Анна Кондакова – Пять грязных искусств (страница 29)

Сильвер тоже на меня оглянулась, пронзила взглядом, и в этом взгляде вспыхнул горячий азарт. Она опять посмотрела на Соло и ответила ему еще более выдержанно:

– Это мой ученик, Бартоло. И я еще раз повторюсь: если у тебя есть к нему вопросы, задай их мне. Если нет, то мы уходим. Я все сказала. А ты?

– Ли! – рявкнул Соло, костяшки хрустнули в его здоровенных кулаках. – Ты слишком много на себя берешь!

– Я беру столько, сколько имею право взять, – процедила Сильвер.

– Отдай его мне!

– Обойдешься, Соло. На нем теперь неприкосновенность. Этот боец мой. И его кодо – тоже! Он мне чуть колокол на воротах не спалил… и, думаю, ты догадываешься, что это значит… Мальчишка мой.

– Я сожгу твой замок к чертовой матери, если ты не отдашь мне этого парня!

Сильвер усмехнулась.

И я заметил, как вокруг нее все заметнее плавится воздух, а пространство нагревается, наполняясь запахом гари и пепла. Сквозь перчатки на пальцах женщины полезли острые стальные когти. Заискрились, затрещали разрядами молний.

– Она фортис, – сказал рядом Генри, – как и Бартоло. А когда сражаются фортисы, другим адептам лучше близко не стоять. Такое я видел только один раз.

Соло отступил на шаг, давая понять, что драться не намерен.

– Что ж, Ли. Я вернусь, – пообещал он. – А ты пожалеешь о сегодняшнем дне.

Сильвер не стала ему отвечать. Развернулась и скомандовала, не глядя на нас с Джо:

– За мной, ученики.

В то же мгновение перед нами распахнулись ворота белого замка Сильвер…

Глава 11. Боевая школа Сильвер

Вблизи замок Сильвер казался еще величественнее, чем издалека.

Просторный внутренний двор с хозяйственными постройками из белого камня. Башни и колонны, окна-арки, огромная дубовая дверь, обитая узорами из металлических пластин, широкое крыльцо.

По обеим сторонам крыльца высились бронзовые изваяния – химеры в стиле трех тотемных орденов. Такие я видел в Лэнсоме. Звери сочетали в себе три символа: тело и крылья орла, голову волка и высунутый из его пасти раздвоенный язык змеи.

Но кое-что отличало химер Ронстада от химер Лэнсома: здесь из горла каждого зверя торчал клинок меча, а в отверстие на затылке был вставлен факел, пылающий синим огнем.

Что это означало, было очевидно.

Здесь не скрывали ненависти к военным и тотемным структурам империи.

Доктор Сильвер остановилась на верхней ступени крыльца и обернулась, посмотрев на нас с Джо. Хозяйка замка заметно преобразилась, ступив на свою территорию. Приосанилась, в ее лисьих глазах появился синий блеск.

– Это святая святых клана Сильвер, – сказала она. – Соблюдайте правила, и останетесь целы. Перед тем как вы войдете в дверь за моей спиной, я возьму с вас Обет Неразглашения. Все, что вы увидите и услышите в этом доме, подлежит оставлять в этом доме. Если вы нарушите Обет, вас постигнет кара. Такая, что лучше выбрать смерть.

А вот это стало для меня неприятным открытием.

Сильвер вдруг повернулась в мою сторону, сделала это по-птичьи резко.

– Тебя что-то не устраивает, выскочка? Если так, гуляй на все четыре стороны.

– Все в порядке, – ответил я, изображая холодное равнодушие. – Ожидаемая степень защиты. Подстраховаться лишним не будет, док.

Услышав слово «док», Сильвер вскинула тонкие брови.

– Ты смеешь называть меня «док»? Уже за это я могу отправить тебя в карцер. И молись, выскочка, чтобы никогда не узнать, как там все устроено, – с этими словами женщина повернулась к Джо и протянула к ней руку, поманив пальцами. – Подойди сюда, адепт.

Джо поднялась на крыльцо, от волнения не переставая дергать подол короткой юбки.

Сильвер стянула перчатки и оголила костлявые руки. И костлявые – то самое определение: от кончиков пальцев до локтей не было ни мышц, ни кожи. Только сероватые скелетные кости рук с заостренными металлическими ногтями.

Так себе зрелище… мало приятного.

Увидев голые кости, Джо вытаращилась на Сильвер и отшатнулась, но та уже ухватила ее за руки, не давая от себя отойти.

– Не бойся, дорогая, – тихо сказала она. – Могу я дать тебе совет? Не связывайся с ним. Не верь ни единому его слову. Он не даст тебе того, что ты от него ждешь.

– Кто?.. – почти неслышно спросила Джо.

– Тот, с кем ты сюда пришла.

Джо хотела возразить, но Сильвер покачала головой и крепче сжала ее ладони.

– А теперь поклянись мне на крови, адепт. Поклянись, что будешь молчать о том, что увидишь и услышишь в этом доме.

