Анна Киса – Иных уж нет, других долечим… (страница 2)
– Ну чего опять? – отворил дверь сонный, растрёпанный парень, безуспешно пряча зевок в кулак. – Сдали?
– Ага! Отлично! – похвасталась я, улыбаясь во все тридцать два зуба.
– Молодцы, – похвалил приятель. – Только могли и эсэмэску прислать, я бы не расстроился.
– Угу, а сумку с учебниками тоже по эсэмэскам забирать? – хихикнула Зинка.
– Точно! – хлопнул себя по лбу парень. – Вы же сумку забыли. Ладно, стойте тут, сейчас вынесу.
Через пару минут мы забрали вещи и тепло попрощались с Павлом, рассыпавшись в благодарностях и отпустив приятеля досыпать.
– Ну что? Теперь в библиотеку?! – потирая руки, поинтересовалась девушка.
– Нет, в общагу, – возразила я и напомнила: – Мне же тоже надо собрать учебники.
– Блин! – расстроилась Зинка. – И как я об этом не подумала?! Надо было сразу и твои захватить.
– Вот уж нет, чтобы и я пыхтела, таская тяжести?! Спасибо, не хочу. Да и Пашка нас тогда бы к себе не пустил. Подумал бы, что мы к нему в ординаторскую насовсем собрались переехать, а сессия лишь предлог. Кто ж на экзамены с кучей сумок ходит?
– Я, – скромно потупилась девушка.
– Ну, разве что ты… – задумчиво согласилась с подругой и спросила, указывая в сторону пустыря за лечебными корпусами: – Смотри, а это не Виталий Васильевич идёт?
Подруга повернулась в указанную сторону и сощурилась…
– Он, – подтвердила она. – А куда? Там же всё перекопано! Новый корпус строят. Слушай, может ему плохо? Смотри, как шатается!
– И правда, – согласилась с беспокойством. – Давай догоним, спросим.
Возражений не последовало, и мы помчались за преподавателем.
– Виталий Васильевич! – первая догнав мужчину, обратилась к нему. – Здравствуйте, у вас всё хорошо?
Только он никак на меня не отреагировал и продолжил идти покачиваясь, с отсутствующим взглядом, словно какой-то зомби.
– Профессор?
– Что с ним? – прибежав, спросила Зинка.
– Не знаю, – пожала плечами. – Странный какой-то. Давай кого-нибудь на помощь позовём.
– Ой, смотри! – испугалась Зинка. – Он же прямо в яму идёт!
И правда, мужчина приближался к вырытому строителями глубокому котловану.
Переглянувшись, мы с подругой, не сговариваясь, схватили профессора за руки и попытались остановить. С трудом, вот же у него силища, нам это всё же удалось. Буквально на краю обрыва удержали!
– Фух, – смахнула пот со лба Зинка. – Теперь надо его в обратную сторону развернуть, пусть лучше до больницы ковыляет, там мы его в надёжные руки коллег и определим. Уж они точно знают, что делать с ним и его странным поведением.
План мне понравился. Чтобы его осуществить, мы обошли мужчину спереди, но… Внезапно он резко выставил вперёд руки и толкнул нас в пропасть.
"Вот же ж, сходили на экзамен, – подумала с досадой, пока летела. – Правильно говорят, возвращаться – плохая примета… и забывать вещи тоже. Тем более в морге. Эх, не выспится Пашка…"
Глава 2
Очнулась от какого-то бормотания, то набирающего обороты, то становящегося медленным и заунывным.
"Нет, ну что за тоска смертная?! – подумала раздражённо. – От подобных причитаний самой удавиться хочется… Ох, или я уже? В смысле того… И это кто-то над моим телом убивается? Пашка?! Только не он…"
Представив себя голой, в морге, на столе, перед бывшим, ощутила жуткую неловкость. Блин, хотела ведь вчера ноги побрить, да некогда было… А теперь лежи тут, позорься… Ох, и лак на мизинце облупился, а ещё прыщ на левой груди выскочил не вовремя, прямо возле соска. Вот стыдобища, что он обо мне подумает?! Скажет, совсем себя забросила после расставания с ним!
Эх, что называется, не везёт, так не везёт! Ну почему я не умерла, допустим, перед свиданием и во всеоружии: с причёской, макияжем, маникюром? Чтобы он смотрел и сам себе завидовал, что когда-то обладал таким совершенством… И ведь нет же, я скончалась после забега по общежитию, ночи в морге, экзамена, растрёпанная, с облупившимся лаком и волосатыми ногами… Вот уж дудки, несогласная я так!!!
Меня накрыло такое сильное возмущение, что я дёрнулась и открыла глаза… И тут же встретилась взглядом с перепуганной Зинкой:
– Тише ты, не шевелись! – еле слышно прошептала она. – Лучше продолжай притворяться мёртвой. Кажется, мы угодили к сектантам.
