Анна Князева – Подвеска Кончиты (страница 67)

Отстояв небольшую очередь, Монгол получил бандероль, вышел на улицу, сел в машину.

– Теперь – в аэропорт.

Ножом вспорол упаковку и достал из нее кожаный кейс. Открыв его, вынул какие-то документы и быстро их просмотрел. Оттуда же достал телефон и сунул в карман.

Когда приехали в аэропорт, водитель спросил:

– Мне ждать?

– Нет. Можешь ехать, – ответил Монгол, взял кейс и вышел из автомобиля.

В здании аэропорта было пустынно. Он прошел в ресторан, сел за столик. Пока заказывал и пил кофе, вокруг стало чуть многолюдней. Взглянув на часы, Монгол отправился в зал выдачи багажа. Минут через десять объявили прибытие московского рейса. Еще через пять ему позвонили по телефону, который он взял в кейсе.

– Вы прибыли?

– Да, я уже в Красноярске.

– Выходите из здания, через сто метров сверните налево. Там у забора вас ждет автомобиль «Лексус» с номером 123.

– Понял, – Монгол вышел на улицу, поднял воротник, втянул голову и зашагал в указанном направлении.

Заметив «Лексус», приблизился. Навстречу выскочил водитель и открыл заднюю дверцу. Монгол молча сел и за те полтора часа, пока они ехали, не произнес ни единого слова. Водитель тоже молчал.

Сначала они двигались по холмистой пустынной местности, которую Монгол уже видел по пути в аэропорт. Въехали на окраину Красноярска, свернули направо, оказались на узенькой, похожей на проселок дороге, по обе стороны ее обступали кусты. Минут через пять слева появилось здание, которое Монгол принял за какой-то вокзал и лишь потом понял – здесь начинается красноярская «Рублевка». На фасаде виднелись буквы: «Сосны». Дальше поехали вдоль каменного забора, свернули под шлагбаум и скоро остановились перед добротным трехэтажным особняком. Монгол вынул телефон и установил в нем будильник.

На крыльце показался молодой человек в темном костюме. Дождавшись, пока водитель откроет дверь, Монгол перекинул через руку пальто и не спеша покинул автомобиль.

– Кирилл, – молодой человек сошел со ступеней и протянул ему руку.

– Наум Вейхман, – Монгол ответил на рукопожатие.

– Только что из Лугано?

– Сначала Москва. Потом пересадка – и я здесь.

– У вас все с собой? – молодой человек покосился на кейс.

– Вы имеете дело с солидной фирмой, – строго заметил Монгол.

Они вошли в дом, пересекли вестибюль и оказались в помещении, похожем на кабинет. Кирилл плотно прикрыл дверь и жестом пригласил Монгола сесть за письменный стол. Тот сел, поставив кейс на столешницу.

– Ваши документы, если позволите.

Монгол раскрыл чемодан, достал красный паспорт с белым крестом.

– Прошу.

Молодой человек раскрыл его, взглянул на фотографию, потом на Монгола, потом снова на фотографию.

– А это – документы, подтверждающие мою квалификацию эксперта-геммолога[14] и мои полномочия.

Просмотрев предъявленные бумаги, Кирилл вернул их Монголу. Тот между делом достал из кейса миниатюрный алюминиевый чемоданчик размером с небольшую коробку.

– Что это? – напрягся Кирилл и, не сдержавшись, взглянул на большое зеркало.

Монгол понял: там, по другую сторону, кто-то есть, за ним наблюдают сквозь стекло. И также заметил камеру наблюдения рядом с кондиционером.

– Это геммологическая мини-лаборатория, – с некоторым опозданием ответил Монгол и развернул чемодан крышкой к зеркалу. – Вас что-то тревожит? – Услышав телефонный звонок, извинился: – Прошу прощения. – Достал трубку, сказал: – Пронто…

В течение нескольких минут он говорил на итальянском языке. Наконец, попрощавшись, убрал телефон.

– Руководство фирмы интересуется, как обстоят дела.

– Но вы говорили на итальянском, – заметил Кирилл.

– Ювелирная фирма «Swiss diamonds»[15], которую я представляю, располагается в городе Лугано, а тот, в свою очередь, находится в италоязычном кантоне Тичино. Приступим к работе?

– Минуту, – Кирилл подал знак.

Дверь отворилась, в комнату вошел мужчина, поставил на стол коробочку и удалился.

– Я могу начинать? – спросил Монгол.

– Начинайте.

