Анна Ковалева – Измена. Цена твоей лжи (страница 16)

— В принципе, да. — У малыша так или иначе завтра будут брать кровь. Да и прививки надо сделать.

— Отлично. Возьмите образцы, пожалуйста. С меня причитается…

Дорогие мои, спасибо тем, кто остался со мной.

А в ожидании проды предлагаю вам еще одну мою книгу с темой измены и развода.

Распятая любовь

— Ты что творишь, Лана? — рычит он, прижимая меня к стене. — На что рассчитываешь? Зачем устраиваешь этот цирк с разделом имущества? Отомстить решила? Или таким образом хочешь меня вернуть? Так напрасно! Даже если завтра наступит конец света, то я лучше сдохну в одиночестве, чем приду к тебе.

— Не надо, Глеб, — сжимаю горло рукой, борясь с подступающими эмоциями. Из глаз текут горькие слезы.

Он снова это делает со мной. Бьет по самым больным точкам, лишая только что обретенной решимости и уверенности в себе. Превращая в беззащитную и беспомощную куклу.

— Я хотел по-хорошему, Лана. Но ты, видимо, хочешь по-плохому, — Глеб хватает меня за предплечье, заставляя вскрикнуть от боли. — Соглашайся на мировую и не трать мне нервы. Иначе хуже будет.

— И что ты сделаешь? — поднимаю на него заплаканные глаза. Мне чертовски больно сейчас, но я нахожу в себе достаточно силы воли, чтобы попытаться дать отпор. — Ударишь? Изобьешь? Так давай, начинай. Будет что предъявить в суде. На руке уже синяки остались, наверное.

Выкрикиваю с надрывом, с отчаянием, поводя стиснутой в стальной хватке рукой.

— Да тихо ты, дура!!! — Глеб морщится, мотает головой и тут же отпускает мою руку. — Не кричи! И не делай из меня психопата. Я никогда на женщину руку не поднимал. Это подтвердят все, кто меня знает. Да ты и сама подтвердишь. Не будешь же врать, что я тебя избивал все годы брака?

Прикусываю губу и смахиваю навернувшиеся слезы. Тут Бессонов меня уел. Рукоприкладством он никогда не занимался. Да что там, он даже голос особо не повышал, когда мы ссорились. Таким жестким как сейчас, со мной он не был никогда.

— В общем так, Лана. Объясняю на пальцах, если до тебя не дошло. У меня теперь другая женщина. На которой я хочу жениться. И более того, я уже сделал Анжеле предложение.

Глава 17

У вас больше нет сына

Все следующие дни, пока Сабину с малышом держали в больнице, я рыл носом землю.

Начал с того, что отправил пробирки с кровью в несколько лабораторий и припер к стенке гинеколога Сабины. В ход пошли все доступные методы. Угрозы, подкуп, шантаж — и она раскололась как грецкий орех после удара молотком. Распечатала мне копии фальшивой карты Сабины, фальшивые заключения, которые ей делала.

В целом же все оказалось до постыдного банально.

Я ведь делал ставку на тест ДНК. Не стал вести Смолову к другому гинекологу. Который сразу бы раскрыл обман. За это и поплатился. Не предусмотрел возможность хитрой многоходовки.

Впрочем, в том полу-неадекватном состоянии, в котором я в те месяцы находился, это было неудивительно.

Лаборатории «Грин Лайф» я доверял полностью. Мы там сдавали анализы всей семьей уже много лет. Повода сомневаться в честности сотрудников и администрации не было.

Только вот у Сабины в этой лаборатории завелась подружка. Которую несколько лет назад, как раз перед нашим со Смоловой разрывом, туда взяли по протекции моей матери.

Я об этом был ни сном ни духом. А Сабина все помнила, вот и стребовала с подружайки должок в нужное время. А и та и подсуетилась. Не одна, конечно, еще одну идиотку-коллегу привлекла, которую соблазнила деньгами.

Причем Смолова хорошо меня знала. Заранее предупредила Инну о том, что я потребую перепроверки результата.

Вот и получил я в итоге точно тот же бланк, в котором только даты были изменены.

Сабина о своей задумке поведала врачу, вот и сумел я потянуть за ниточку. Начал распутывать весь клубок.

Инна эта вся позеленела, как только меня увидела. Сдала подружку сразу и с потрохами, даже торговаться не стала.

Впрочем, ей это признание не сильно поможет. С клиники она вылетит как пробка, да и заявление в ментовку я накатаю на обоих сук. Пойдут как миленькие по 237 статье.

Последним звеном в этой порочной цепи стала Ираида Круглова, врач роддома, которая должна была принять у Сабины роды и помочь замаскировать правду.

Но не срослось. У Ираиды накануне муж с сыном попали в ДТП. Ребенок попал в травматологию, а муж в реанимацию. Так что ей стало не до Сабины и ее махинаций.