К сектантам? Притворяться??? Ох, я прямо физически почувствовала облегчение от данной новости. Значит, смерть отменяется?!
– Чудесное известие! – сообщила подруге, радостно улыбаясь.
Но она почему-то не оценила моё хорошее настроение.
– Ты что?! Головой ударилась?! – разозлилась девушка. – Что тут чудесного?! Я говорю, что мы не понятно где и непонятно зачем. Возможно, нас скоро принесут в жертву, а она радуется!
– Ну, пока же не принесли! Мы живы! Разве это не здорово?!
– Н-да, меня всегда поражал твой неискоренимый оптимизм! – закатила глаза Зинка и резко замолчала, прислушиваясь.
Я тоже притихла. Бормотания прекратились. Послышался шорох, шаги, а потом тот же мужской голос сообщил:
– Ритуал закончен. Принимайте нового лекаря. Я удаляюсь.
– Но, ваше Темнейшество, их же двое! – нерешительно возразил другой мужчина.
– И-и-и? Вы считаете это должно меня волновать?! Не устраивает, избавьтесь от одного. Уж решите как-нибудь сами данную проблему! А мне некогда. Я и так на ваш призыв целых два часа своего бесценного времени потратил!
И столько холодного высокомерия, раздражения, недовольства и брезгливости было в этом голосе, что я невольно поёжилась, как от чего-то липкого и мерзкого, а потом испугалась, догадавшись, что речь, скорей всего, о нас. Судя по расширенным от страха зрачкам и вытянувшемуся лицу подруги, она тоже это поняла.
– Ваше Темнейшество, но… кажется… они – женщины!!! – воскликнул кто-то третий совсем рядом.
В смысле – "кажется"??? Нет, ну это уже ни в какие ворота! Хотите избавляться – избавляйтесь, зачем же оскорблять?!
– Ну так исправьте этот недостаток! Магистры вы или кто?! – посоветовал всё тот же высокомерный гад. – Должна же и от вас быть хоть какая-то польза. Всё! Не утомляйте меня вашими мелкими, ничтожными проблемками. Надоело…
Дальше послышался звук удаляющихся шагов, хлопок двери и… Словно по команде включился шум десятка голосов, громко о чём-то спорящих. А мы с Зинкой ошарашенно вылупились друг на друга и попытались осмыслить услышанное.
– Мил, а Мил… это они про нас, да? – побелевшими губами тихо спросила подруга.
– Похоже на то, – вынуждена была признать я.
– Ясно. Я только не поняла, про какой такой недостаток они говорят? – облизнув пересохшие губы, уточнила Зинка.
Я сглотнула образовавшийся в горле ком. Моё медицинское воображение услужливо подкинуло сразу несколько способов избавления нас от вторичных половых признаков… и ни один из них не был гуманным! И вот тут меня накрыла самая настоящая паника:
– Бежим?!
– Бежим! – согласилась Зинка.
Мы схватились за руки, подобрались и как рванули в разные стороны…
Понятно, что, учитывая наши сцепленные руки, ничего хорошего из этого не вышло, никуда мы не добежали – только столкнулись друг с другом и бухнулись на пятые точки, зато внимание к себе привлекли.
– Они очнулись! – вскрикнул мужик в чёрной хламиде, находящийся ближе всех к нам.
Другие хламиды тут же замолкли и повернулись в нашу сторону.
– О, лаиры! – воскликнул один из них, скидывая с себя капюшон и открывая приятное лицо пожилого господина с добрыми голубыми глазами, седыми волосами и радушной улыбкой. – Наконец-то! Как же сильно мы вас ждали!!!
Он говорил с такой искренностью и воодушевлением, что я даже усомнилась в своих прежних выводах. Ну не может же человек так радоваться перед убийством другого человека. Если, конечно, он не больной маньяк… Но данный дедушка не производил впечатления психа.
Мы с Зинкой растерянно переглянулись и с настороженностью стали ждать, что же будет дальше.
А дальше свои лица открыли остальные хламиды, и мы увидели, что все они являлись мужчинами разного возраста, но никто не смотрел на нас с кровожадностью, наоборот, с такой теплотой, будто давно потерянных и разыскиваемых родственников нашли. Как-то это не вязалось с услышанным ранее. Ничего не понимаю, но знаю одно, что бы ни случилось, живой не дамся и Зинку тоже не отдам…
Глава 3
– Это вы нам? – решила уточнить у мужчины, да и разговор как-то поддержать всё-таки надо, а то сидим тут с Зинкой ошалевшие, хлопаем глазами… и ни гугу, подумают ещё, что мы бракованные, а от таких и избавиться не жалко, всё равно толку никакого.