Женщина прикрыла глаза, глубоко и шумно вдохнула носом, продолжая держать руки Джо. Ногтями больших пальцев резанула тыльные стороны ее ладоней. Джо вздрогнула и поморщилась. С ее рук упали две капли крови и тут же впитались в белые плиты крыльца.

Женщина наклонилась, приблизив свое лицо к лицу Джо, и распахнула глаза.

– Боже… – выдохнула Джо, разглядев в них что-то.

Что-то страшное.

– Я не знаю, что ты видела, зато ты знаешь, что будет, если нарушить обет, – сказала Сильвер, отпуская руки девушки. – А теперь можешь войти в дверь за моей спиной. Я впускаю тебя. Но подожди, не спеши. Я возьму обет с твоего сомнительного приятеля.

Джо, побледневшая до мучного цвета, отступила от Сильвер. А та посмотрела на меня.

– Подойди, адепт.

Я поднялся на крыльцо, и холодные кости рук тут же коснулись меня.

Сильвер провела ногтями по коже моих запястий, скользнула выше, до локтей и обратно, высекая во всем теле мурашки. А потом рывком ухватила меня за ладони, притягивая к себе.

– Скажу честно, ты опасен для моего дома, – прошептала она мне на ухо. – Да-а, в тебе до неприличия много кодо, и я хочу увидеть твое восхождение, великий адепт. Я хочу, чтобы все говорили, что ты учился в лучшей боевой школе империи. Что это я, Ли Сильвер, открыла тебя. Но все же… с тобой что-то не так… а что не так… я не могу понять… – Сильвер не ждала от меня ответа, поэтому сразу приступила к обету: – А теперь поклянись мне на крови, адепт, что будешь молчать о том, что увидишь и услышишь в этом доме.

Ее ногти впились в мои ладони, на порезах набухли капли крови.

Она закрыла глаза и сжала мои руки сильнее. Кровь закапала нам под ноги, мгновенно впитываясь в белый камень.

А потом Сильвер открыла глаза. И то, что я в них увидел, заставило меня замереть.

Три города – Лэнсом, Ронстад и Эгвуд – в огне…

Изуродованные тела людей на улицах, разрушенные дома, вихри пепла, гарь, мертвая пустота площадей… я вижу Ли Сильвер, идущую в оборванной одежде по обочине дороги, избитую, истекающую кровью… Она проходит еще пару метров и падает замертво, ее взгляд стынет, с уголков глаз соскальзывают слезинки. Мертвое тело Сильвер окутывает туман, и из него с рвущим сознание визгом появляются твари… высокие, худые и сгорбленные, серокожие, безносые, с вытянутыми безволосыми головами… на их горбах белеют костяные иглы, внутри глазниц плещется мертвая темень, в когтях наполовину обглоданные и сочащиеся кровью останки людей… и этот характерный хруст ломающихся костей… треск и чавканье… чавканье… чавканье…

– Я не знаю, что ты видел, зато ты знаешь, что будет, если нарушить обет, – от землистого голоса Сильвер по позвоночнику пронесся холод. Она отпустила мои руки и добавила: – А теперь можешь войти в дверь за моей спиной. Я впускаю тебя.

Тяжелая дубовая дверь распахнулась.

На пороге появились двое, женщина и мужчина. Оба уже в возрасте, лет семидесяти. Мужчина был одет в смокинг, женщина – в скромное темное платье.

– Познакомьтесь, адепты, это мои камердинеры. – Сильвер снова скрыла руки под длинными черными перчатками и указала сначала на женщину. – Это Жаннет, – потом на мужчину. – А это Бернард. Они будут помогать вам во всем. Жаннет служит восточному крылу замка. Бернард – западному. Это деление очень важно.

Слуги посторонились, пропуская нас в просторный холл, украшенный картинами, зеркалами, светильниками и потолочными фресками, изображающими великую битву былых времен.

Джо в нерешительности замерла у порога, а я принялся считывать обстановку, анализируя, сколько тут может быть лазеек, окон, путей отхода, этажей, комнат, ниш…

Сильвер мгновенно оценила мой натренированный взгляд, но сделала не те выводы.

– Украсть ничего не выйдет, молодой человек, – сухо объявила она. – Здесь каждая вещь на своем месте, а ты вообще находишься под красным уровнем дисциплины. Выговоров для тебя не существует, поэтому любой, даже самый мелкий, проступок сразу приведет тебя в карцер. Либо в первый, либо во второй. Вряд ли тебе понравится хоть один из них.

Она снова упомянула карцер. Пыталась вызвать страх, давила авторитетом и силой. Но все же опасалась меня, и это ее раздражало.

Опасаться Ли Сильвер явно не привыкла.

На противоположной стороне холла высилась широкая лестница, ведущая на второй этаж. И что странно, лестницу надвое делила белая полоса, прочерченная прямо по ступеням. Та же полоса резала на пополам и сам холл.