Анна Ковалева – Измена. Цена твоей лжи (страница 33)
— Наташа? — мужчина быстро подскочил к нам и уставился на жену. — Ты опять за старое?
— Николай, — обратилась я к нему. — Будьте добры, уймите приступы ревности своей жены. Если она еще раз позволит себе оскорблять меня и мою дочь, я на нее напишу заявление. И если это сделаю, то никакого примирения сторон не будет. Я пойду на принцип, и даже на ваших детей не посмотрю. Мне безопасность моей дочери дороже.
— Коля, она врет. Милый, я просто…
— А ну-ка пошли, дорогая, — схватив женушку за локоть, он потащил ее к карусели. Попутно всучил жене одного ребенка, а сам взял на руки второго.
Напоследок бросил мне извиняющийся взгляд, но я лишь поморщилась. Нет, ну вот на кой черт такая семья, если ты ревнуешь мужа к каждому столбу?
Я ведь на её Колю даже не смотрела толком. А в ее воспаленном мозгу черте-что нарисовалось. И судя по всему, такие истерики Наташа мужу закатывает регулярно.
Бедолагу даже жаль немного. Если он ей не изменяет, то очень скоро начнет. И тут даже мне как женщине осудить его будет сложно. Хотя все же лучше будет, если они просто разведутся. Детей жаль, конечно, но постоянные истерики и скандалы в семье куда хуже скажутся на их психике, чем развод родителей.
Внезапно тревога полоснула по коже и я вскинулась. Лиза! Из-за этой чокнутой я напрочь забыла о дочери. Обернувшись, осмотрела всю площадку и почувствовала как сердце ухнуло в пятки.
Наше ведерко с лопатками стояло у песочницы, а брошенный самокат лежал у ограждения. Лизы рядом не было и в помине…
Господи, нет!
— Лиза! — закричала я, рванув в сторону горки. Я краем глаза видела как она шла туда, когда на меня налетела Наталья. — Лиза!!!
— Мам…
Услышав тоненький голосок, я ускорила шаг и замерла, только когда миновала чертов игровой комплекс.
Лиза сидела на лавочке и во все глаза смотрела на меня. А рядом с ней на корточках сидел Лёша. И тоже почему-то смотрел на меня…
Глава 35
Поиски
Алексей
Я смотрел как она уходит, и чувствовал как медленно подыхаю. Варюсь в собственном соку, поджариваюсь на раскаленных углях, распадаюсь на части, на крупицы, на атомы.
Это было больно. Очень. Никаким физическим ударом Рита не смогла бы мне сделать больнее, чем этими словами. Да даже ножевой удар или выстрел в упор не были бы настолько болезненными.
Эти слова буквально корежили, уничтожали меня. Будто кто-то закачал внутрь серной кислоты, отчего все органы расползались на ошметки.
А чего я ждал, идиота кусок? Я же знал, что такие женщины как Рита долго одни не остаются. Знал, но предпочел отпустить ее.
И все эти годы не заходил в ее профиль, только статьи читал в журнале. Потому что боялся узнать, что она вышла замуж и счастлива с другим мужчиной.
Наверное, в душе все же наделялся, что судьба подарит нам еще один шанс в будущем.
И она подарила, когда я уже почти не ждал. Подарила надежду, чтобы жестоко ее отобрать.
Кода я увидел, что на пальце Риты нет обручального кольца, то надежда во мне ожила.
Я тогда подумал, что не все потеряно, что если она все ещё не замужем, то значит до сих пор не забыла меня. Так же как и я ее не забыл.
Поэтому меня не остановил ее побег с благотворительного вечера. Я решил, что должен добиться встречи любой ценой и рассказать всю правду.
Решил, что могу все исправить и вернуть любимую женщину.
Меня радовал тот факт, что Ритка не оставалась равнодушной. Она психовала, сердилась, негодовала, обижалась, но это мне было на руку.
Хуже всего именно равнодушие, когда на тебя смотрят холодными рыбьими глазами как на пустое место.
У Риты такого не было. Она вся буквально пылала эмоциями, пусть и негативными. Ух, как она разозлилась на доставку цветов. Будь я рядом, надавала бы мне пощечин за самоуправство.
Но тем не менее своего я добился и выманил ее на встречу.
