Анна Кривенко – Эльфийский пленник для рыжей фурии (страница 18)
И вообще, расставание…
Неужели в моей жизни больше не будет его веселых и лукаво сверкающих глаз? Неужели не станет его неуёмной энергии и заразительной эмоциональности?
Даже вечерняя вспышка его чувств была такой уже привычной для меня. Неужели я привязался к нему настолько быстро и сильно?
Вернусь домой и снова буду жить прежней жизнью, в которой будет только пустота…
Закралась вдруг безумная мысль взять его с собой.
О нет, это же полный бред!
Но фантазии уже полетели вереницей, и я представил, как приглашаю его во дворец своего брата, а на лице любознательного Лока расцветает восторг. С каким упоением он будет рассматривать величественные постройки, как жадно потянется к оружию, которое я покажу ему в оружейной.
На лице сама собою появилась улыбка.
Локарно может осветить собою любой темный закуток жизни. Мы могли бы вместе путешествовать, любоваться красотами нашего мира, разгадывать головоломки, искать сокровища древних рунеллов*. Это было бы так увлекательно!
А его чувства ко мне…
Мы бы вылечили его! Моей кровью или какими-нибудь эльфийскими лекарствами. Он бы стал свободен, и мы не расставались бы много-много лет…
Очнулся от своих фантазий только тогда, когда за окном забрезжил рассвет. А когда понял, чего именно хочу, начал неистово краснеть.
Я хочу быть с ним. Всю жизнь. Не хочу уезжать, не хочу расставаться. Отчаянно не хочу!!!
Но… это невозможно. Мои глупые и какие-то смущающие мечты неосуществимы, и мне лучше выбросить их из головы…
Послышавшийся вдруг в полной тишине стон заставил вздрогнуть и замереть. Когда же он повторился, я со скоростью вихря сорвался с кровати и ринулся к Локу, чувствуя, как от тревоги выскакивает сердце…
Подбежал к его кровати, сдернул одеяло и замер.
Мальчишка беспокойно спал, скукожившись, как ребёнок. На ресницах застыли слезы, глазные яблоки активно шевелились, выдавая, что он глубоко погружен в сон.
Меня просто накрыло. Состраданием, удвоившейся болью, желанием стереть эти следы его слабости с лица.
В этот момент мне было трудно поверить в то, что это трогательное существо способно махать мечом не хуже меня. И маг из него просто потрясающий…
Попятился, понимая, что с моим сердцем происходит что-то странное, что-то пугающее, потому что все эмоции и все мечты сконцентрировались на этом человеке, которого я знаю так мало, но уже не представляю себе нормальной жизни без его присутствия.
Что это? Безумие? Привычка? Но привычки не укрепляются так быстро! Колдовство, в конце концов?
Нет, я не испытываю к нему никакого влечения, кроме глубочайшей душевной привязанности, и слава богам!
Но он мне дорог. Так дорог, что сейчас я готов снова обнять его и зашептать на ухо успокоительные слова, словно ребёнку…
Но я не буду этого делать…
Укрыл мальчишку обратно и просто погладил его по шелковистым медным волосам.
— Отдыхай… — прошептал я, а потом просто призвал магию, отчего ладонь засветилась, и позволил ей наполнить его тело теплом…
Лок перестал хмуриться, его бледное лицо разгладилось, а дыхание наконец-то стало спокойным.
Руку не хотелось убирать, в душе по-прежнему бушевали чувства.
— Я люблю тебя, Алекс… — вдруг прошептал мальчишка, а я вмиг остолбенел.
Нет, он не проснулся, он по-прежнему спал. Но эти слова…
Они вывернули меня наизнанку, наполнив оторопью и очередной порцией боли, непонимания и растерянности.
— Я тоже люблю тебя… — прошептал в ответ, не в силах промолчать, — тоже люблю тебя, мой дорогой младший братец Лок…
Кажется, мне приснилось, что я призналась Алексу в любви и что он… ответил мне взаимностью. Это был такой прекрасный сон! Именно поэтому я проснулась счастливая… ровно до того момента, пока не осознала, что это именно сон.
