Анна Кривенко – Эльфийский пленник для рыжей фурии (страница 5)
Я уже в третий раз закидывала на эльфа магическую сеть, чтобы обездвижить его для забора крови, но он умудрялся ослаблять ее снова и снова, поэтому мои планы летели прямиком к демонам.
Это страшно злило.
Похоже, он умудрился изучить часть моих заковыристых заклинаний, и теперь начал находить в них брешь, не позволяя связать себя намертво, как это получилось в таверне. Дело начинало принимать опасный оборот…
Но через пару часов после рассвета ко мне ворвалась Марта и прокричала, что Алирре стало хуже.
Я выронила стеклянный сосуд для крови из рук и рванула к сестре, забыв запереть дверь в свои покои.
Наверное, я была похожа на вестника смерти, потому что и слуги, и воины шарахались от меня, когда я встречалась с ними коридорами. В тот момент я забыла обо всем на свете, кроме одного: моя сестра не должна умереть!!!
Она всегда была болезненной и нежной, и я трепетно любила ее. На этом свете больше не было существа, которое значило бы для меня так много. Мы были близки настолько, насколько это вообще было возможно, и вот теперь моя звездочка угасала, отнимая часть моего сердца и превращая душу в выжженную пустыню…
Алирра лежала на белых простынях, похожая на покойника. Бледная, с капельками пота, скатывающимися по вискам — она напомнила хладный труп и едва не довела меня до сердечного приступа. Почти не дышала, точнее, дышала редко и рвано, а доктор Лестер крутился около нее, как неугомонный смерч. Чем-то протирал ей лицо и руки, мазал виски мазью, капал в рот непонятные, дурно пахнущие капли…
— Что с ней? — голос отказал мне, и вместо него послышался жуткий хрип, заставивший доктора вздрогнуть.
— Вы напугали меня, Локарно… — пробормотал он с легкой укоризной, которую мог себе позволить в такие моменты. — Не стойте столбом, помогите мне. Нужно дать вашей сестре вот эту настойку.
Он указал на чашу с мутной белесой жидкостью, а я поспешила приподнять Алирру, помогла приоткрыть ей рот и проследила, чтобы ни капли драгоценной настойки не пролилось мимо…
На время дыхание сестры выровнялось, но в глазах доктора я видела неизменный приговор.
О нет, моя прекрасная сестра, свет очей моих! Да ради тебя я что угодно сделаю!!! Как угодно поступлю и на что угодно решусь!!!
Именно поэтому я не просто вернулась в свои покои. Я влетела в них, как фурия, намереваясь любым способом сцедить эльфячью кровь.
Остроухий словно издалека уловил мое настроение, потому что поднялся с кушетки с очень настороженным видом. Посмотрел на меня с удивлением, словно мог здраво мыслить, после чего напрягся и приготовился к обороне.
Но мне уже было все равно.
Я выгребла из ящика в прикроватном столике все свои амулеты, нацепила их на одежду, парочку сжала даже зубами, чтобы усилить свои магические силы, и после этого двинулась к импровизированной тюрьме в углу.
В руках стеклянная кобла и нож, глаза горят недобро и решительно. Наверное, я выглядела страшно, потому что эльф побледнел.
Остановившись напротив него, выпустила магическую сеть и стянула ее изо всех сил, не боясь больше перестараться или перегореть…
Еще ночью кто-то ворвался в комнату и что-то прокричал о смерти. Я не все понял, но основной смысл слов уловить смог. Даже в полумраке я увидел, как побледнел мой тюремщик. Его юное смазливое лицо вытянулось, глаза наполнились болью. Он вылетел из помещения со скоростью, достойной гепарда, оставив меня задумчиво вглядываться в темноту.
Вернулся довольно скоро злой, как демон. Хотя нет, это не злость. Это… отчаяние?
Именно так!
Во взгляде мальчишки было столько боли и решительности, что мне стало не по себе. А когда он нацепил на себя целый ворох самых разнообразных амулетов, меня посетило очень дурное предчувствие.
Да, за последние часы я методом проб и ошибок уже начал разбираться в его заковыристых заклинаниях. Магия была необычной, построение заклинаний тоже, но всё было решаемо, и мне хватило бы нескольких недель, чтобы овладеть этим мастерством. А если бы был ещё и наставник, то можно было бы управиться и за несколько дней.
Однако ту мощь, которую на меня обрушил рыжий через мгновение, я еще не мог побороть. Меня откинуло на кушетку, приковало в ней намертво, а мальчишка снял защиту и подошел ко мне вплотную.
Накатила злость и чувство жуткого унижения. Как никогда, захотелось вырваться и придушить наглого поганца, но в этот момент… я увидел ИХ!
Дорожки от слез на бледном безбородом лице. Они почти высохли, почти не бросались глаза, но я заметил их.
