18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Анна Константинова – Сказочная термодинамика – 2 (страница 3)

18

Внизу простирался тихий ночной лес, который не просто выглядел в темноте мертвым, а на самом деле таким был – голые скрученные ветви тянулись к Свете, отсвечивая белой костью в голубоватом свете, щедро льющемся с небес.

Она улетала все дальше от опасности, и не знала, куда ей деться в этом огромном чужом мире. Наконец, внизу блеснула извилистая речка, которая вытекала из тихого озера, и Света приземлилась на небольшом свободном пространстве между корявыми деревьями и серебристой луной, попавшей в плен водяного отражения.

Музыка не хотела уходить, уговаривала ее пролететь еще немного, покружить над лесом в поисках – вдруг их народ найдется, и Света с ужасом поняла – Музыка тоже ничего толком не знает.

– Эй, фея, отпускай ужо! Чай, я тебе не подушка, чтобы мять.

Света заметила, что так и держит Жихарку, прижимая изо всех сил. Она развела занемевшие пальцы, и мягкое тельце шлепнулось на песок.

– Эй, а поставить было нельзя?

Она чувствовала себя странно. Волны энергии, которые все еще ходили по телу, были приятными, они рождали легкость и эйфорию. Хотелось и дальше летать по темному небу яркой звездой, и раскидывать вокруг себя искры… и желание это горело намного сильнее, чем раньше. Однако Света осеклась.

Ей вдруг показалось, что Жихарка стал немного выше, а это означало… Она проверила длину плаща и в ужасе загасила все огоньки до единого. Потому что теперь бордовая потрепанная ткань колыхалась уже чуть ниже ее колен. Значит ли это, что здесь, в Стране Фей она теряет массу быстрее? Вывод казался нелогичным и невозможным… Точно таким же невозможным, как страшная полуистлевшая лиса, которая просто не могла бродить по зеленой траве среди хрустальных замков!

Света села на землю и огляделась. Неизвестный мир вокруг нее вздыхал тихонько.

Да, все ей говорили, что это место называется Темной и Обратной Стороной. Но она не могла поверить до последнего. Наверное, ей просто нужно было сюда прийти, чтобы увидеть это собственными глазами – свет, отбрасывающий более светлые тени, и мертвую траву, которую не тревожил даже ветер. Потому что его тут вообще не было – ни медового цветочного, обещавшего сказку, ни какого-то другого. Тут даже воздух казался мертвым. Он не двигался и пах старой пылью.

Куда это ее занесло? Здешние пейзажи больше похожи на Страну мертвых или загробный мир. «Тот свет» – так говорят… Вдруг это не просто выражение? И что же теперь делать? Она куда-то не туда попала!

– Эх, прОпал мой домик! ПрОпал и столик с лавками, да зановесочки мои, самотканные, самосделанные…

– Да не гунди ты! – цыкнула она на Жихарку.

На мгновение показалось, что из-за деревьев за ними наблюдает страшная тощая фигура на двух лапах, замотанная в серые тряпки. Сердце неприятно ойкнуло. Она куда-то не туда попала, и за ней гонится лиса-убийца!

– Кто это был? Почему эта страхолюдина тебя сперла? – начала она трясти пацаненка, но тот только хлюпал.

– Да понятное дело! Лиса – она всегда так. Разбойница, знамо дело! – невразумительно булькал он, растирая по грязной мордашке высохшие слезы.

– Разбойница, говоришь?

– Как есть, бандитка настоящая, – подтвердил Жихарка. – Домик-то мой, хатку мою, самостроенную, самообустроенную, пришла и забрала.

– Мне показалось, что она больше за тобой охотилась, – засомневалась Света, нервно оглядываясь.

– Нет, тебе показалось, глупая фея. Она только домик мой хотела отобрать, а меня, бедняжечку, для того порешить.

– А что там за ложка у тебя?..

Жихарка бодро вскочил на ноги и забормотал:

– Ну, и чаво расселась? Идем!

– Куда идем?

… Она попала куда-то не туда, за ней гонится лиса-убийца, и ей нельзя использовать свою силу, чтобы не превратиться в жука за три дня. Потому что это никакая не Прекрасная Страна Фей, а непонятная и опасная Обратная Сторона. И ее народа здесь нет!