Монгол открыл крышку коробки и увидел ювелирное украшение – подвеску, в центре которой находился огромный желтый бриллиант. От него, как от солнца, расходились дорожки-лучи из маленьких диамантов. Слабый луч, пробравшись в нутро огромного камня, отразился слепящим пучком света.

Достав из алюминиевого чемодана маленький микроскоп, Монгол поставил его на стол перед собой.

– Позвольте… – Кирилл придвинул чемодан к себе и тщательно его обыскал, не забыв заглянуть под серый пористый поролон, предохраняющий инструменты от повреждения.

Дождавшись, пока он закончит осмотр, Монгол с невозмутимым видом передвинул чемодан на прежнее место, достал из него флакон и небольшой прибор.

– Это что?

– Иммерсионная жидкость[16] и рефрактометр[17].

Монгол взял подвеску и положил ее на предметный столик[18] микроскопа, потом поднял голову.

– Здесь темно. Можно включить верхнее освещение?

Кирилл метнул взгляд в зеркало и направился к двери, где был выключатель.

Убедившись, что крышка алюминиевого чемодана перекрывает обзор со стороны зеркала, Монгол сместился чуть в сторону, чтобы закрыть микроскоп от камеры наблюдения. Неуловимым движением выкрутил объектив и что-то вынул из-под него. Бриллиантовая подвеска с предметного столика перекочевала в полый цилиндр, а на ее месте оказалась точно такая же. Еще одно движение, и объектив микроскопа встал на прежнее место.

Вспыхнула люстра. К столу вернулся Кирилл.

– Так хорошо? – он обшарил взглядом стол, скользнул глазами по лицу и рукам Монгола.

Тот с невозмутимым видом приник к бинокулярной насадке[19] микроскопа.

– Да, так хорошо. А теперь попрошу мне не мешать.

Исследование драгоценности продлилось около часа. Монгол что-то писал, смотрел в микроскоп, опять записывал и изучал желтый бриллиант с помощью рефрактометра. Все это время Кирилл стоял рядом, наблюдая за каждым его движением. Наконец Монгол собрал в стопку листы с таблицами, которые заполнял, и встал из-за стола.

– Я закончил, – уложив свои инструменты в алюминиевый чемоданчик, он поместил его в кожаный кейс, туда же определил все бумаги и документы.

В комнату вошел тот же мужчина, что принес подвеску. На этот раз он осмотрел ее, после чего вынес из комнаты.

Кирилл достал из внутреннего кармана пиджака пухлый конверт и протянул Монголу.

– Напоминаю, вопрос конфиденциальный. Никаких упоминаний о камне с вашей стороны быть не должно, – сказал он.

– Вы имеете дело с серьезной фирмой, – еще раз повторил Монгол, взял конверт и сунул в карман. – Сертификат вам доставят.

Они вышли из дома, пожали друг другу руки, и Монгол сел в машину. Оттуда, с заднего сиденья, бросил взгляд в окно кабинета, где только что был. Из-за стекла на него смотрел человек с предвыборных агитационных плакатов – Геннадий Андреевич Турусов.

– В аэропорт, – распорядился Монгол.

Поднявшись по ступеням в здание Красноярского аэропорта, Монгол зашел внутрь. Обернувшись, убедился, что автомобиль, на котором он приехал, тронулся и быстро скрылся из виду.

Немного подождав, Монгол снова вышел на улицу и направился к мусорным бакам. Там вытащил из кожаного кейса алюминиевый чемодан, достал из него микроскоп, выкрутил объектив. На ладонь выпала бриллиантовая подвеска. Монгол спрятал ее во внутренний карман пиджака. Потом выкинул все инструменты в мусорный бак, скомкал документы, бросил их в алюминиевый чемодан, туда же последовал поддельный швейцарский паспорт. Пристроив чемодан в стороне от мусорных баков, Монгол поджег бумаги и подождал, пока они сгорят. Потом достал телефон, вынул симку и пальцами сломал ее. Телефон швырнул в мусорный бак.

Усмехнувшись, вспомнил, что установил на будильнике нужное время. Звонок прозвучал в самый напряженный момент, когда его могли серьезно проверить. Поговорив с несуществующим абонентом, он сбил с толку Кирилла.

Монгол не был уверен, что все сделал правильно. Возможно, настоящий геммолог смог бы его уличить. Но те, для кого был устроен весь этот спектакль, не дали верной оценки его действиям, потому что знали не больше, чем он сам.

Заметив такси, Монгол поднял руку. Спустя пару минут он уже ехал в сторону Красноярска.