Анна Коробкова – ТАЙНА ДЖЕССИКИ (страница 6)
Три года – лучшие в ее жизни. Она играла много,
разнообразно, жадно. Офелию, Ларису Огудалову, Катерину,
даже мужские роли в экспериментальных постановках.
Режиссеры ее любили, партнеры уважали, зрители носили
цветы.
Она встречалась с молодым драматургом, который писал
пьесы специально для нее. Они говорили о будущем, о детях, о
том, как поставят «Вишневый сад» вдвоем, на двоих.
Казалось, счастье будет вечным.
29 июля 2020 года. Алине двадцать семь. Она играет премьеру
– моноспектакль по письмам Марины Цветаевой. Билеты
раскуплены за месяц. В зале – аншлаг.
Второе отделение. Алина читает: «Тоска по родине! Давно
разоблаченная морока…»
И вдруг – запах дыма.
Сначала тонкий, едва уловимый. Потом сильнее. Потом крики
за кулисами: «Пожар! Горит!»
Алина не останавливается. Она продолжает читать. Зрители в
панике встают, бегут к выходам. А она стоит в луче света и
говорит, говорит, говорит:
– Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст, и все – равно, все —
едино…
Ей кричат: «Алина, бегите!» Она не слышит. Она доигрывает
роль.
Когда последний зритель покидает зал, Алина кланяется.
Пустым креслам. Дыму. Пламени, которое уже лижет кулисы.
Она выходит через служебный вход за секунду до того, как
рухнула крыша.
Театр сгорел дотла за сорок минут.
В огне погибли костюмерша (старая женщина, которая когда-то
принимала роды у ее матери), молодой монтировщик (отец двоих
детей) и драматург – ее жених. Он побежал спасать макет
декорации к их будущему совместному спектаклю.
Его нашли в обнимку с этим макетом.
Дальше – пустота.
Алина не могла играть. Не могла выходить на сцену. Не могла
слышать запах грима и старого бархата – сразу начиналась
паника.
Она уехала из Москвы. Скиталась по друзьям, потом по
съемным квартирам, потом по психушкам – не в прямом смысле,
но близко. Клиническая депрессия, панические атаки, попытки
суицида.
Врачи говорили: «Посттравматический синдром. Нужно
время».
Время шло. Легче не становилось.
Она не рисовала, не писала, не читала. Только смотрела старые
записи спектаклей и плакала. Особенно ту, последнюю. «Тоска
по родине» Цветаевой. Свою лебединую песню.
В марте 2023 года телефон Алины зазвонил. Номер
незнакомый. Она хотела сбросить, но что-то заставило ответить.
– Алина Сергеевна? – голос мягкий, профессиональный. —
Меня зовут Алексей. Я представляю продюсерский центр
«Фабрика реалити».
– Я не участвую в реалити-шоу.
– Подождите, не бросайте трубку. Я знаю о вас всё. О театре. О
пожаре. О вашем женихе.
Алина замерла.
– Откуда?
– Мы проводим специальный проект. Он называется «Тайна
Джессики». Это психологическое шоу, где участники – люди,
пережившие тяжелую травму. Мы помогаем им справиться.
– Помогаете? – горько усмехнулась Алина. – Снимая на
камеру?
– В том числе. Но не только. У нас работают лучшие психологи.
Один из них – специалист по работе с горем. Она сама пережила