Анна Котляревская – Капо Ди Белл (страница 62)

– Вы позволите мне это сделать? – мой голос дрожит.

Они снова переглядываются.

– Возможно, ей это тоже нужно… – тихо отвечает Ари.

Жмурюсь. Мозг борется с сердцем. Я так хочу её увидеть…

– Спасибо, – искренне благодарю дрогнувшим голосом.

Внутри взволнованная пульсация от мысли, что я могу увидеть свою малышку. Просто попрощаться… Я ни на что не надеюсь. Я просто… должен ещё хоть раз увидеть её красивое лицо. Извиниться ещё раз и, возможно, подобрать слова… после которых её ненависть сможет уменьшиться хоть немного.

Я поднимаюсь и друзья тоже.

– У тебя не больше часа, – предупреждает Тони. – Если её отец застанет тебя… ну, сам понимаешь.

– Конечно, – заверяю.

Ариана тянется, чтобы обнять меня. Её щеки влажные от слёз.

– Будь счастлив, Майк, – шепчет она мне на ухо. – И прости себя однажды.

Я сжимаю подругу в объятиях, совсем неуверенный, что когда-то смогу. Но её слова трогают меня. Очень глубоко.

– Вы – это лучшее, что было со мной в жизни, – целую девушку в щеку и утираю её слёзы. – Правда…

Она качает головой, но улыбается.

– И не пропадай на совсем, – обращается ко мне Тони. – Даже если у вас не сложилось с Джессикой, всё равно… не пропадай, хорошо?

Какой парадокс, что такому мерзавцу как я, повстречались настолько хорошие люди. И только допустив неисправимые ошибки, я научился ценить это. Ценить то, что обрёл.

Дружбу и Любовь.

Время разделённое с кем-то.

Собственные чувства.

– Вы мазохисты, – улыбаюсь и обнимаю друга.

– Как будто бы тебя бы выдержали другие, – хохочет он и обнимает в ответ.

– Я этого никогда не забуду, – говорю напоследок. – И если когда-нибудь вам понадобится моя помощь, только скажите. Всё что угодно…

Друзья улыбаются. Мы дарим друг другу прощальные взгляды. В груди болит. Отпускать их сложно. Прощаться с семьёй всегда невыносимо…

На территорию дома Джессики я въезжаю с опаской. Глушу двигатель мотоцикла всё ещё задаваясь вопросом правильно ли я поступаю. Ари сказала, что ей это тоже нужно… Но что если мой приезд лишь усугубит её состояние?

Поздно отступать. Я уже здесь.

И я слишком эгоист, чтобы отступить. Я приехал к той части Джессики, которая всё ещё любит меня. Я не попрощался с этой её частью. Я сказал, что дам ей время. И это не то, что она хотела услышать.

Я не хочу, чтобы моя малышка всю жизнь оглядывалась, переживая, что я ворвусь в её жизнь и всё испорчу. Я хочу пообещать ей, что отпущу. Себе пообещать. Ради своей «слабости» я с нею же и попрощаюсь. Это необходимо, как бы больно не было…

Я захожу в дом, собирая всю волю в кулак. Ступаю бесшумно. Не хочу пугать её и безмолвно клянусь себе, что буду держать себя в руках. Все свои эмоции, желания и возможные неправильные поступки. Я здесь для того, чтобы впервые в своей жизни поступить благородно…

Захожу на кухню и зависаю. Потому что моя девочка стоит спиной ко мне… в моей футболке. Всё ещё в моей футболке, чёрт побери. Почему? Её худенькие ножки приподнимаются на носочки, когда она лезет в верхний шкафчик, а волосы спутанными волнами рассыпаются по спине.

Остановите время, молю.

Оставьте меня в этом моменте.

Боюсь пошевелиться, просто наблюдаю. Джесс начинает насыпать кофе в кофемашину. Её движения неспешные, что обманчиво уверяет, мол девушка спокойна и расслаблена. Мне хотелось бы, чтобы так было. Но стоит ей попытаться запустить кофемашину, как вся иллюзия рассыпается. Малышка с силой жмёт несколько раз на кнопку и когда ничего не происходит, она… психует. Бьёт по кофемашине несколько раз и содрогается всем телом. Это настолько сильно не похоже на Джессику, что я понимаю… с ней не всё в порядке. Конечно, с ней не может быть всё в порядке. Слишком мало времени прошло.

Я подлетаю к ней, притянутый сердцем. Её хрупкие плечи уже почувствовали моё присутствие, я знаю…

– Помочь? – шепчу хрипло, опьянённый её близостью.

Девушка сжимает столешницу пальцами, надеясь, что ей послышалась. Но когда моя проклятая рука накрывает её дрожащие пальцы, она убеждается… я здесь.

