Анна Королева – Квадрат 2543 (страница 46)

— За что ты так не любишь меня, Сау?

— Сау?! Сразу Сау? Почему не «уважаемая Матар-Сутр»? Завилял хвостом, величайший творец священных звуков?! Кроме своих эгоистических желаний не видишь ничего и никого!

«О. Как всё запущено. Похоже на любовь в нашем, человеческом измерении на данном этапе развития цивилизации», — Сергей Алексеевич успокоено пристроился на лавке у стены, собираясь вздремнуть. Сутр удивлённо спросил:

— Ты-то, мужчина, что развалился? Тебе разве операцию делали?

— Считай, что и мне делали: муж и жена — одна сатана.

— Что за хлипкий генетический материал проживает в этом пространстве?! Они все такие, эти люди, или только нам попались такие экземпляры? Сау озорно улыбнулась:

— Думаю, у нас есть шанс это выяснить!

— Что ты надумала, авантюристка?!

— Я же сумела незамеченной пробраться в это измерение! Меня же никто не остановил! И на сколько я чувствую, ко мне нет пока никаких претензий.

— Вот именно, что «пока».

— Братик! Ты же сам не всегда соблюдаешь законы! Ты лучше меня знаешь, что подходящий мотив и правильное состояние порой позволяют творить чудеса.

— Что ты задумала, Сау?

— Пока я намереваюсь поработать с хранительницей портала, а вас попрошу мне не мешать. Думаю, моя помощь будет не лишней. Идите в лес! Оба! И мужа её заберите.

Сутр взглянул на отключившегося от реальности Сергея Алексеевича:

— Да он безопасен. Он спит, как младенец. Ты, сестрёнка, и этому «здоровяку» влила бы порцию реабилитирующего, если это не будет считаться нападением другой цивилизации.

— Попробую.

Через час, который два рогатых друга провели в праведных трудах, заготавливая дрова, девушка доложила результаты своих исследований:

— Строение обоих не похоже на те диаграммы, которые мне довелось изучать. В своё время, вы это знаете, мне повезло быть ученицей Старейшины Хама, который проникся ко мне уважением и доверил закрытую информацию, хранящуюся в его личной библиотеке. Среди разнообразных сведений о вселенной были и иллюстрации к информации об обитателях параллельных миров. Мне тогда всё это казалось очень интересным, и я хорошо запомнила и описание и картинки. Люди в переданной мне традиции должны иметь другую энергоструктуру! Конечно, есть общее, но.

— Что? Что «но»?

— Я не поняла. То ли они недоразвиты, то ли их развитие пошло по другому направлению, не предусмотренному Высшими. Ведь источники очень древние. В любом случае, мне теперь просто необходимо увидеть других людей. Иначе, я не смогу жить спокойно!

— Что ж. Во имя спокойствия моей сестры, а, значит, всего населения планеты, придётся рискнуть.

— Тебе же самому это интересно, Сутр!

— Я не позволял себе думать в этом направлении, так как был строгий запрет на несанкционированные контакты. Но, раз уже об этом думаешь ты, то пожалуй, да.

Певец предупредил возможные вопросы в свой адрес однозначно:

— Я и так уже многое взвалил на свои плечи, как старший среди пересекающих границу. Брать на себя ответственность за ваши приключения я не собираюсь. Максимум, что я могу для вас сделать, так это не заметить ваших поступков. Участвовать в авантюрах не собираюсь.

— И на этом, большое спасибо, друг!

— Дерзайте. Только прошу тебя, Сау, переоденься. У Евдокии есть одежда скромнее. Здесь так не наряжаются.

— Откуда тебе это известно?!

— Да. Была тут попытка установления контакта.

— С кем?! С женщинами?

— Какая разница! Нам нужны были люди, а женщины, или мужчины, всё равно!

— Я желаю знать, что здесь происходило!

— Да ничего особенного, поверь.

И Певец, понимавший, что себе дороже будет выкручиваться, рассказал подробно Сау о том, что за события разворачивались в зоне. В домике лесника, а точнее — в избушке бабы Яги, тем временем сама хозяйка и её новоявленный соратник по вселенской миссии, экс-идеальный муж, пребывали в весьма необычном для себя состоянии. Оба испытывали нечто похожее на сон и бред одновременно. Им казалось, что они способны управлять своими состояниями, и пытались встать и двигаться. Однако при мнимом перемещении по внутреннему пространству знакомого до мелочей дома, вдруг выяснялось, что расположение подсобного помещения и самого убранства избушки зеркально симметрично привычному оригиналу. Эфирные приживалы и помощники всех мастей выглядели совершенно необычно, будто вывернутыми наизнанку. Почему-то удивления такое обстоятельство не вызвало ни у Евдокии, ни у её мужа. Потом, обсуждая свои видения, они так и не смогут прийти к однозначному выводу: так где же всё-таки их носило — в одном из параллельных миров, или в близлежащем астрале. На данный момент имело значение лишь то, что ни одна, ни другой не могли взять себя в руки и воссоединиться со своим физическим телом группой прооперированных тонких.

