Анна Котляревская – Капо Ди Белл (страница 30)
Это даже смешно. Ворчит, хоть уже и всё решено.
– Спорно, Кано, – хитро ответила. Встала на носочки, чтобы в очереди никто не слышал, и потянулась к его уху: – Зато на колесе можно целоваться и…
Вот и уговорила. Наследник мафии сразу же с огромным энтузиазмом уволок меня на аттракцион, даже сдачу не забрав. И судя по всему, он оплатил несколько оборотов подряд. От этой мысли меня бросает в предвкушающий жар…
В открытой кабинке Майк усадил меня к себе на колени, откинувшись на спинку сиденья. Я стянула капюшон с его головы и поправила взлохмаченные волосы. Красивый до умопомрачения. Смотрю на него и с моста прыгнуть хочется от безысходности. Вот такие чувства волнительные. Я веду пальчиками по его скулам, вискам, носу… словно изучаю парня, что унёс моё сердце. Скорее всего он не сможет его сберечь, но я всё равно доверила.
Мы медленно поднимаемся, ощущая как усиливается ветер на этой высоте. Вид на ночной город открывается перед нами, но он не настолько интересен как то… что происходит между нами. Майк ловит мою ладонь и целует её, не отрывая взгляда от моего лица. Любопытного и чувственного, но по-прежнему скорбящего. Я знаю, что о чём бы мы не говорили и чем бы не занимались… не так-то просто отвлечься. Возможно, ему даже хочется поговорить об случившемся, о его семье… но это слишком сложно для такого, как он.
– У нас в доме есть такая картина, нарисованная мамой, – решила начать сама, немного рассказать о своей семье. – Они с папой на колесе обозрения, когда еще были молоды. Вроде бы одно из первых их свиданий, – с улыбкой поделилась я. – Я очень люблю эту картину и, знаешь, я всегда смотрела на неё мечтательно… – Майк слушает внимательно и это приятно. – …всё думала, случится ли со мной что-то столь… даже не знаю…
– Романтичное? – подхватывает парень.
– Скорее, такое же непередаваемое, настолько же запоминающееся, – возразила задумчиво. – Наверное, даже не в моменте дело, а в том…
– А сейчас? – голос Майка тихий, а глаза соблазнительно опущены. – Такой момент? Ты с тем человеком?
У меня внутри всё переворачивается, правда.
– Ма-айк… – шепчу с самой искренней улыбкой. – Конечно, да. И это даже лучше, чем я могла себе представить…
Майкл
Я сам охуел от того как сильно мне необходимо быть этим человеком –
Не могу не целовать её. Ежесекундно, сука. Накрываю девушку, обнимая крепко. Я топлюсь в её искренности. Я хочу там утопиться. Хочу там остаться. Хоть живой, хоть мёртвый. Меня заебала вся эта жизнь. Вся, кроме неё. До сих пор не верится, что она пришла за мной и дала нам еще один шанс…
И я не лгал. Ни разу за сегодня. Меня перемкнуло. Меня, блять, заклинило. Еще с момента, как я довёл её этим утром. Я глубоко прочувствовал, как обидел её. И ещё я понял, что зря впутал Джесс в свои игры. На таком уровне ей не место. Она должна быть счастлива, беззаботна… она ведь заслуживает на это. Но и я, кажется, не могу отпустить её. Нет, абсолютно точно я не могу её отпустить. Хочется везде таскаться за ней. Это случилось, да? Знаю, это
– Ааа-ах… – стонет красавица, ощущая мои ладони под своей толстовкой.
Мой поцелуй становится жестче. Углубляется с давлением. Я не злюсь на неё, просто… никогда себя таким слабым и беззащитным не ощущал. Что-то внутри наперёд знает о выборе, который предстанет передо мной. И я не знаю как разобраться в подобном. Я просто опьянён ею. И мне сейчас похуй на все эти сложности. Я чувствую этот момент… Блять, Джессика я чувствую его!
Пальцы ползут под её тонкий кружевной лиф и сжимают мягкую сладкую грудь. Твою же мать, член колом. Я перемещаю её в свою… нет,
– Дж-жессика Ди-и Бе-елл… – засасываю её язык и на инстинктах толкаюсь членом в джинсах.
Она глубоко вдыхает в лёгкой и такой очаровательной панике.
– Ма-айкл Ка-аано…
Глаза широко распахнуты, а в груди отдышка. И у неё и у меня. Ты создала этот момент, детка, но мы на моей скорости. И это пиздец, как идеально…
Вторая рука ныряет к ней под юбку и сжимает маленькие мягкие ягодицы. Я оттягиваю её трусики и отпускаю. Джессика охает, сразу же краснея. Член трётся об её киску как одержимый болван. А я целую её вкусно пахнущую кожу, мечтая сорвать толстовку с хрупкого тела девушки. Подкладываю руку под её разведённые ножки и… суууука. Рычу ей в шею, лапая влажные трусики Джесс.