Я рядом, малышка.

Она разворачивается ко мне. Наши пальцы всё еще сплетены. Её дыхание тяжелое, а я не дышу вовсе. Раны на её лице затянулись, но синяки остались. Приступ отвращения к самому себе возвращается. Единственное, что отвлекает – это влажные глаза Джессики. Она и вправду много плачет… Но даже разбитая она самая красивая девушка, которую я видел.

Мы смотрим друг на друга. Она удивлена, но не шокирована.

Я должен что-то сказать. Извиниться. Дать своё обещание. Попрощаться. Я так многое запланировал… Давай, Майк, просто открой рот. Будь мужиком, в конце концов…

И что-то щёлкает. Долбанное безумие. И вместо благородства, я… целую её. Притягиваю её со всей возможной нежностью и любовью. Расталкиваю языком её слёзы и замаливаю грехи. Самым неблагородным способом. Не та ситуация, в которой можно сказать, что мне похуй. Но мне опять… похуй. И мои собственные слёзы становятся тому доказательством. Её дрожащие пальцы впиваются в толстовку на моей груди. Так отчаянно, что я буквально слышу как мысленно она проклинает меня. Я должен отпустить её, знаю, но это сложно. Ведь она не отталкивает меня…

Она целует меня в ответ.

Глава 36

Майкл

Я действую на инстинктах, потому что мозгом я не понимаю почему она меня не отталкивает. Она всё еще пахнет мной, всё еще в моей футболке, всё еще… с таким отчаянным желанием стонет в мой рот. Это не то, что я рассчитывал ощутить ещё хоть раз в жизни. Но даже вопреки нашему жадному вылизыванию и затуманенным сердцам, я нахожу в себе силы прояснить ситуацию…

– Детка, – я пытаюсь отстраниться, но она буквально цепляется за мои губы, требуя вернуть ей поцелуй. – Подожди… – сжимаю её плечи.

– Ты же хотел помочь, Кано, – девушка резко отрывается и бросает на меня острый взгляд. – Так помоги мне…

Сглотнул.

Мы смотрим друг на друга сквозь слёзы. Её щеки влажные, как и мои. Мы словно больные и скорее всего без «словно». Столько боли, а она просит об этой близости… Что это значит?

Дрожащими пальцами сжимаю её лицо и тянусь, чтобы поцеловать её слёзы. Прикасаюсь губами к синякам на щеках и она прикрывает глаза, целую веки и кончик её носа.

– Просто знай, что я не за этим пришёл… – шепчу. – Я не настолько подонок, чтобы рассчитывать на что-то подобное…

Мне хочется оправдаться. Хоть в чём-то.

– Но ты ведь хочешь этого? – её завлекающий взгляд распахивается и приглашает…

Облизываю непроизвольно губы.

– Я всегда этого хочу, – признаюсь.

Она тянется ко мне и вытирает большими пальцами мои скупые слёзы.

– Это единственное, что нам поможет, – утверждает малышка то, что я и так прекрасно знаю.

Просто я не понимаю, что это значит для нас. Она хочет простить меня? Не может без меня? Это мой шанс?

Мне даже страшно спрашивать о подобном, а она тем временем уже расстегивает ремень на моих джинсах. Приходится оставить все разъяснения на потом. А сейчас…

Я не смогу отказаться.

Кого я пытался обмануть? Себя? На какое благородство я рассчитывал, если я совсем не такой… Нет, я совсем не такой, как её отец, брат или парень мечты. Я даже хуже, чем мой собственный отец, потому что к моему эгоизму и жестокости добавляется нешуточная тупость. Я слишком незрелый для правильных решений. Я косячный и берущий то, что мне дают…

Но я и отдающий. Она научила меня таким быть.

Стягиваю поспешно толстовку с тела и избавляюсь от джинсов с бельём. Подхватываю Джессику и усаживаю на кухонный островок. Притягиваю её маленький подбородок и впиваюсь в сладкие губы. Углубляюсь, запрещая ей дышать полной грудью. Дыши мной, Джессика Ди Белл. Почувствуй, что я тоже нужен тебе. Умоляю…

– Я схожу с ума без тебя, Джесс… – рычу, сжимая её затылок.

– Как и я без тебя, Майк… – вырывается из неё сквозь стон, когда мои губы находят её пульсирующую венку на шее. Сердцебиение девушки нервное… даже протестующее и одновременно принимающее поражение.

Мои пальцы с наслаждением стягивают футболку с абсолютно голого тела Джессики. Даже трусиков нет, бляха. Я раздвигаю её ножки и она тут же обхватывает ими мои бёдра. Член оказывается зажатым её киской, и я рычу… кусая её за плечо.