Ничто не остаётся незамеченным. Всё связано со всем. Изолированные системы, идеальные модели — строго говоря, приём, изобретённый учёными от безысходности в бесплодных попытках описать то, что не может быть описано никем, кроме Создателя. В природе изоляция очень условна, а точнее, её просто нет. Сущностей неразвитых, неповоротливых, юных возрастом своего бессмертного Духа, не видящих далее плотных, тяжёлых слоёв материального мира, можно из-за «возрастной» недальновидности систематизировать и классифицировать, прогнозируя их поведение; и то, возможно такое при обязательном условии: в близлежащем пространстве должны отсутствовать мощные Сути, то есть старые, опытные Духи, в сферу интересов которых так или иначе могли бы попасть примитивные. Относительность относительности при высоких частотах энергий не даёт право мудрым пророчить.

Опытные и многогранные, но не контролирующие ещё всю свою многоплановость, невольно и сознательно, расставляющие силки своих неуправляемых, высоких полей, оставаясь пока несвободными, растут в гибких, изменяющихся системных законах.

В тёмные, мрачные, обременённые тяжёлыми субстанциями зла и насилия периоды каждого витка спирали развития цивилизаций на Земле подавляюще преобладающими по числу среди живущих людей были те, кого нельзя назвать опытным духом… Хотя, всё относительно, судьба здесь — закон. На страже закона — энергии планет, гравитация, магия, числа. В предрассветной мгле подъёма духовности, в периоды, которые являются переходными, а потому сложнейшими в своей нестабильности и непредсказуемости, с особым рвением стремились на Землю Духи тех, кто осознанно мог применить к себе инструмент воспитания преодолением. Устав, надрываясь и мучаясь, в исканьях своих преступая себя, они изменяют судьбу.

Предсказывать, пророчить, гипнотизировать установками, управлять другими своей волей — всё это имело смысл в темноте. В самый критический, экстремальный момент выхода к свету спутались карты играющих в свои игры поводырей несовершенных, смятение подтолкнуло и их к необходимости внутренних перемен. Им оставалось вращаться в потоках стабильного фактом лишь жизни своей Мироздания, приноравливаясь, подстраиваясь, приспосабливаясь к тем, кто вчера был так легко управляем.

Всколыхнулась потревоженная мыслью сильного Духом дремотная стихия таинственного леса. Волна перемен от центра возмущения во всех направлениях, медленно затухая, проникая во всё и во всех, ушла торжественно и величественно в пространство.

Не изменив себя внешне никак, лес приобрел напряжённость: воздушная масса уплотнилась, изъяв излишки энергии у стихии воды, испуганно отхлынувшей глубоко в трясину, эфир приобрёл излишнюю наэлектризованность, огонь желания перемен, воспользовавшись своей неподконтрольностью, вспыхнул искрой и поджёг сухой мох.

В центре непроходимого болота возник очаг возгорания торфа. Вопреки плотноматериальным предпосылкам, обязательным условиям по мнению консервативного большинства мыслящих людей в виде брошенной спички, окурка, костра, что само по себе безусловно опасно, пламя мысли одной сотворило пожар. Торф нагревался и тлел под толщей сырой и вязкой массы неразложившейся органики. По неведомым людям каналам информация о произошедшем событии в единственной зоне болота передалась всему организму торфяника, который, почувствовав себя солидарным всецело передовой части, стал гореть повсеместно, пугая жителей неожиданными вспышками огня даже в новоявленных посёлках дачников. Через день вся округа начнёт задыхаться от дыма. Пламя, воспользовавшись благоприятными для него обстоятельствами внутренней напряжённости в некоторых заселенных областях, захватит жилые дома, не разбирая возраста построек. Дачные домики, стоящие на торфе, вспыхнут, как спичечные коробки, предварительно предупредив обитателей о надвигающейся беде раскалившимся, тлеющим полом.

Похожий на густой туман, поглотив видимость и вытеснив кислород, белый тяжёлый дым через неделю займёт собой обширную территорию, привнося в души людей смятенье и страх. Полное безветрие, неожиданно посетившее и надолго загостившееся в местности, где привычным стражем дремучего леса слывёт движение воздушных масс на скоростях, близких к ураганным, затормозит процесс горения леса, спасёт его от гибели, но вдоволь помучает назойливых дачников, возвращая им долг за вторжение.

Виктор Владимирович напряжённо пытался свести свои грубоматериалистические представления о мире и полученную от группы разномастных лесных жителей информацию к общему знаменателю. Всё, что удавалось сформулировать мозгу, так это вывод о полной собственной несостоятельности.