Анна Кривенко – Друзья по-эльфийски (страница 28)
— Хорошо, — ответила охрипшим от волнения голосом. — Я согласен. Согласен стать твоим другом, Лиэн…
А на щеке до сих пор горел огнем его дружеский поцелуй…
Глава 31
Спор и его последствия
— Расскажи мне о метках…
Алина поравнялась с эльфом, тяжело дыша. Он шёл торопливо чеканным шагом воина, а девушка, несущая на плече суму с провизией и мех с водой, немного не поспевала за ним.
Бушевало раннее утро. Деревья шумели под порывами теплого ветра, местами пропуская через себя солнце, отчего по тропинке иногда пускались вскачь солнечные зайчики. Ощущение магического давления давно исчезло, и это случилось именно тогда, когда они перешли реку вброд и ступили на законную территорию эльфов. Алина ощущала легкую эйфорию, и даже мокрые штанины, неприятно липнущие к коже, не затмевали этого состояния.
Вчера ночью произошло что-то особенное: Лиэн предложил стать её другом. И хотя это выглядело вынужденным решением с его стороны, но Алина всё равно чувствовала себя радостно.
Почему так? Почему он всё больше занимает её мысли? Может, в этом тоже виноваты метки? Что они такое? Как отделить себя и свои истинные чувства от их влияния?
— Ну что на счёт меток? — нетерпеливо переспросила девушка, уворачиваясь от очередной ветки.
Лиэн даже не посмотрел в её сторону, продолжая шагать вперёд, но высокомерия в нём больше не чувствовалось.
— Что именно ты хочешь знать? — уточнил он, и голос его прозвучал очень даже миролюбиво.
Почему-то каждое проявление его расположения очень трогало Алину. Её сердце начинало радостно ускоряться только от мысли, что между ними больше нет вражды. Что это? Неужели отношение этого эльфа для неё важно?
Эх, не попасть бы в такую беду, как влюбленность…
— Как работают метки? Они только приказывают и ограничивают или могут давать эмоции, например?
Лиэн странно дернулся, словно этот вопрос его нервировал, но оборачиваться или останавливаться не стал.
— Да, и ограничивают, и волю диктуют, и эмоции дают… — произнес он мрачновато, но без злости. — Магические метки — это огромная сила и мощь, и противиться им почти невозможно, как я понял. Приходится смиряться…
Алина тяжело выдохнула. Да, бедняга! Ему приходится смиряться, что она теперь его друг…
А потом ей стало смешно.
Блин, вот это попала! Не знаю как, привязала к себе красивого парня, причем, намертво. Он бы рад соскочить, да не может. Вон, смиряется идет…
Услышав неожиданное хихиканье, эльф резко остановился и обернулся, с подозрением разглядывая довольную физиономию девушки.
— Я сказал что-то смешное? — уточнил он, поджав губы. Алина отметила, как ярко в нем проявилось прежнее высокомерие: всё-таки аристократические замашки подобного индивида никакими метками не искоренишь.
— Извини… — она снова хихикнула (кажется, это уже нервное), — настроение немного… дурацкое. В этом мире вообще всё с ног на голову, а я до сих пор не привыкну…
— В этом мире? — эльф отметил про себя, что слышит эту оговорку уже второй раз и нахмурился. — О каком мире ты говоришь?
Алина отмахнулась.
— Не обращай внимания. Это не важно…
И пошла вперед, немного жалея, что не сдержалась…
Через пару часов Алина потребовала привал, на что Лиэн фыркнул в своей прежней манере.
— Проводники нынче хилые пошли, — бурчал он, присаживаясь на траву под деревом. — И трех часов пешего шага одолеть не могут…
Девушка насупилась.
— Ты налегке, между прочим, а я после исцеления волчицы до сих пор ощущаю слабость. И вообще, разве друзья могут быть такими сварливыми?
Эльф взглянул на неё недоумённо, Алина в ответ свирепо, после чего Лиэн вздернул бровь и переплел руки на груди. Причем, сделал это настолько изящно, с таким величием, будто восседал сейчас на троне в личине короля.
— В эльфийском обществе даже между близкими родственниками сохраняются очень строгие, почтительные отношения. Никакого панибратства, чтоб ты знал, между нами не будет. Я старше, и ты должен беспрекословно подчиняться!
