Анна Кондакова – Последний ранг. Том 3 (страница 33)

Зигбо в тот момент был ошарашен как никогда. Стоял и смотрел на Лебединый камень, не зная, что делать дальше.

Рыть могилу снова?

Но ведь там похоронены предки. Нельзя их беспокоить, иначе будет беда.

Так Зигбо и стоял там до самой ночи, никак не решаясь действовать, пока наконец не додумался снова зажечь лампу с носорогом.

Когда дым завертелся спиралью и потянулся к могильному камню, Зигбо приник к нему, зачем-то принюхался и прислушался, потом закрыл глаза и попытался ощутить что-нибудь магическое.

Хоть Дождь Бонце и не был магом, зато сам Гедеон Бринер им был. Причем, таким магом, каких ещё не видел мир.

Зигбо напряг все свои силы Пути Психо, какие в нём имелись. Так он и стоял, прислушиваясь и напрягаясь всю ночь, как дурной.

Утром пошёл дождь.

Зигбо промок до нитки, но не отступил. Он перекусил шоколадным батончиком «Чудо» прямо под дождём, а потом… эх… потом он решился на осквернение могилы собственных предков.

Зигбо решил расколоть Лебединый камень.

Раскрошить его в дребезги.

Для этого ему не нужен был ни молот, ни другой инструмент. Он всё-таки был магом Пути Психо, пусть даже паршивым бревном в воде, который никогда не станет крокодилом. Однако и он кое-что умел.

Его любимым навыком был Импульс Тяжести Тиада.

Серьёзный стандарт из арсенала менталиста выше третьего ранга. А какой-никакой, но третий ранг у Зигбо уже имелся даже в пятнадцать лет. Не зря ведь его бабушка Шаде была искусным магом Пути Психо. Кое-что и внукам от неё перепало.

Зигбо накинул мокрый капюшон кофты на голову, опустился на колени перед Лебединым камнем и низко склонился к земле.

— Пусть предки простят меня, — прошептал он, вдыхая аромат прелой влаги. — Я делаю это лишь для того, чтобы вернуть в наш род уважение и свободу.

Поднявшись, он принял позу силы: отставил ногу назад, скользнув подошвой кроссовка по мокрой траве, затем пригнулся и будто приготовился к старту на беговой дорожке.

Руки очертили полукруг над головой, соприкоснулись пальцами у живота и снова разъединились. Опять сделали полукруг и соприкоснулись.

Мысли стали вязкими и тихими. Голова будто опустела и зазвенела внутри от лёгкости. Так маги Пути Психо чистили дорогу для атаки и высвобождения резерва.

Он прикрыл глаза.

Через опустевшую голову потекли потоки энергии, вверх-вниз и снова вверх-вниз, а потом опустились к ладоням у живота.

Через пальцы пронеслись разряды Импульса Тяжести.

Ну а потом Зигбо резко открыл глаза и оттолкнул воздух ладонями от живота — точно на Лебединый камень. Вспышка получилась короткой, небольшая и плотная лавина Импульса Тяжести мелькнула к цели и через мгновение уже обрушилась на неё.

Правда, камень раскололся лишь наполовину, где-то посередине, после чего две его части грузно завалились в стороны.

Зигбо сматерился… э-э… нет.

Лучше так: Зигбо разозлился.

Значит, он разозлился и снова принял позу для Импульса Тяжести. Весь мокрый, он опять совершил руками полукруг сбора силы и очищения пути для ментального удара. Потом повторил жест ещё четыре раза для пущей надёжности, ну а после снова атаковал камень.

Вот теперь получился неплохой взрыв.

Одну из половин Лебединого камня раскололо сразу в мелкие крошки и пыль. Зигбо внимательно осмотрел гору осколков, раскидал их ногами, присел и ощупал, уже понимая, что ничего не найдёт. Он лишь осквернил могилу предков, как последний осёл.

Не вставая с земли, Зигбо стянул капюшон, задрал голову и подставил горячее лицо дождю. Рюкзак на спине давил на него неподъемным грузом и хотелось завалиться на землю, чтобы разрыдаться от бессилия.

Стиснув лампу с носорогом в руке, Зигбо помолился Дождю:

— Прости свою дочь Данай, великий Дождь… она не хотела стать трусливой птицей… она считала себя могучим деревом, поэтому нарушила твоё наставление.

Он протянул лампу на раскрытой ладони и произнёс громче:

— Помоги мне найти то, что здесь спрятано! И я клянусь вернуть уважение и свободу в наш род! Клянусь тебе, великий Дождь! Я стану крокодилом, обещаю!

Небо озарила молния.

По горам зарокотал гром, и-и-и-и…'.

Зигбо кашлянул, обрывая свою легенду.

Ему показалось, что он немного переборщил с пафосом. Молнии на самом деле не было. И гром не рокотал. Но дождь накрапывал — это было точно. Тут он не приврал.

— И что дальше? — спросил Коэд-Дин.

Его голос был намного ближе, чем до этого. Видимо, Бринер подошёл к Зигбо и встал напротив него. А значит, легенда произвела на него впечатление, хотя самое интересное было ещё впереди.

— Что, что, — хмыкнул Зигбо не без гордости. — Сейчас будет самое крутое.

«Легенда о Зигбо» продолжилась, всё так же отсвечивая буквами на свитке:

'Зигбо снова принял позу сбора силы и чистки пути, а потом в очередной раз ударил Импульсом Тяжести.

Вторая половина Лебединого камня разлетелась в крошки. Те упали в лужу, а Зигбо, воодушевлённый молитвой, кинулся их рассматривать и ощупывать.

И…

НИЧЕГО.

Снова ничего не нашёл!

Опустив голову, он встал рядом с грудой каменных осколков у осквернённой могилы. Дождь усилился и теперь будто пробивал тяжёлыми каплями спину, плечи и макушку. По лицу текла вода.

Умбозеро неподалёку шумело, в небе грохотало и сверкало, а Зигбо всё стоял, как дурак. Как мокрый олух посреди луж!

А потом вдруг заметил кое-что странное.

Только что он стоял с другой стороны груды камней, а сейчас будто переместился на расстоянии или… его тело перенеслось за разумом, как будто он стал Идущим по Тропе Ветра!

Всё внутри замерло в предчувствии чего-то великого.

Через пару минут ступора Зигбо попытался переместить тело за разумом ещё раз. Не вышло.

На тщетные попытки он потратил ещё три часа. Потом ещё четыре.

Он, как сумасшедший, до самого утра прощупывал Тропу Ветра, исходив всё поле у могилы. Голодный и уставший, Зигбо не прекращал попыток. Он больше не молился, не просил прощения и не обращался к Дождю. Он насильно превращал себя из бревна в крокодила, поверив, что это возможно.

Новая магия была тяжёлой и стоила ему огромных сил.

На третье утро его тело устремилось за разумом. Это произошло болезненно и совсем на небольшое расстояние в пару сантиметров, но произошло!

На пятое утро снова пошёл дождь.

И тогда Зигбо, будучи новорожденным Идущим по Тропе Ветра, увидел кое-что важное. Капли дождя падали с неба, текли по груде камней, но в одном месте они как-то необычно отскакивали, будто что-то им мешало. Вода огибала нечто… нечто невидимое. Размером с голову.

У Зигбо зашлось сердце.

Это было чудо! Как тот батончик «Чудо», только не батончик!

— Ла-ла-ла! Брось все дела! — запело в голове от счастья.

Великий Дождь Бонце своим водянистым перстом указал на цель! А она была прямо перед глазами!

Голова!

Самая настоящая голова, только невидимая! Ну конечно!