В итоге утаить правду о малыше от меня не удалось, но Сабина все же клюнула на мои улыбки, решив, что я полный идиот и не заметил разницы между здоровым ребенком и недоношенным.

Решила, что её пронесло, и расслабилась. Приятно, наверное, было делать из меня оленя все это время.

Конечно, подменить документы все же попытались, Ираида попросила сделать это свою доверенную помощницу. На чем та и была поймана. Елизавета ведь была уже в курсе моей истории.

Впрочем, останавливаться было рано. На женщину надавили и заставили молчать. Ну и попросили передать Сабине, что все концы спрятаны в воду.

С самой Ираидой я тоже говорил. Будучи убитой горем, она выложила всю правду сразу.

— Вот она какая, мгновенная карма, — невесело хмыкнул я. — Вы согласились помочь вертихвостке, рушащей чужие жизни, и поймали ответку от судьбы. Надеюсь, ваши сын и муж выживут. И вас этот пинок судьбы хоть чему-то научит.

Вслед мне донеслись надрывные рыдания, но меня они не тронули. Эта женщина заслужила свою горькую чашу.

После всего этого я отыгрывал целую неделю любящего отца и почти заботливого мужа. Пока собирал всю нужную информацию.

А как только получил тест-ДНК и Сабину с малышом выписали, то устроил жене праздничный ужин.

На котором главным блюдом стал мой компромат.

Лицо Сабины надо было видеть в тот момент, когда она увидела все собранные мной против нее улики. Перепуганное и бледное. Трясущиеся губы, дрожащие ладони, общий жалкий вид.

Именно об этом я мечтал осенью, хотел ткнуть её мордой в собственное дерьмо.

Только теперь никакой радости и торжества я не чувствовал. Лишь злость и желание поскорее освободиться от этой стервы, что мне жизнь испортила.

— Леша, я не…

— Заткнись, дрянь! — прорычал. — Я в курсе всех твоих авантюр. Подельницы тебя сдали весьма охотно. Я хочу услышать одно — кто отец Ильи? Чьего ребенка ты мне всучить хотела? Отвечай!

— Ты его не знаешь, — тихо сказала она. Сразу весь апломб куда-то исчез.

— Имя, я тебя спрашиваю!

— Громов Анатолий…

— Громов, — я поцокал языком, раздумывая. Нет, это имя мне ни о чем не говорило. — И что же этот Громов? Не захотел нести ответственность за ребенка? Или не поверил, что он от него?

— Он женат, — процедила жена сквозь зубы. — Мы встречались полтора года, тайком. Он обещал мне развестись, буквально клялся, просил только подождать удобного времени. Но как только дело дошло до беременности, то сразу переобулся. Сказал, что от жены не уйдет, и кинул пачку денег на аборт.

Вот же подлая мерзавка. Еще в одну семью влезла и мужика увести хотела. Как будто так и надо.

Строить свое счастье на руинах чужих отношений — для Смоловой это, похоже, девиз всей жизни. По-другому она просто не умеет.

Сдерживал себя с большим трудом, чтобы не кинуться вперед и не сжать ладони на тонкой шее Сабины.

Клянусь, если бы не мысли о малыше, спящем в соседней комнате, я бы точно её удавил. А так хоть немного остужал свой пыл, вспоминая пухлые щечки и темные глазки пацана.

Все-таки ему нужна мать. Даже такая.

— А скажи-ка мне, дорогая, — прищурившись, протянул я. — Это хоть случайный залет был, или ты специально забеременела, надеясь ускорить процесс развода?

Судя по тому как полыхнули глаза Сабины и поджались в полоску губы, я попал в точку. Она хотела увести мужика из семьи, манипулируя ребенком.

Не прокатило.

— Какая же ты тварь, Сабина, — выплюнул я ей в лицо. — И после того как Громов тебя вышвырнул как использованную подстилку, у тебя возникла идея подкинуть чужого ребенка мне? Ты же за этим явилась на те посиделки? Надеялась подкатить ко мне?

— Да, — призналась она. — Ты же так меня любил. Вот я и подумала, что ты захочешь вернуться ко мне. Если дать тебе вспомнить о том, что между нами было.

— А если бы со мной приехала Рита, тогда что? — рявкнул я.

— Но не приехала же, — пожала Сабина плечами. — И в этом я углядела знак. Судьба сама свела нас с тобой той ночью.

— Не судьба, Сабина, — я поднялся и посмотрел на нее с ненавистью, — а твои козни и идиотизм моей мамаши. И да, любви у нас с тобой никогда и не было. Иначе ты бы не чпокалась с другим мужиком в нашей же спальне. Да и у меня была лишь одна голая страсть. Которая, к счастью, давно выветрилась.

Я выдохнул, сделал пару кругов по комнате и вернулся к столу.

— Значит так, женушка. Из квартиры ночью я тебя не выгоняю только потому, что мне жаль ребенка. Он ни в чем не виноват.