Анна Котляревская – Даже Дьявол заслуживает на любовь (страница 24)
Собираясь в церковь сегодня, я то и дело закусывала губу в предвкушении встречи с Люцианом. На шабаше я сдержала слово, и мы ограничились танцем. Ну, почти… От воспоминаний поползли мурашки по коже. Несколько дней разлуки показали мне, что теперь я действительно скучаю по этому мужчине. И впервые с момента нашего знакомства я не думала о том, что он лжец… не думала о его секретах… Теперь я знаю, что
Надела платье-рубашку бежевого цвета длиной чуть ниже колена. Закрепила его пояском на талии. Расстегнула несколько верхних пуговиц, лукаво улыбаясь своему отражению. Волосы подняла вверх и зафиксировала повязкой для волос в тон платью с маленькими красными цветочками. Легкий блеск на губы и слегка подведенные тушью ресницы. Что ж, я готова!
Спустилась к родителям. Папа уже стоял в светло-фиолетовой рубашке и белых брюках, а мама в закрытом белом платье-футляре. Папа закинул портфель себе на плечо и сказал:
– Милая, ты готова? Отлично.
Мама улыбнулась, и мы вышли на улицу. Мои глаза широко распахнулись, потому что возле нашего дома стоял Люциан. В белой рубашке и светло-коричневых штанах. Мы не сговаривались, ха! Мужчина облокотился на машину серого цвета семейного типа. Ну надо же, даже автомобиль подобающий приобрел.
Мы последовали за отцом, который уже пожимал руку Люциану.
– Спасибо, что предложил подвезти. Моя машина что-то сегодня совсем барахлит… – развел руками папа.
– Всегда рад помочь, мистер Дэвис. Если хотите я могу заглянуть на днях и посмотреть вашу ласточку, я немного разбираюсь, – Люциан улыбался как ангел. Так и хотелось закатить глаза.
– Было бы замечательно, Люц! – с энтузиазмом откликнулся папа.
Нет они серьезно? Эта ситуация настолько смешная… Но с другой стороны, Люциан в моем доме – это заманчиво…
– Миссис Дэвис, добрый день, замечательно выглядите! – мужчина принялся за мою маму. Вот же ж…
– Ой, ты такой милый, Люциан, спасибо! – мама раскраснелась как помидор и не знала куда себя деть.
– Ева… – наши взгляды столкнулись и мне стало нечем дышать. – Рад тебя видеть, – его голос проговаривал медленно каждое слово, а глаза искрились теплом. И только я знала, что это тепло – самый настоящий пожар.
– Взаимно, – скромно ответила я, опустив взгляд. Просил вести себя хорошо, получай…
Мы с мамой уселись на заднее сидение, а папа спереди. Когда машина тронулась, Люциан посмотрел в зеркало заднего вида и наши взгляды снова пересеклись. Он сузил свои темные глаза, а я легонько подмигнула ему. А дальше… дальше я потеряла голову от его обаятельной улыбки… О, святой Мефистофель, не дай мне расплыться как зефир на солнце!
Когда мы подъехали, церковь уже была битком набита людьми. Стоял по обыкновению радостный шум и доброжелательная атмосфера. Люциан тут же покинул нас, отправляясь к Адаму, который маячил возле трибуны.
Адам… После всего случившего мне было тяжело даже заговорить с ним. Слишком многое теперь я знала. Слишком многого он не помнил. И слишком за многое была виновата я и виновен он. Конечно, после того как я стерла ему память… он писал мне. Надеялся на еще одну встречу… Но я ничего не ответила.
Нашла взглядом Эми и направилась к ней. Девушка с ровным хвостом обернулась ко мне. Я рассматривала ее блузку с милыми оборками и думала о том, что зря подруга скрывает свое красивое тело. Конечно же, в повседневной жизни Эми позволяя себе вольности, но все же ее стиль всегда был достаточно сдержанным. Этим она напоминала мне мою маму.
– Привет! – просияла я. В последнее время мы с подругой совсем мало общаемся.
– Привет, – улыбнулась девушка и мы уселись на свои места.
– Как твои дела? – спросила я.
– Спасибо, хорошо. Вчера ездили в детдом к деткам, отвозили игрушки и проводили службу, – моя Эми всегда была во главе всех благотворительных мероприятий. И за это ее было невозможно не любить. Она делала этот мир лучше. – А ты как?
– Я вот решилась поступить в колледж при церкви… – сообщила я, понимая, что она все равно об этом узнает.
– Вау, ты умница! – подруга обняла меня, а мой взгляд сконцентрировался на Адаме и Люциане.
Радует, что Адам все еще жив…
Эми заметила мой взгляд и осторожно спросила:
– Как у вас дела с Адамом?
Голос девушки был настолько печальным… Порой мне хотелось, чтобы Эми откровенно сказала, что ей нравится Адам, а я сучка, которая стоит у нее на пути. Вот правда. И с каждым днем я все больше и больше убеждаюсь в словах Люциана… Намного честнее и праведнее быть самой собой, нежели прятать эмоции за маской праведности.
