не могла — меня не трогали. Но хитрость Мараны стала настоящей пыткой для моей души.
Я долго размышляла о том, что могу предпринять.
На следующее утро Диана, увидев мой пришибленный вид, забеспокоилась:
— Мамочка, что происходит? Ты заболела?
Я постаралась скрыть тревогу.
— Нет, всё хорошо. Просто Марана поступает крайне несправедливо.
Я пересказала её приказы озлобленной драконницы, и Диана нахмурила брови:
— Это очень жестоко. Я ненавижу Марану!
— Ненависть — злое чувство, — произнесла я. — Главное, чтобы оно не гнездилось в сердце. А мы обязательно что-нибудь придумаем, чтобы остановить её произвол…
И тут в моей голове вспыхнула идея. Осуществить её было непросто, но она могла помочь.
Я прекрасно знала, где хранится оружейное масло. И знала ещё один секрет — в кладовой стояли кувшины с настоем
«Случайно» перепутав кувшины, я поставила нужный на полку, где обычно брали масло для чистки доспехов. Воины Арана — два десятка лучших бойцов, которых он лелеял, как драгоценности, — исправно начистили свои латы до блеска… и уже через пару часов на них проступили некрасивые пятна ржаво-бурого цвета.
Когда Маране донесли, что с доспехами что-то не так, она пришла в бешенство. Вызвала в зал всех — и слуг, и воинов, хотя воины никогда к прислуге не приравнивались. Стояла, злобно сверкая глазами, и объявила, что всем урежут жалование вдвое.
— И всё это — из-за негодной экономки! — подчеркнула она, глядя прямо на меня.
Воины были дико раздосадованы. Им, гордым и независимым, теперь приходилось выслушивать такие оскорбления и терпеть чужие ошибки. Я едва заметно улыбалась. На этот раз Марана просчиталась.
Она не знала того, что знала я: для Арана его воины были особой гордостью. Он хвалился ими перед другими вельможами, приводил примеры их побед, любил заманивать к себе лучших бойцов из других кланов, платя им втрое больше обычного. Он восхищался ими, словно редкой породой боевых жеребцов, и уж точно не позволил бы никому их унижать.
Естественно, вечером приехал Аран. Едва узнав о решении жены, он вызвал её к себе. Послышались крики.
— Тебе отданы в распоряжение слуги, — гремел он. — А ты полезла к моим воинам!
— Это всё Виола… — попыталась выкрутиться Марана.
— Виола получит своё за порчу имущества, но я не позволю трогать своих солдат! Ты, женщина, вообще не должна приближаться к моим мужским делам!
О да, Аран, когда хотел, мог быть суровым. Я усмехалась, бесстыдно подслушивая. Впрочем, напрягаться для этого даже не пришлось — они кричали так, что слышно было на весь коридор. Слуги тоже подслушивали, и, несмотря на то, что Маране удалось настроить многих против меня, её они тоже терпеть не могли. Я прекрасно видела — их злорадство ничем не отличалось от моего…
Да, теперь мы воевали с ней, как никогда. Побеждала то одна сторона, то другая.
Но долго ли я продержусь??? Если Дерек не вернется в ближайшие дни, я буду искать другого законника и попытаюсь отнять у Арана свою дочь…
Глава 35 Новый конюх
Седой законник смотрел на меня так, будто я оттоптала ему любимую мозоль.
Он сидел за широким столом, заваленным свитками, и долго не поднимал на меня взгляда, пока я не выложила перед ним магический кристалл.
— Здесь угроза в адрес моей дочери, — мой голос невольно дрогнул. — Прямая. Истинная моего бывшего супруга угрожала ей. Мне нужно знать, достаточно ли этого для того, чтобы я могла забрать дочь себе…
Мужчина взял кристалл, поднёс его к свету, активировал. Комната наполнилась искажённым эхом голоса Мараны, в котором звенела та самая истеричность, которую я слышу теперь каждый день.
Законник выслушал эпизод до конца, нахмурился, но, вместо ожидаемого «мы займёмся этим», произнёс:
— Доказательств недостаточно.
— Что? — я даже не сразу поняла. — Но это же прямая угроза ребёнку!
— К сожалению, — он развёл руками, будто извиняясь, — закон требует двух зафиксированных случаев. Двух! Чтобы мы могли рассматривать дело как умышленное нанесение физического или ментального вреда, а не случайную перепалку. Вы должны дождаться повторения и записать…
Я почувствовала, как меня обдало холодом, словно кто-то распахнул настежь окна.
— То есть мне следует ждать, когда она снова начнёт угрожать моей дочери или причинит ей вред? — переспросила я неверяще, стараясь не сорваться на возмущённый тон. — Вы понимаете, что это значит?
Законник лишь отвёл взгляд.
— Выше закона не прыгните, дамочка, — бросил он недовольно и всем своим видом дал понять, что аудиенция окончена.
Я вышла от него в полном ступоре. По небу ползли тёмные тучи, пока я плелась по пустынным улочкам города. Вечерело. Мне пришлось идти через глухие тёмные переулки, чтобы выйти на площадь и сесть в карету.
Всякий раз, когда за спиной что-то шуршало или скрипело, сердце у меня едва не останавливалось. Я ловила себя на том, что то и дело оборачиваюсь, пытаясь успокоить разыгравшееся воображение. Страх сжимал меня так, что я едва не бежала. Всё-таки я ещё не привыкла ходить по таким опасным подворотням.
И почему законник держит контору в таком странном месте?
Вдруг я заметила, что мои руки светятся. Тонкие нити света прорезали темноту, струясь из ладоней. Я остановилась, уставившись на это явление, и даже забыла о страхе.
Да уж… я настолько была погружена в попытку выжить, что напрочь забыла: у меня же есть сила! Магия, которую я никогда не призываю и, по сути, не знаю, как использовать.
А что, если именно она — ключ к моей свободе? Что, если перестать ждать помощи извне и сделать то, на что Аран и Марана не рассчитывают?
Боже, как же быть?
Но вместе с этим внутри родилась надежда. Надо обдумать этот вариант со всех сторон…
Я вошла во двор поместья в полной темноте.
Тяжёлая калитка для слуг скрипнула, впуская меня внутрь. Из высоких окон дома лился тёплый жёлтый свет. Издалека доносился тихий смех — кто-то из слуг, должно быть, рассказывал байки на кухне. Запах тушёного мяса и свежего хлеба ударил в нос — тёплый, уютный, домашний.
Мне стало ужасно тоскливо.
Десять лет я считала это место своим домом, лелеяла его, отстраивала, заботилась о каждой мелочи, чтобы в нём было тепло и уютно. И вот теперь возвращаюсь сюда как в тюрьму…
Но нет, хватит сожалеть о прошлом.
Меня опаивали, держали в настоящем рабстве, морочили голову и лишали воли. Я должна разобраться, что к чему, а не жалеть об утраченных иллюзиях.
Уже почти дойдя до чёрного хода, я вдруг замерла, будто вкопанная: слева у стены шевельнулась тень. В груди похолодело.