Анна Кондакова – Охотник на богов. Том 4 (страница 6)

Таких божественных душ видеть мне ещё не приходилось.

Пока я держал её на ладони и подносил к груди гоблина, душа Годфреда постоянно преображалась. Свет и тьма в ней переплетались вместе, а потом разделялись на две равные половины.

Это было похоже на что-то вроде Инь и Ян. Две сущности двигались по кругу, будто в водовороте вечной борьбы и единства. Они объединялись и снова делились, а потом снова сливались воедино. И вокруг этого всего мерцали синие молнии.

Я поднёс невесомую душу к груди гоблина и начал вживлять, как делал это с любыми другими душами до этого.

Годфред не сопротивлялся и вселялся в тело морфи легко и даже охотно. Он будто сам тянул мою ладонь за собой. Когда же я приблизился к самому сложному моменту — к Рубежу Живого — то душа внезапно замерла.

Бога в себе я больше не слышал, поэтому действовал только сам.

Подключив вторую руку, я нажал на душу сильнее… ещё сильнее… Кости рук заныли, знак чёрной короны на моей коже почернел так сильно, будто стал порталом в космос.

Я собрал все свои силы.

Наконец душа сдвинулась. В тот же момент все точки, обозначенные моей кровью на теле гоблина, вспыхнули синими лучами. Особенно ярко горела та, что на груди — именно туда я вживлял душу.

Под моими ладонями душа завибрировала и начала покалывать кожу молниями.

А потом свет на точках погас.

Душа ушла в тело морфи полностью. Только ничего не произошло. Гоблин не открыл глаза, не пошевелился… ничего. Я опустил ноющие в суставах руки и уставился на лицо гоблина в напряженном ожидании. Совершенно мёртвая кукла.

— Годфред… эй, — прошептал я и только сейчас осознал, насколько сильно вспотел.

Тело под кофтой было мокрым, на висках и лбу собралась испарина. Бешено хотелось пить, будто от обезвоживания. Только казалось, что все мои усилия кончились ничем.

— Годфред? — чуть громче произнёс я. — Ты тут?

Внутри своего сознания я не слышал его голоса, но и в гоблине не видел признаков жизни. Я медленно повернул голову и посмотрел на Афену и Мозарта. Может, они видели то, чего не заметил я? Но оба покачали головами.

— Годф, — снова обратился я к гоблину, а потом уже мысленно — к самому себе: «Эй, Годф. Ты здесь?».

Тишина.

Ничего не происходило. Лишь одно меня сейчас успокаивало: знак черной короны на моей руке не исчез, а значит, Годфред был где-то тут. Может, это его тупые шуточки, и так он испытывает моё терпение?

Я не выдержал и толкнул гоблина в мускулистые плечи.

— Эй, твою мать! Скажи что-нибудь!

И опять ничего. Ах ты чёрт…

Я развернулся, опять посмотрел на Мозарта и Афену и нахмурился. А потом увидел, как глаза Афены увеличиваются в размерах при взгляде за мою спину.

Ну а потом около моего уха кто-то громко произнёс:

— БУ!

Я аж вздрогнул.

— Не ожидал, да? — заржали за спиной. — Ах-ха-ха! Дай обниму!..

Книга 4

Эпизод 3

Меня толкнули кулаком в спину, да так, что я чуть не завалился лицом в пол!

Вот засранец!

Резко развернувшись, я ладонью перехватил кулак… огромный такой кулак. Размером с мою голову. И зелёный. Ну а потом поднял взгляд выше и увидел того, кому этот кулачище принадлежит.

Годфред.

Вашу ж ма-ать…

На меня смотрел высоченный мускулистый гоблин в простыне на бёдрах. Он был почти таким же, как гоблин из коробки, только выше и мощнее. Ну и рожа нахальнее, и уши острее, и ухмылочка циничнее. Зубы с небольшими клыками, длинные руки, мерцающие синим светом глаза и, как вишенка на торте — рыже-коричневый ирокез. Он возвышался над головой гоблина стойким веером, будто смеясь над законами гравитации.

— Ну и как я, чувак? — спросил Годфред, подняв рыжеватые брови. — Умопомрачителен?

— Ну-у… как тебе сказать, — выдавил я.

Он провёл крупной зелёной пятернёй по ирокезу и ухмыльнулся.

— Не, ну это я уберу. Это временно. — Годфред глянул на Мозарта и Афену, застывших в молчании. — Уберу, сказал же! Вот прямо сейчас и уберу, чтобы вы на меня не глазели. Смотрите и учитесь. Папочка сейчас всё разрулит!

Он шагнул назад и напрягся.

Его мышцы на плечах забугрились мощью, а по телу пронеслись синие молнии. Через пару секунд волосы в ирокезе действительно посветлели. Правда, больше ничего не изменилось. Годфред остался таким же жутковатым гоблином.

— Ну что, ребятишки? — Он сверкнул клыкастой улыбкой. — Я уже умопомрачительный блондин?

— В целом, да, — выдавила Афена, — блондин. Умо… помо… мрачительный…

— Не надо слов, детка! Лучше поцелуй меня! Я теперь красавчик! — Довольный Годфред опять провёл пальцами по голове, но, ощутив всё тот же ирокез, резко поменялся в лице.

Его зелёная физиономия вытянулась.

Афена быстро достала из кармана брюк зеркальце, отщёлкнула крышку и повернула к Годфреду на вытянутой руке.

Тот наклонился и вгляделся в собственное отражение.

— Не понял… что за подстава?

— Это новая модель морфи, — внезапно заговорил Мозарт. — Они сделаны из улучшенного материала, более крепкого и износостойкого, поэтому его сложнее менять под себя. Нужен ранг выше, чем шестой.

Годфред перевёл взгляд на него.

— Я сейчас не понял, мелкий паскудник. А раньше ты не мог об этом сказать, да⁈ Сначала дождался, когда твой старший товарищ и великий божественный индивид вселится в зеленую уродскую тушку, а потом сообщил с умной рожей, что у него проблемы⁈ Иди-ка сюда, я тебе перья выщипаю, соколик ты наш!

Он оттолкнул меня в сторону, сжал кулаки и направился к Мозарту, а размером он был прилично крупнее Бога Гор.

— Стой, Годф! — приказал я ему. — Давай ты не будешь выпендриваться!

Он остановился и повернулся ко мне.

Мы оба знали, что теперь Годфред был моим слугой. Отныне любой мой приказ становился для него незыблемым, ведь именно я был его хозяином, потому что вживил его душу с помощью магии коллекционера.

— Лучше подай мне кружку с водой, — добавил я, чтобы проверить это на практике.

Годфред скрипнул зубами.

— А вот это я тебе потом припомню. — Он взял кружку со стола и протянул мне. — Не подавись, паршивец.

— Надо говорить: «Годфред сделал».

У того аж рожа потемнела.

Он сжал кулаки, борясь с желанием втащить мне по полной, но статус слуги не позволял причинить вред хозяину.

— Засунь свои слова себе в зад, чувак! — прорычал Годфред. — Такого ты от меня точно не дождёшься!

Я спокойно глотнул воды из кружки и подал ему обратно.

— Спасибо. Поставь туда же, откуда взял.

Годфред всё сделал беспрекословно, но при этом повернулся к Мозарту и спросил у него:

— Почему ты не прихлопнешь этого наглеца?