– Твою мать, детка…
Девушка жмурится. Пылает. Если бы могла сбежать, то сбежала бы. Но ты же сама, малышка, создала такие условия. Сама… И я пользуюсь, поглаживаю её возбужденные лепестки, которые так хорошо ощущаются сквозь трусики.
– Как же зря, Ди Белл, ты согласилась на моё условие… – лукаво шепчу и целую коротко её губы. Ловлю растерянный и затуманенный взгляд. – Тебя ждут та-акие ночи, малышка…
Она непроизвольно сводит ножки, а я пальцами натягиваю её трусики вверх. Ткань врезается в её возбуждение и маленькая чертовка в прямом смысле слова хныкает. Прижимается носом к моей шее и стонет. Ей нравится, блять. Я отпуска и снова натягиваю. И малышка начинает ёрзать на мне. Так воодушевляюще, сука. Меня сейчас разорвёт…
Надо остановиться. Но теперь это сложнее, потому что Джессика возбудилась и… целует вены на моей шее, гладит колючие щеки, трётся носом об ухо… Я её сейчас сломаю, настолько сильно сжимаю. Моя спина съехала, а член потерял контроль полностью. Девушка почти подпрыгивает от моих толчков, но ей так хорош, что очень скоро сладкий язык Ди Белл сам провоцирует меня. Врывается в мой рот и пленит наследника мафии. Её поцелуй страстный, горячий, порочный. Никто и не подозревает, что он таким может быть.
– Ма-айк, что э-это? – её рука замирает в области моей груди.
Чёрт.
Конечно, кобура с пистолетом под толстовкой. Куда бы я её дел.
– Подумал, что ты захочешь в тире пострелять, – шучу, когда вижу испуг в её глазах.
Она слегка отстраняется и хмурится. Я почти благодарен пушке за то, что не лишил девственности Джессику на колесе обозрения. Или… все же проклинаю? Блять, я бы хотел так далеко зайти. Конечно бы, хотел. Слишком она желанная… башню сносит за секунды.
– Детка, – сажусь ровнее и успокаивающе касаюсь её щеки. – Это часть меня, понимаешь? В мафии всегда нужно быть готовым ко всему, поэтому я взял оружие с собой.
– Даже здесь в Америке? – слабым и взволнованным голос уточняет Джесс. – За пределами мафии может что-то случится?
Не хочется ей этого говорить, но если… она теперь будет рядом со мной, значит, она должна это понимать:
– Не бывает «за пределами мафии», когда ты часть мафии, – объясняю серьёзно. – Мафии не только на Кубе.
И она понимает, что я и об Америке тоже говорю.
– Ужа-ас… – не сдерживается.
Конечно, она даже не предполагает, что я сам по себе вызываю опасность. Я сын нынешнего капо ди капи. Я внук Пабло Эскобара. Считайте, что всех врагов я унаследовал с пелёнок. Но этого я, конечно же, говорить ей не буду. Возможно, позже…
Я возвращаю её лиф на место, поправляю юбку и толстовку, потому что мы подъезжаем к концу второго круга. И я хочу еще всё же воплотить свою «шутку» в реальность. Возможно, это познакомит её с оружием под более приятным углом. Мы выходим, держась за руки. Джессика смущенная, но счастливая.
Мы подходим к тиру. Я обнимаю её, облокотившись на стойку спиной.
– Какую игрушку хочешь? – интересуюсь.
Девушка бросает по-детски заинтересованный взгляд на стенд с игрушками.
– Мне нравится этот плюшевый мишка, – она стесняется, опустив взгляд.
Я повернулся и увидел светло-коричневого мишку с бантиком на шее. Десять выстрелов в цель и он наш. Вообще без проблем.
Мне выдают оружие и я проверяю его. Дуло выгнутое специально. Срань. Чувствую, как Джесс обнимает меня сзади и выглядывает с интересом из-за спины. Надо выиграть, без вариантов.
Я выстреливаю и промахиваюсь. Дерьмо ёбаное. Секу, как переиграть эту ловушку на развод денег. И следующие несколько выстрелов попадают в цель. Но стоит мне отвлечься на малышку Ди Белл, как я снова промахиваюсь. Понимаю, что попыток для ошибок не осталось, по правилам следующие шесть пуль должны четко попасть в цель.
– Эй, чувак, а поменять оружие нельзя? – интересуюсь, чтобы отвлечь его.
– Один раз можно, – недовольно отвечает он и лезет вниз под стойку за заменой.
Спасибо, но я со своим. Пользуюсь моментом и выхватываю свою пушку из-под толстовки, делаю чётких три выстрела, глядя на цель и ещё три, повернувшись к Джессике: