Анна Князева – Роман без последней страницы (страница 48)

– Здравствуй, Тимка! – крикнул Константин, когда дверь отворилась. – Сто лет тебя не видел, сукин ты сын!

Он бросился обнимать худого длинного человека с жидкими волосами.

– Здравствуй, Костя, – ответил тот и, обнимая, похлопал его по спине. Потом отступил: – Пожалуйста, проходите.

– Это мои друзья: Дайнека… Сергей. – Константин протянул пакет. – Давай, организуй все по-быстрому.

Левченко прошел в комнату, потом оттуда выглянул и сказал:

– Идите сюда.

Они устроились в полупустой гостиной за журнальным столом. Сели на продавленный низкий диван. Коленки Дайнеки торчали у самого ее носа.

Тимофей принес тарелку с солеными огурцами.

– У меня ничего больше нет. – Он прошел к телевизору, включил его, бросил пульт на диван.

– Пойдет, – Константин открутил колпачок и разлил коньяк по стаканам. Один пустой отодвинул и кивнул на Сергея. – Он не будет, за рулем.

Дайнека взяла стакан, решив не отказываться, а просто не пить.

Мужчины выпили, закусили, после чего Тимофей сообщил:

– С женой развелся. Как видишь, теперь я один.

– Дело житейское, – сказал Константин. – Ну, по второй?

Они выпили по второй. Дайнеку это несколько напрягло. И когда Константин стал разливать по третьей, она забрала у него бутылку.

– В чем дело? – спросил он.

Дайнека выразительно посмотрела и четко произнесла:

– Потому что нужно поговорить.

– Ты говори, а мы с Тимкой выпьем.

Она решила, что разговор и в самом деле не стоит откладывать.

– Тимофей…

– Вы от моей жены? – испуганно спросил он.

– Нет. Я с ней не знакома. Речь пойдет о вашем отце.

Тимофей вздохнул с облегчением.

– С чего это вдруг? Он давно умер.

– Знаю. В Интернете смотрела.

– Тогда чем вызван ваш интерес?

– Меня интересует история с плагиатом романа.

Он усмехнулся.

– Не думал, что она еще кого-то интересует.

– Интересует, – подтвердила Дайнека и быстро спросила: – Его написал ваш отец?

– Не знаю. Мне он не говорил. Вообще предпочитал не распространяться на эту тему.

– Выпьем? – спросил Константин, однако Левченко покачал головой, и он налил только себе. Опрокинул коньяк в рот, закусил и скучающим взглядом уставился в экран телевизора, сделал звук чуть громче. Посмотрел, потом сообщил: – Березин идет в президенты. Да здравствует партия «Демплатформа»! – выкрикнул он и выключил телевизор.

Дайнека снова спросила у Левченко:

– А ваша мама ничего не рассказывала?

– Они с отцом поженились через несколько лет после того, как вышел роман Тихонова. Когда я родился, отцу было тридцать пять.

– Что вообще вы знаете о нем?

– Родился он в деревне Чистовитое. Уехал оттуда, учился в институте, работал в областной газете. Потом перебрался в Москву, жил у родственников.

– В доме у Тихонова?

– В доме его родителей. Сам Тихонов тогда еще в Литинституте учился и, говорят, был фарцовщиком.

– Выпьем? – снова предложил Константин и, не дожидаясь, налил только себе.

Тимофей продолжил:

– Конечно, когда я услышал об этой истории, – и он заметил: – Не от отца, я попытался хоть что-нибудь узнать. Интересно же…

– И что? – спросила Дайнека.

– Понял лишь то, что у отца были большие амбиции. Возможно, небезосновательные. Потом он переехал от родственников в какое-то общежитие и вскоре купил кооперативную квартиру, а Тихонов опубликовал свой роман. Повторяю, папа никогда не говорил, что это он его написал.

– Кем приходился вашему отцу Василий Иванович?

– Кажется, двоюродный брат. Родители Тихонова уехали из деревни давно.

– Расскажите о семье вашего папы. О тех, кто жил в Чистовитом.

– Его отец умер еще до войны. Мать осталась одна с четырьмя детьми на руках. Старшая – Мария, в сорок первом ей было шестнадцать. Потом – мой отец и еще двое младших. Их уже нет в живых. О старшей сестре он мало рассказывал. Знаю, что она вышла замуж, родила пацана. Куда делась потом, я не слышал. На моей памяти отец не поддерживал с ней отношений.

– Вы сказали, ее звали Марией… – Дайнека заговорила с какой-то особенной, вкрадчивой интонацией.

Тимофей усмехнулся.

– Понимаю, о чем вы. Я тоже читал роман. Не сложно предположить, что главная героиня – его сестра. Однако, если вы обратили внимание, в тексте нигде не упоминается фамилия Маньки. Приходится только догадываться. К тому же это не документальная хроника. Описанные события могут быть вымышленными.

– Вы верите в то, что Тихонов мог написать роман со слов вашего отца или по его наброскам?

– Почему нет? Вполне допускаю. Ведь отец никогда не отрицал такую возможность. Как и не утверждал, что это он сам написал тот роман.

– Да… – протянула Дайнека и в первый раз за весь вечер посмотрела на Сергея, намекая, что пора уходить.

Тот кивнул на Константина, уснувшего на диване.

– В тюлечку… Как мы его повезем?

Левченко взял подушку и сунул ее под голову друга.

– Пусть остается. Жене его я сам позвоню.

Дайнека и Сергей уже спускались по лестнице, когда, перевесившись через перила, Тимофей их окликнул:

– Забыл спросить… Зачем это вам нужно?

Дайнека помолчала. Потом, сказала:

– Сама не знаю.

Глава 40

На даче

Сергею ничего не стоило завезти Дайнеку домой. Ему надо было пересесть в свою машину, а Костину оставить во дворе ее дома.