– Как куда? – поразился Жихарка. – Вот ты глупая фея. Пойдем твоих искать, я же обещал помочь. А обещания тока упыри-обещуны не выполняют, да еще…

– Но ты же сам сказал, что ваш Владыка их всех…

Жихарка ничуть не смутился.

– Про то все знают, что Черное Солнце на вас серчал да гонял. Однако же, ваша зараза живучая! Так что, поди, кого-нить да найдем.

– А ты знаешь, куда тут идти?

– Ясень пень, – вона туда, – Жихарка весьма неопределенно махнул рукой. – Раз уж я тебя спас, придется теперь выручать. Знать, судьба моя такая.

– Ничего не путаешь? Это я тебя спасла, – пробубнила Света, поднимаясь на ноги.

– Долг платежом красен, – буркнул Жихарка. – Я тебя первый спас. И вообче, у тебя и выбора-то не было.

– Почему это не было?

– Ну а как же? Я твое имя знаю, а ишшо ты у меня в доме спала, получается, что мы теперича одна семья.

– Ладно, семья, пошли уже. Куда ты там махал?

– Да во-он туда.

– Ты в прошлый раз в другую сторону махал.

– Нет, в эту.

Света вздохнула и поняла, что раз она тут вообще ничего не знает, то вообще-то все равно, в какую сторону направляться. Пусть она куда-то не туда забрела, пусть за ней гонится мертвая маньячка-лиса, но, главное, есть крохотная надежда, что ее народ здесь, и тогда она вовсе не потерялась, а просто немного заплутала. Значит, надо идти их искать.

– Ну что, ты меня на руки возьмешь или я к тебе в котомку влезу? – деловито осведомился Жихарка

– Это еще зачем? – удивилась Света.

– А ты разве?.. Того?..

Пацан замахал тонкими ручками.

– Чего – того? – уточнила Света.

– Мы что, не полетим? – удивился Жихарка.

Глава 2. Кто не спрятался…

До сих пор мы испытываем особое чувство, говоря об «огне родных очагов» – хотя у большинства из нас дома не очаги, а газовые или электрические плиты. В древние же времена Огонь был поистине центром того мира, в котором проходила вся жизнь человека.

Печь была вторым по значению «центром святости» в доме – после красного, Божьего угла, – а может быть, даже и первым: не случайно же родилось в народе выражение «начать от печки», то есть с самого начала… В присутствии Огня считалось немыслимым выругаться: «Сказал бы тебе… да нельзя: печь в избе!».

(А. Маринина, «Мы – славяне!»)

– Слушай, пацан, ты же обещал, что мы по дороге будем топать, а не через кусты лазить.

Света выпуталась из очередного репейника и сердито покосилась на Жихарку. Да уж, это тебе не Бадюлины удобные тракты, по которым ноги сами бегут. Тут тропинка, если и была, больше мешала продвижению.

– А ты, глупая фея, могла бы и полететь. Тот, кто могет, и не летает – полный дурак. Ясное дело, что пешком топать никаких ног не хватит!

– Не могла бы.

Не рассказывать же чумазому пацану о своих проблемах! Поэтому Света просто шла и шла вперед. Туда, куда вел Жихарка. Однако ей все больше ей казалось, что идут они без цели, просто бредут в светлой ночи между белесыми древесными стволами, похожими на мертвые кости, и брести так будут вечно.

– Ты точно знаешь, куда надо идти? – спросила она еще раз.

– Конечно знаю. Чего ж тут не знать? Как и договаривалися. Твоих искать… Фей, значится.

– И где же они? – уточнила Света.

– А я откудова знаю? – поразился Жихарка.

– Ладно… – протянула она. – Все-таки наврал!

Она остановилась и начала оглядываться. Вот забрела так забрела! Кругом лес да перелески. Отсюда даже избушка Яги казалась центром цивилизации. Там хоть кто-то был толковый.

– И вовсе не наврал! – обиделся Жихарка. – Я ж не многодумец-обещун и не знатотыкомка ложная.

– Слушай, кончай выдумывать! – рассердилась Света. – Нет таких… животных.

– Животных, может, и нет, а знатотыкомка есть.