Анна Ковалева – Бывшие. Жена для чемпиона (страница 11)

Ничего развратнее этого быть просто не могло.

Не знаю, куда бы нас привели мои фантазии, но в это время меня толкнул какой-то урод.

— Ну че вы тут встали, не у себя дома, мля! — мои руки от толчка разжались, и желанная добыча быстро смылась в общий зал, растворившись в толпе.

Зло выругавшись, дал придурку по шеям и отправился в уборную. Отлить хотелось просто нестерпимо.

Дальше вечер пошел так себе. В мозгах все еще маячила голубоглазая нимфа, и все остальные девицы в сравнении с ней выглядели не лучше потасканных шлюх с Тверской.

Ни с кем из них даже разговаривать не хотелось, не то что в койку тащить.

Вконец разозлившись, уже собрался сваливать домой, как в глаза внезапно бросилось красное пятно…

Хрупкая фигурка в красном платье двигалась прямиком к бару.

Инстинктивно двинувшись вперед, растянул губы в хищной улыбке. Да, чутье меня не подвело — это действительно была моя голубоглазка.

Ну что ж, на ловца и зверь бежит, как говорится.

Глава 9

Арсений

Флешбек

— Ну привет, Маша, — растянул губы в лучшей своей улыбке и уселся на соседний с ней стул. — Как насчет коктейля?

— Спасибо, но от незнакомцев угощения не принимаю, — настороженно ответила девушка, бросив на меня быстрый взгляд.

О как! Мои брови сами собой поползли вверх. Разговор с самого начала пошел не по тому сценарию, к которому я привык.

И это охренеть, как меня зацепило. Я до чертиков устал от на всё согласных давалок, похожих друг на друга, как птенцы из инкубатора.

А тут нарвался на такой интересный экземпляр.

— Тогда давай знакомиться. Я Арсений Харламов. Можно просто Арс.

— Хорошо, Арс… — кивнула она, а я еще больше обалдел от такой реакции.

Как, и это все?

А как же восторги, круглые глаза и просьбы о селфи? Я довольно часто светился на страницах модных журналов и в блогах, так что даже те девицы, кто был далек от хоккея, знали мое имя.

И тут же приходили в дикий восторг, когда понимали, кто я. Начинали смотреть с обожанием и почти щенячьим умилением.

Готовы были по щелчку пальцев хоть на край света бежать за мной.

А Маша и тут отличилась. Она явно меня не знала. Вот вообще.

— Я хоккеист. — ляпнул самое логичное, что пришло на ум.

— Ого, — вот теперь в голубых глазах засветились искорки интереса. Она окинула меня оценивающим взглядом. — Очень травмоопасный вид спорта. Не боишься покалечиться?

И это я слышал впервые. Обычно у девушек были на уме лишь вопросы о моих финансах. Как много бабок я получаю, какую тачку имею, в каких апартаментах живу.

И никто не спрашивал, собственно, о самом спорте, о личных и командных достижениях, о том, как они достаются. Потому что им это было неинтересно.

А в Маше проснулся настоящий, живой, человеческий интерес. И это мне пиздец, как зашло.

— Не боюсь. — беззаботно улыбнулся. — Знаешь же песню: суровый бой ведет ледовая дружина. Мы верим в мужество отчаянных парней. В хоккей играют настоящие мужчины, трус не играет в хоккей?

— Знаю, — кивнула, — оба моих деда очень любили хоккей. А ты, кстати, кто? Вратарь или…

— Форвард, нападающий то есть… — пояснил, и тут же решил брать быка за рога. — Так как насчет выпить? Что тебе заказать?

— А по какому поводу?

— А что, просто так угостить красивую девушку уже нельзя? — игриво вздернул я бровь.

Мария чуть покраснела, но всё же упрямо помотала головой.

Вот же упрямая зараза. В кого только уродилась такая? Но тем интереснее. Именно такую добычу я искал.

— Хмм, — я почесал затылок. — Недавно наша сборная завоевала золото чемпионата мира. И я был в ее составе. Надеюсь, это весомый повод? Отпраздновать и мой личный, и общий для страны успех?

— Пожалуй, что да. — милостиво согласилась моя нимфа. — Мне клубничный дайкири, пожалуйста.

— Будет сделано, моя леди, — галантно козырнул, а в ответ Маша заливисто рассмеялась.

Отчего меня повело еще сильнее… Член в штанах дернулся в ответ на этот смех, похожий на звонкий перелив колокольчиков.

Про губы просто молчу. Мой болт буквально изнывал, ожидая ласки от них.

Так что я решил твердо: лох последний буду, если не затащу Марию в койку. Тату себе на лоб набью и буду так ходить.

Получив коктейли, мы начали болтать о том о сем. Парням своим я дал знак, чтобы не подходили к нам. Да они и не рвались особо. Нашли уже себе подруг на вечер.

Маша, к сожалению, тоже была в клубе не одна, но я надеялся уболтать ее поехать ко мне до того, как ее подружки нас прервут.

В общем, лез из шкуры вон, чтобы развести на секс.

Пока сидели, я, наконец, смог оценить по достоинству не только глаза, но и Машин бюст.

Визуально там было ближе к троечке. Самый смак для мужчины. Удобно очень в ладонь ложатся.

Я терпеть не мог ни плоскодонок, у которых соски были больше груди, ни дам с обвисшими до пояса сиськами, ни силиконовых дур с шарами вместо титек.

Тут же с виду все было идеально. И мне жутко не терпелось стянуть с девушки платье и оценить эти манящие полушария по полной программе.

Рассмотреть их форму, почувствовать упругость, попробовать на вкус напрягшиеся сосочки…

Мля…

— Кстати, — вдруг спросила Маша, вырвав меня из эротических грёз. — А разве спортсменам можно тусоваться по клубам и пить алкоголь?

— Ну, во-первых, — я мотнул головой, стряхивая с себя сексуальный дурман и подавляя рвущееся наружу возбуждение. С факелом в штанах сидеть не очень приятно. — Сезон закончен, и я официально в отпуске. Сборы начнутся только ближе к концу июля. А во-вторых, режим создан для того, чтобы его нарушать.

— А ты, значит, у нас плохой мальчик? Раз нарушаешь режим? — голубые глаза заискрились от смеха.

— О да, — решив, что настала пора решающей атаки, я подался вперед, коснулся носом девичьей щеки и жарко прошептал на ушко: — я очень плохой мальчик. Ты даже не представляешь, насколько плохой.

Дальше меня понесло окончательно.

Ладонь сама легла Маше на шею, начав наглаживать нежную кожу, а губы коснулись сладкого ушка, чуть прикусили мочку.

— Поехали ко мне, а? Это недалеко… Тебе будет хорошо, я гарантирую… — да, я решил, что всё же потерплю до хаты.

Там Машенька будет в полном моем распоряжении.

И что-то мне подсказывало, что одной ночью дело не ограничится. Я не отпущу от себя эту гребаную феечку, пока не наиграюсь вдоволь.

Пока не распробую вдоль и поперек всё ее сладкие места.

— Ауч, какого хрена? — я схватился за щеку, по которой пришелся удар. Ручка у милой Машеньки оказалась тяжелой.

— Ты, кажется, адресом ошибся, чемпион! — покрасневшая, как помидор, Маша вскочила со стула. Посмотрела на меня при этом, как на врага народа. Если бы могла, то одним взглядом бы убила на месте. — Цыпочек на ночь ищи в другом месте.

Я попытался было дернуться, чтобы перехватить ускользавшую девчонку, но в ответ получил в лицо остатками коктейля.