Анна Кривенко – Презренная для Инквизитора, или Побоксируем, Дракон! (страница 40)

— Правда? — протянул он, глядя мне в глаза. — И что ты предлагаешь?

— Ты доверяешь мне? — спросила я, хитро улыбнувшись.

Он некоторое время молчал, потом, явно борясь с собой, медленно кивнул:

— Хорошо, говори.

— Доверься мне, и ты увидишь, — ответила я, загадочно улыбаясь…

Глава 49

Шок Леомира

Магия символа разлилась тёплым сиянием по моей руке, вызывая давно забытое, но такое приятное ощущение силы. Пространство вокруг будто начало мерцать, и, коснувшись стены забора, я ощутила, как он просто исчезает под моими пальцами. Материя словно растворилась, став податливой, как желе.

Я резко схватила Леомира за руку, чувствуя, как нити между нами натягиваются и начинают пульсировать светом. Он вскинул на меня удивлённый взгляд, но, прежде чем успел что-то сказать, я потянула его за собой.

— Что ты делаешь? — его голос прозвучал с беспокойством, но я лишь улыбнулась.

— Доверься мне, — повторила снова и протянула его руку к забору. — Посмотри сам.

Его пальцы прошли сквозь холодный металл, будто он был не настоящим, а иллюзией. Леомир резко отдёрнул руку и уставился на меня с недоумением.

— Ты… — начал он, но я прервала его.

— Помнишь, как в первые дни я могла проходить сквозь стены? — спросила я, весело глядя на него. Он кивнул, всё ещё пытаясь осознать происходящее.

— Так вот, я снова это могу. И это весело! — рассмеялась я, чувствуя, как сила и воодушевление наполняют каждую клеточку моего тела.

Мы шагнули сквозь забор, и я крепко держала руку Леомира, наслаждаясь ощущением его тёплой ладони в своей. Мы пересекли двор, оставаясь невидимыми для остальных. На душе было радостно и спокойно. Я чувствовала, что мы одно целое и что нам всё по плечу. Ах, если бы было всегда…

Когда мы подошли к толстой каменной стене здания, я повернулась к Леомиру:

— Готов?

Он кивнул, хотя несколько напряженно. Я тянула его за собой, и мы шагнули сквозь стену. В мгновение ока оказались внутри помещения, где было тихо и темно. А еще холодно. Я вздрогнула…

Леомир вдруг остановился, его лицо стало серьёзным. Сомнения заставили появиться морщине на переносице.

— Елена, — тихо начал он, — это… всё-таки неправильно. Мы врываемся без разрешения. Адельрик всегда заботился обо мне, и я не могу нарушать его покой. Лишь бы только он не был болен. Но в целом… нам лучше уйти.

Я закатила глаза и сжала его руку крепче.

— Не волнуйся, — ответила шепотом. — Если он в порядке, мы просто не будем показываться ему на глаза. Ты сам всё увидишь.

Леомир напряжённо кивнул, соглашаясь с таким планом. Мы двинулись дальше, переходя из одной комнаты в другую, пока не оказались в спальне наставника. Комната была пустой, кровать аккуратно застелена, повсюду царил порядок.

— Где он? — пробормотал Леомир, оглядываясь.

Вдруг мы услышали женский смех и плеск воды. Леомир напрягся, его глаза расширились, а брови нахмурились.

— Что это? — тихо спросил он, явно не веря своим ушам.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Всё было ясно как день.

— Думаю, сейчас ты сам всё увидишь, — сухо ответила я, потянув его за собой на звук.

Мы прошли ещё через три стены, пока не оказались у небольшой купальни. Пространство озарял мягкий свет, отражающийся от воды, а в центре купальни с весёлым смехом плескался полуобнажённый Адельрик, окружённый тремя красотками в соблазнительных платьях, промокших до прозрачности.

Даже мне, ожидавшей чего-то подобного, стало весьма не по себе. Украдкой взглянула на Леомира. Его лицо побледнело, глаза расширились от шока, а челюсть буквально отвисла. Он казался настолько потрясённым, что на мгновение пошатнулся, пытаясь схватиться за стену для опоры, но схватился за меня.

— Что… что это? — прошептал он, не в силах отвести взгляд от происходящего.

Боль на лице Леомира была невыносимой. Я видела, как его руки сжимаются в кулаки. Он был слишком потрясен. Сердце мое сжалось, и я не удержалась — шагнула к нему и прижалась к его руке, заглядывая в глаза.

— Лучше знать горькую правду, чем жить во власти сладкой лжи, — прошептала я.

Леомир, казалось, не сразу услышал мои слова, но затем его взгляд медленно нашел меня. Его глаза горели смесью отчаяния и гнева, в них отражалась буря, которая бушевала внутри.

— Ты знала? — его голос прозвучал хрипло, надломлено.