Девушка уселась напротив и пренебрежительно фыркнула в ответ:
— Ещё чего! Это не дружба, а рабство! В гробу я видел такие отношения! Если именно ЭТО ты имел в виду, предлагая дружить, то я, пожалуй, откажусь…
Она сжала губы, насупившись, а Лиэн вдруг обнаружил себя за тем, что с неподдельным интересом разглядывает внешний вид своего магического друга…
Это было очередное наваждение, не иначе. Эльф вдруг обратил внимание, насколько Эшли красив, ярок и мил. И даже косо обрезанные волосы совершенно не портили его, скорее, придавали экзотичности. Некстати вспомнился момент, как он однажды застал Метателя на берегу после купания и что именно испытал при этом, и у него перехватило дыхание.
Что это??? Он не должен там думать о человеке мужского пола!!! Если бы Метатель был женщиной, возможно, это показалось бы нормальным, но не в этом случае…
Устыдившись, Лиэн страшно напрягся и собрался подскочить на ноги, но Эшли остановил его.
— Стой, куда собрался,
Так как мальчишка забурился в исследование котомки и перестал его разглядывать, Лиэн отказался от мысли о побеге и сделал несколько глубоких вдохов.
Нет, ему просто показалось! Он не любуется своим магическим другом, вовсе нет! Это странно, нелепо и даже противно…
Наверное, действительно пора хоть чего-нибудь поесть, а то уже лезет в голову что-то несуразное от недоедания…
Когда Эшли протянул ему подсушенную лепёшку, эльф не стал отказываться. Желудок тотчас же запел, выдавая степень своего голода, и Лиэн решил закрыть глаза на происхождение этой еды. На всякий случай магией проверил пищу на яды и, найдя её удовлетворительной, начал есть.
— А с женами своими эльфы тоже поддерживают… официальные отношения? — вдруг нарушил тишину мальчишка, поглядывая на Лиэна насмешливым взглядом. — Может, они кланяются мужьям в ноги и называют их исключительно на «вы»?
Лиэну не понравился сарказм в голосе Метателя, но он постарался ответить спокойно и терпеливо:
— А что плохого в почтении? На «вы» называют друг друга только в семьях более старшего поколения, а на счет поклонов… Нет, такой практики не существует, но… жена действительно должна уважать своего мужа и относиться к нему соответствующе. Разве у людей не так?
Эшли опустил глаза.
— Не знаю, как здесь, — начал он, — но у меня на родине в моде равноправие. То есть
Лиэн изумленно слушал эту речь, которую старейшины назвали бы откровенной ересью. Неужели… с женой можно дружить? Даже среди истинных пар он никогда ни о чём подобном не слышал. Магические друзья — как раз для близких задушевных отношений, а истинные жены — для рождения одарённых детей. У всех своя функция…
— Странные у вас порядки… — ответил Лиэн после некоторого раздумья. — Жена — всего лишь женщина, но разве с женщинами можно дружить? Она — хранительница семьи, муж — представитель семьи в обществе и защитник. У них совершено разные функции и задачи. Им не о чем говорить и не в чем соприкасаться.
На лице Эшли неожиданно появилось выражение сострадания.
— Бедные эльфы! Вы потеряли так много! И не смотри на меня так! Жена — самый близкий человек из всех существующих! Разве можно держать с ней настолько громадную дистанцию? А как же душевная близость? Или постели вполне достаточно?
Лиэн почувствовал смущение, которое попытался скрыть за напускным негодованием.
— А ты в постель эльфийскую не лезь, — строго произнес он. — Да и мал ты ещё для разговоров на эту тему…
— Что??? — возмутился Эшли. — Мне, между прочим, 23 года! Я совершеннолетний и про постель знаю не понаслышке, так что нечего из меня ребёнка делать!!! Могу даже посоветовать в этом деле какому-нибудь слишком неопытному эльфу!
Лиэн почувствовал, что начинает заводиться.
— Личная порочность — не повод для гордости! — процедил он, а Эшли вдруг округлил глаза.
— Так ты что же… действительно девственник???
Он аж качнулся вперед, словно силясь в эльфе что-то рассмотреть, а Лиэн несознательно вжался спиной в ствол дерева. Получилась презабавная картина.
Но парень быстро взял себя в руки, выровнялся и придал лицу важный вид:
— Любой уважающий себя эльф вступит в отношения с женщиной только после бракосочетания, так что свою «опытность» можешь оставить при себе, мальчишка! И возраст твой меня вообще не впечатляет, потому что я живу на этой земле уже третью сотню лет. Думаю, не тебе учить меня жизни,
Теперь уже он вложил в последнее слово некую долю насмешки, но Эшли этого даже не заметил, потому что замер и, как заворожённый, уставился на эльфа.