Анна Кривенко – Подсунутая жена. Попаданка воспитает... (страница 24)
Глава 14. Искушение смотрителя...
Арсений пришёл пожелать мне спокойной ночи. Я как раз сидела на кровати, зевая и обдумывая этот странный день, когда в дверь осторожно постучали.
— Войдите, — пробормотала я, кутаясь в одеяло.
Дверь скрипнула, и в проёме показалась светлая голова. Арсений вошёл несмело, сжимая в руках что-то мягкое — кажется, свой ночной колпак.
— Тётя Лида, — прошептал он, — ты спишь?
— Уже почти, — я улыбнулась.
Мальчик подошёл ближе, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.
— Я просто… Просто хотел сказать спокойной ночи.
Его голос звучал ласково, почти умоляюще.
— Спокойной ночи, Сеня, — тепло ответила я, — но ты ведь не только за этим пришёл?
Малыш вскинул на меня синие глаза, сжал губы, будто раздумывал, стоит ли продолжать.
— Мама… — наконец, тихо сказал он. — Она всегда целовала меня в лоб перед сном. А теперь никто не целует.
У меня сжалось сердце.
— Ну, это дело поправимое! — я поднялась с кровати и порывисто накинула халат. — Пойдём-ка, я тебя уложу, и всё будет как надо.
Мальчик просиял. Он схватил меня за руку, и мы вместе вышли в коридор.
Как только я шагнула за порог, по телу пробежала странная дрожь. Вдалеке заметила движение — высокая фигура с длинными тёмными волосами быстро свернула за угол, будто не хотела, чтобы её заметили.
Я прищурилась.
— Кто это?..
Не заметила, как пробормотала это вслух, а Арсений неожиданно ответил:
— Это госпожа Матильда. Она странная. Надела чужие волосы и бродит по поместью.
Я замерла.
— Что значит «чужие волосы»?
— Ну… — Сеня задумался. — Я видел, как она ходила по коридорам, когда шел к тебе. Потом она споткнулась, и ее волосы упали, - он хихикнул, - но она их опять надела и ушла. Вот…
У меня брови поползли вверх от удивления. Похоже, дело пахнет керосином.
Я быстро привела мальчика в его спальню, заботливо уложила в постель, поцеловала в лоб и пожелала спокойной ночи.
— Спи, Сеня. И если увидишь что-то странное — сразу беги ко мне, хорошо?
Малыш кивнул, прижимая к груди своё одеяло.
Закрыв за ним дверь, я выпрямилась и прищурилась.
Матильда бродит по дому с накладными волосами? В такое время? Да ещё и прячется?
Нет, тут явно замышляется что-то недоброе.
Я подобрала полы халата и зашагала вперёд.
Если эта змея что-то задумала, я должна узнать об этом первой.
***
Смотритель метался в зыбких, сладостных видениях, охваченный смутным, томительным жаром. Сон был таким явственным, таким... живым.
Тонкие женские пальцы мягко скользили по его груди, оставляя за собой едва уловимое тепло. Он вздрогнул, но не отстранился. О, это было неправильно, но как же прекрасно!
Его грудь вздымалась, дыхание становилось всё глубже, а тело предательски отзывалось на эти запретные ласки.
В глубине сознания он понимал: что-то не так. Это было невозможно. Это было греховно. Но сил сопротивляться не оставалось.
Он так давно не знал женщины.
С самой юности, когда оставил поступил на службу в Орден Оракула. Тогда ему казалось, что всё впереди — и подвиги, и мудрость, и благословение… но в реальности была лишь бесконечная скука.
А сейчас… сейчас он чувствовал, как что-то внутри него сгорает в огне искушения.
Нежная рука скользнула выше, коснулась его шеи.
Он стиснул зубы, кадык дёрнулся.
Он не мог и… не хотел останавливаться.
Дыхание стало прерывистым, пульс стучал в висках. И когда он почти окончательно утонул в этом тумане удовольствия, то распахнул глаза.
В полумраке комнаты над ним склонилась… Лидия.
Хозяйка этого дома.
Он даже не заметил, как прошептал ее имя.
Она призывно смотрела на него, губы её влажно поблёскивали, плечо было обнажено, а взгляд…
О, Оракул, помоги!
Его трясло от возбуждения, грудь вздымалась, в голове всё смешалось. Значит, правда? Значит, ведьма! Или… нет, не ведьма. Блудница!
Он понял её замысел.
Она хотела купить его.
Хотела соблазнить, чтобы он закрыл глаза на фиктивность её брака!
Вот оно что…
Идеальный план созрел в его голове.
Он сделает вид, что поддался искушению и изведает его сполна.
Он позволит ей насладиться иллюзией победы. А потом… потом он прилюдно раскается и обвинит её в распутстве!
Так он и задачу выполнит, и… вкусит запретного плода.
Никто не узнает, что он слукавил.
Никто. Даже Оракул.
Потому что храмовники давно знали правду — Оракул всего лишь кусок камня. Он ничего не видит, ничего не слышит. Он — просто пугало для глупцов.
Да… Всё сложится идеально.
Смотритель глубоко вздохнул, подавляя дрожь.
Лидия закусила губу — о, какое приглашение! — и её рука снова потянулась к нему.