– Эми, между нами ничего нет, правда, – я взяла подругу за руку. – После той дружеской встречи мы даже не общались, – не считая того дня, когда я чуть его не убила… – Я не испытываю к нему никаких чувств.
– Оу, хорошо… – как-то уже веселее отозвалась подруга.
– И, Эми, могу я попросить тебя тоже держаться от Адама подальше? – да, это звучит странно. Но я думала об этом много раз. Непонятно что Адам внушает церкви… Или что церковь внушает ему… Но Эми не должна попасть под это влияние.
– Что? – кажется, подруга была просто в шоке. – Ева, я тебя не понимаю… Если он тебе не нравится, то почему ты так себя ведешь… Это нечестно!
Подруга хмурилась и я уверенна, что злилась глубоко в душе.
– Ты заслуживаешь большего, моя хорошая, – просто ответила я.
В этот момент голоса в зале стихли, и Адам поднялся к трибуне. Люциан стоял в двух шагах от него, как «демон на левом плече».
– Всем добрый день! Спасибо, что сегодня собрались здесь! Да храни вас всех Господь! – с улыбкой произнес Адам.
– Аминь! – произнесли все присутствующие.
– Сегодняшнюю службу я хотел бы начать с важного предисловия, – парень обвел взглядом всех присутствующих. – Словами Матери Терезы Калькуттской я хотел бы очертить тему своей проповеди, – Адам сделал глоток воды. – Я просил силы – и Бог послал мне испытания, чтобы закалить меня. Я просил мудрости – и Бог послал мне проблемы, над которыми нужно ломать голову. Я просил мужества – и Бог послал мне опасности. Я просил любви – и Бог послал несчастных, которые нуждаются в моей помощи. Я просил благ – и Бог дал мне возможности. Я не получил ничего из того, что хотел, но я получил все, что мне было нужно! Бог услышал мои молитвы…
В церкви стояла тишина.
– Бог никогда не дает нам того, о чем мы просим, но то… что он дает – это лучшее для нас. Я слышал эти слова десятки раз, но лишь сейчас, когда мой отец мертв… я понял, что они значат для меня. Все чего я мог желать долгие годы – это быть пастырем в церкви, в которой кажется я провел все свое детство, юношество, а теперь и молодость. Я так сильно этого хотел, что не замечал, что эту роль Бог в лице моего Отца уготовил для другого человека. И этот человек – мой брат, – Адам широко улыбнулся, а Люциан подошел к нему. – Я хотел помогать людям, и я помогаю людям. Я хотел защищать праведников, и я делаю это. Я хотел наладить отношения с братом и я… наладил их. И для меня оказалось огромным счастьем узнать, что мой брат готов стать пастырем. Я же обещаю продолжать преподавать в колледже и вести Вас по божьему пути…
Я смотрела ошарашено на этих «подружившихся» братьев. Слабо верилось, что Люциан смог убедить Адама… Что это внушение или шантаж? Некоторые сильные колдуны обладали таким даром. Но должна признать, что выглядел Адам и вправду счастливым…
– Но ваш пастырь – Люциан. Человек, который принял покаяние. Который отучился в духовной семинарии Европы и который вернулся, чтобы привести наше сознание к Богу.
Мне хотелось хохотать и плакать одновременно. Ничего из этого не было правдой.
Тем не менее люди поднялись и захлопали, приветствуя нового пастыря. На моих глазах
Адам похлопал брата по плечу, и Люциан подошел к трибуне. Адам спустился в зал, усаживаясь в первом ряду.
Мои родители радостно хлопали, а Эми широко улыбалась.
– Может это и к лучшему! – прошептала подруга мне на ухо. – Все же Адам еще слишком юн…
Голос девушки был слишком загадочным. Уверенна, что она надеялась, что теперь у Адама освободиться время для общения с ней.
– Добрый день! – поприветствовал всех Люциан и у меня в глазах начало троиться. Конечно, так мы с ним и планировали, но все равно это было сложно осознать. – Быть пастырем – это мой долг. Мое желание простое – привести вас к истине, – вот засранец, а ведь даже не лжет. – И те, кто нуждаются в истине, будут услышаны мной.
Слегка запутал Люциан всех присутствующих.
– Истина в этом мире. В этом городе. В этих стенах. В наших головах. В нашем колледже, в конце концов. Поэтому я рад сообщить, что все желающие вступить в наши ряды, могут сделать это уже сегодня, – Люциан смотрел на меня и я понимала, что сегодня я должна сделать это. – Более того, Архиере́й
Сердце билось как ненормальное. Я нервничала…
– А теперь прошу встать всех, кто готов принять покаяние, и получить учение Божье, – громко сказал Люциан и снова посмотрел на меня.
Я поднялась на ватных ногах. Родители слегка удивились, но уже через секунду начали радостно мне улыбаться. Я повернула голову и увидела, что Эми тоже поднялась.