Чтобы в итоге услышать о том, что она счастлива с другим…
Собственник в моей душе негодовал, он буквально грозился сорваться с цепи. Все что ему хотелось, это догнать Риту, затолкать в машину и увезти далеко-далеко…
Чтобы снова сделать своей. Чтобы снова научить ее любить меня. И самому любить ее все дни и ночи напролёт.
Но, увы, это работает только в какой-нибудь третьесортной мелодраме.
После ухода Риты я еще долго сижу в одиночестве и уныло смотрю в окно. Вырывает меня из этой прострации щебетанье подошедшей хостесс.
Оцениваю ее цепким взглядом и понимаю, что Рита права. Девка ко мне отчаянно клеится.
Только вот мне это не нужно. Такое навязчивое внимание жутко раздражает. Поэтому я холодно прошу позвать официанта и принести счет.
Девица вроде бы сникает, но через пять минут, когда мне приносят счет, я обнаруживаю внутри картонной книжицы карточку с ее номером телефона.
Вот же упертая какая. Оставив деньги и чаевые, я рву карточку на мелкие кусочки и бросаю их поверх денег. Вполне наглядный ответ.
А после этого киваю ошалевшему официанту и направляюсь к выходу.
Следующие несколько часов просто езжу по Питеру, не зная куда податься. Только ближе к вечеру оказываюсь в новой квартире.
Жутко хотелось надраться, но я одернул себя. Я давно уже пил по минимуму и только на праздниках и по крупным событиям. Когда отмечали открытие нового салона или обмывали крупную сделку.
В одно рыло больше не нажирался.
Вот и сейчас, вместо того чтобы заливать глаза виски, я принял холодный душ и начал думать. А потом позвонил знакомым парням и попросил собрать мне информацию на Риту.
Мне хотелось выяснить, с кем она живет и как долго. Нет, я не собирался мешать ее счастью, но только в том случае, если обнаружу с ней достойного мужчину.
Мне важно было знать, что она в хороших руках, поэтому я решил узнать с кем она встречается, и уже потом пробить подноготную на этого мужика.
Информацию мне прислали вечером пятницы. И она стала для меня ударом под дых.
В документах не было ни слова о мужчине, зато я узнал, что Рита родила ребёнка. Девочку, которой в марте исполнилось пять.
Господи. Не знаю, сколько я сидел выпавшим в осадок, я словно выпал из реальности. А когда очухался, начал водить глазами по строчкам.
Девочку звали Лизой. Варшавиной Елизаветой Сергеевной.
Сергей, значит. Вот как зовут моего соперника. Только вот какого черта он настрогал ребенка и до сих пор не женился на Рите?
Во мне развилась заочная неприязнь к этому типу. В голове вертелись самые худшие варианты. Например, то, что он обрюхатил мою девочку и смылся.
Убью суку! За то, то соблазнил мою Ритку, за то, что бросил родного ребенка.
Правда, злость моя схлынула в тот момент, когда в строчке поисковика мне выпал некролог Сергея Варшавина, датированный концом июня шестилетней давности.
Блин, как я мог упустить этот момент? Помню, что слышал новости о жутком пожаре, унесшем жизни трех десятков человек, но особо не вникал в детали. Подумал лишь, что нужно привлечь к ответственности тех, кто допустил такую опасную программу, и все.
И никак не думал, что эта трагедия как-то коснется Риты. В то время у нас на носу было открытие новых салонов, и я не заглядывал в журнал.
Впрочем, поиск по архивным номерам мне ничего не дал. В журнале был опубликован только некролог и отдельная статья памяти, где коллеги рассказывали о Сергее как о хорошем человеке и настоящем профессионале своего дела. Никакой информации о личной жизни Сергея и Риты не было.
И это к лучшему, наверное. Ей наверняка было тяжело. Пережить трагедию и остаться беременной. Не хватало еще, чтобы личную жизнь мусолили чужие люди.
На этом я не выдерживаю. Все же достаю бутылку и выпиваю пару порций виски. Без алкоголя такие новости сложно переварить.
А в голове сплошная каша. Как будто мозги напрочь покалечило шрапнелью.
С одной стороны, приходит неимоверное облегчение от того, что самым родным человеком Рита назвала дочку.
Это правильно. Любая нормальная мать ребенка будет ставить превыше всего. Уж кому как не мне знать, что бывает в обратном случае.
Но с другой стороны… У Риты был мужчина. Она с ним спала. Она родила от него дочь. А моя девочка не из тех, кто разменивается на одноразовые связи. Выходит, она его любила?