Я ощутила, как его тело напряглось до предела, и покачала головой.

— Нет, — честно ответила я. — Но догадывалась. Леомир… ты должен поразмыслить и взвесить, чему верить в своей дальнейшей жизни.

Его руки дрогнули, а потом сжались так сильно, что побелели костяшки пальцев. Лицо исказилось глубоким отчаянием. Я почувствовала, как он качнулся, словно собираясь рвануть вперед и изобличить своего лживого наставника, но я схватила его за запястье, заставляя остановиться.

— Не нужно… — произнесла твердо, смотря на Леомира умоляющим взглядом. — Даже если ты выплеснешь своё негодование ему в лицо, он не изменится. А вот тебе это принесёт только беды. Нам везде будет закрыта дорога, Леомир. Тебя начнут преследовать. Поэтому остановись.

Он замер, борясь с собой. Его дыхание стало глубоким и тяжёлым. Я чуть сильнее сжала его запястье, чтобы удержать от необдуманного поступка.

— Очевидно, что Селина ничего не добьётся своими жалобами на нас, — добавила осторожно. — Адельрику глубоко наплевать на то, чем ты занят. Зато мы сможем спокойно передвигаться по городу, если решим закончить некоторые дела.

Леомир нехотя выдохнул и отступил. Я видела, с каким трудом далось ему это решение, но он всё-таки согласился. Его плечи поникли, а взгляд потух.

Я осторожно подняла руку и коснулась его щеки. Кожа Леомира была горячей. От моего прикосновения он вздрогнул.

— Он не стоит твоего гнева, — прошептала с чувством, заглядывая в его бездонные синие глаза, которые были так мне дороги. — Выкинь этого лживого человека из своего сердца…

Взгляд Леомира изменился. Тоска в его глазах уступила место простой, чистой печали. Он медленно поднял руку и накрыл мою ладонь своей.

— Ты мой свет, — прошептал едва слышно, и его губы дрогнули в печальной, но искренней улыбке. — Давай уйдём. Я больше не желаю его видеть.

Мы молча покинули резиденцию. Через двор прошли незамеченными, будто тени, и забор снова поддался магии символа. Когда оказались за пределами храмового комплекса, я отпустила его руку и вернула нас в обычный мир. Небо над городом начинало темнеть, предвещая закат…

Ветер, прохладный и бодрящий, взметнул золотистые волосы Леомира, и они заиграли в лучах заходящего солнца. Он остановился, посмотрел на меня и вдруг заговорил:

— Ты не против, если я отвезу тебя в трактир, а сам… побуду немного один?

Его голос прозвучал умоляюще. Да, Леомир отчаянно нуждался в уединении.

Мне совсем не хотелось расставаться, но я понимала, что ему нужно это время, чтобы разобраться в себе. Нехотя кивнула.

— Хорошо, — ответила мягко, стараясь скрыть своё разочарование.

Он подошёл ближе, и его руки крепко, но осторожно сомкнулись вокруг моей талии. Я чувствовала тепло его ладоней даже сквозь ткань плаща. На мгновение я подняла взгляд и встретилась с его глазами. Они всё ещё горели тоской, но в них мелькнуло что-то ещё… что-то тёплое и нежное.

Сердце затрепетало надеждой. А вдруг… бастионы между нами всё-таки падут?

Глава 50

Все-таки другой мир

Я не находила себе места. Комната в трактире, хоть и была удобной, словно сдавливала меня со всех сторон. Мысли о Леомире не отпускали. Что, если он не вернётся? Что, если разочарование, разъедающее его изнутри, сильнее его воли?

Пару раз в комнату заглядывал назойливый трактирщик. Его маленькие глазки пытливо блестели, а губы без устали шевелились, вываливая поток абсурдных вопросов:

— Ну что, моя госпожа, где ваш драгоценный инквизитор? Не кокнули ли вы его за углом, добившись полного доверия?

Я отвечала односложно, стараясь не показывать раздражения. Но, как оказалось, терпение закончилось довольно быстро.

— Если честно, — сказала я в конце концов, резко повернувшись к нему, — я чаще всего убиваю крайне назойливых, недалёких мужчин с пивными животами и залысинами на голове.

Трактирщик икнул, побледнел и буквально умчался из комнаты, больше не появляясь. Понял, кого я имею в виду.

Я нервно хихикнула, но веселье тут же испарилось снова…

Мысли вновь возвратились к Леомиру. Я боялась, что он больше не вернётся. Боялась, что эта ночь одиночества превратиться в вечность…

Когда я уже совсем потеряла надежду, раздался стук в окно. Вскочила и распахнула створку.

Напротив окна, в самой тьме ночи, парил Леомир. Его крылья, большие и устрашающие, растянулись за спиной, напоминая силуэт гигантской летучей мыши. Я замерла от изумления.