Улыбка мгновенно сползла с моего лица, уступив место глубокому разочарованию.
Присела в кровати, чувствуя, как страшно ломит всё тело.
Почесала взъерошенный затылок, зевнула и только после этого взглянула в угол, где должен был спать мой эльф.
Но того на месте не оказалось. Сердце вмиг замерло, просто отказываясь стучать дальше.
Он ушел? Сбежал? Алирра полностью выздоровела, и он решил удалиться, не прощаясь???
Или обиделся на мои вчерашние слова и решил не ждать еще неделю??? И если магия клятвы его отпустила, значит, сестра действительно полностью здорова…
Все эти мысли пронеслись в голове со скоростью молнии, и на меня накатила боль.
Как он мог не попрощаться со мной? Неужели я теперь всю жизнь буду вспоминать нашу последнюю с ним встречу, как свою глупую истерику⁇
Я вскочила с кровати и рванула прочь из комнаты, даже не удосужившись поправить растрепанные волосы или разгладить примявшуюся одежду.
Не знаю, куда я бежала, наверное, к воротам, как будто Алекс мог действительно выходить через них именно в этот момент. Это был какой-то акт отчаяния, безумия и тоски.
Напугала своим видом нескольких служанок, озадачила дружинников, а когда выскочила в сад, то до визга ошарашила кошку.
Остановилась на залитой солнцем дорожке, тяжело дыша. Кажется, было далеко не утро, а целый полдень. Неужели я так долго спала?
Наконец-то очнулась и поняла, что бегу в никуда, что вся эта затея бессмысленна.
Если Алекс ушел, значит, навсегда, и искать его совершенно глупо.
Сердце защемило снова, однако в этот момент я услышала голоса — мужской и женский, после чего к ним добавился тихий заливистый смех. Это же Алирра!
Я рванула вперед, почти спотыкаясь. Понеслась прямо по клумбе, перепрыгивая колючие кусты, и оказалась как раз напротив большой деревянной беседки, которую отец построил еще в детстве для сестры. Он всегда говорил, что для мужчин куют мечи, а для женщин возводят красоту. Всем по потребностям…
Я по мечам, если что…
Беседка в это время года была потрясающе красивой. Обвитая плющом, как плащом, она притягивала взгляд и выглядела уютным гнездышком для влюблённых.
Когда же я увидела тех, кто находился внутри, в моей голове не осталось ни одной трезвой мысли.
Рядом сидели двое — Алирра, моя сестра, и Алекс — мой прекрасный и любимый «пленник». Они приглушенно разговаривали и улыбались друг другу, как самая настоящая парочка.
Почувствовала, как кровь отливает от лица. Руки сами собою сжались в кулаки, на душу обрушилось нестерпимое желание что-нибудь сломать, сокрушить и уничтожить.
Развернулась и помчалась в противоположную часть сада, где находилась моя тренировочная площадка.
Глаза застилал туман, в ушах бухала кровь, по телу пробегал озноб.
Меча с собой не было, поэтому схватила палку и, найдя ни в чем не повинное чучело для тренировок, начала избивать его с решимостью сумасшедшего наемного убийцы.
Нет, я не представляла на его месте Алекса. Наверное, только себя…
Когда же за моей спиной раздался тревожный юношеский голос, я вздрогнула и вмиг ослабела.
— Лок… — приговорил Алекс, и в голосе его засквозила боль. — Локарно, ты в порядке?
Я молчала, не желая поворачиваться. Только бы не выдать ему свою боль. Хватит, уже успела вылить кучу бреда на него вчера… Только бы выглядеть адекватной, хотя… после такого красноречиво яростного избиения чучела вряд ли меня можно заподозрить в адекватности.
Наверное, я хотела, чтобы он ушел.
Чтобы не смотрел на меня…
— Если Алирра здорова, уже завтра ты сможешь быть свободен от клятвы… — проговорила я, не оборачиваясь. — Судя по тому, как вам было вместе весело, думаю, с ней уже всё в порядке…