Сам от себя не ожидая, вдруг сник, и всякая злость ушла. Я другими глазами посмотрел на своего мучителя, задаваясь вопросом, что тут вообще творится, а он в это время бесцеремонно поранил мой палец и начал стремительно сцеживать из него кровь.
И тут до меня дошло, ведь только самому недалёкому эльфу после этого было бы что-то непонятно. Рыжему нужно снадобье на основе эльфийской крови!
В Андрагоне многие болезни людей лечили именно таким способом. Эльфийская кровь влияла на людей также мощно и плодотворно, как на любовном поприще — наши феромоны. Выходит… здесь кто-то болен, а меня поймали для приготовления лекарства…
И хотя подобная участь для меня, эльфийского принца, была крайне унизительной, но от сердца почему-то вдруг отлегло. Наверное потому, что я хотя бы понял причину своего пленения.
Но насколько же местные аборигены невежественны, что не способны к простому разговору! Неужели нельзя было договориться, элементарно попросить о помощи? Впрочем, это ведь люди! Некоторые ученые мужи Андрагона писали о том, что людям опасно давать власть и свободу. Они склонны к агрессии, быстро привыкают к жестокости, поэтому могут представлять опасность как для себя, так и для других. Видимо, мудрецы все-таки были правы в своих выводах, потому что этот мальчишка выглядел сейчас просто безумцем…
Я перестал брыкаться и позволил сцедить у себя приличное количество крови. Рыжий этому даже удивился, иногда недоверчиво поглядывая мне в лицо. Но у меня реально появилась надежда.
Наверное, я слишком доверчив и хочу видеть в живых существах только лучшее, но я допустил мысль, что после исцеления неизвестного больного меня могут и отпустить…
Эльф смотрел на меня, как просветлённый. Руки дрожали, когда я сцеживала кровь в стеклянный сосуд, и странный изучающий взгляд остроухого меня страшно нервировал. Потому что в его глазах вдруг оказалось… очень много ума.
Нет, так не смотрят полуразумные животные или ведомые инстинктами нелюди. Эльф казался разумным не меньше меня, и совесть заметно уколола душу.
А если он… не такая уж тварь, как мне казалось? А если он не отличается от людей и способен к нормальному общению, а я тут держу его в клетке, как зверя?
Хотя… о чем это я вообще??? Он же враг, кровный враг, жестокий, кровожадный и беспринципный…
Я искренне пыталась отмахиваться от неуместных мыслей, но они настойчиво лезли в голову и усиливали дрожь в пальцах.
Наконец, сосуд наполнился, и я облегченно отступила от эльфа на шаг. Вернула барьер, сняла с него сеть и на ослабленных ногах поспешила к доктору Лестеру.
Тот дико обрадовался, увидев такое количество драгоценной крови, и умчался в свою лабораторию — готовить лекарство.
Я стянула с себя опустошенные амулеты. Без них я бы эльфа не удержала. Сил почти не осталось, поэтому я устало присела на край постели около сестры и мягко погладила ее руке.
— Всё будет хорошо, Алирра… — шепнула болезненно, переживая очередной спазм боли в сердце. — Ты будешь жить…
В покои вернулась только тогда, когда доктор влил в рот сестре свежеприготовленное лекарство, и она буквально на глазах порозовела и уснула.
В сердце расцвела надежда, поэтому я обернулась к эльфу сразу же, как вошла. Но тот снова спал лицом к стене, и я тоже повалилась на кровать, чувствуя, что сознание куда-то уплывает.
Неужели сработало???
После всего этого убивать эльфа мне расхотелось еще больше. Пусть недобровольно, но он все-таки помог нам. Жизнь за жизнь…
Глава 6
Ты говоришь!!!
Я проснулась через несколько часов, отдохнувшая и посвежевшая. Настроение было отличным, но один только взгляд на эльфа заставил мою совесть снова затрепыхаться. Причем, трепыхалась она значительно сильнее вчерашнего, и я почувствовала, как душевный подъем мгновенно скис.
Остроухий сидел на кушетке с отрешённым видом. Золотые волосы давно посерели и превратились в один большой колтун. Лицо было бледным, черты заострились. Ну да, он ведь не ел уже почти двое суток, а я вчера у него еще и крови выцедила.
Троллий хвост! Что же так… неуютно теперь?
Прикусила губу, чувствуя себя чудовищем. Очень некстати залаяли собаки, которым Финни — наш дворовой — нёс завтрак, и я подумала о том, что даже псы должны есть.
Вот только как накормить пленника, если он сразу же кидается с намерением убить? Спеленать его магией, как вчера? Но у меня уже половина амулетов перегорела…
Проклятье, вот это задачка!!!
Я поспешно умылась в оставленной Марфой миске, гребнем причесала волосы и связала их в непримечательный пучок на затылке. Так как завалилась спать я, не раздеваясь, то просто отряхнула штаны и рубашку, и только после этого направилась в угол.
Эльф при моем приближении безучастно поднял взгляд, и я поразилась глубочайшей тоске, засквозившей в этом взгляде.