Анна Кейв – #совершеннолетние (страница 39)
Нет, она не шутила. Илона и Рига выразительно вперились взглядом в подругу. Та сгорбилась, словно хотела стать невидимой. Но, увы, суперсилой Мира не обладала.
– И кто жених? – ничего не выражающим тоном спросила Рига. Она не знала, как реагировать на такую новость.
Дядя Панос изумленно ответил:
– Как кто? Ильдар. Девочки, вы как будто первый раз слышите. Самира, ты отдала пригласительные?
Девушка закусила губу и, помолчав с пол минуты, залепетала в попытке оправдаться:
– Я хотела, но закрутилась и забыла. Экзамены, выпускной, подготовка к свадьбе, потом поездка…
Илона, резко встав, уперла руки в бока и грозно заметила:
– Действительно, это же такая мелочь – всего лишь свадьба! Она же у тебя каждый месяц, можно и забыть об этом рассказать.
Мира поднялась следом за подругой, взглядом моля ее помолчать и утихомириться. Но эту бурю было не остановить. Вспыхнув, Илона бросила на стол салфетку, которую теребила в руках, и кинулась в дом. Подруги, подорвавшись, побежали за ней, оставляя собравшихся за столом в недоумении.
– Илона, постой! – отчаянно крикнула Мира, хватая подругу за руку. Та остановилась у лестницы и требовательно посмотрела на
– И поэтому решила не говорить? – едко закончила Илона. – Мы бы узнали о свадьбе по фотографиям в профиле и новой фамилии?
– Я бы все рассказала, когда была готова.
Рига поджала губы и с долей обиды проронила:
– Мы же твои лучшие подруги, ты всегда могла нам довериться. Мы же видели, что тебя всю поездку что-то гложет, почему ты держала все в себе?
Илона вздернула подбородок, а ее ноздри раздувались от переполнявших эмоций:
– Вот именно, почему?!
Мира с виноватым видом принялась заламывать пальцы:
– Илон, не кипятись.
– Я не чайник, чтобы кипятиться! – отрезала девушка.
– Всем доброго вечера, с вами телеканал «Илона», – попыталась отшутиться Мира, – передаю слово ведущему «Прогноза погоды», кажется, у нас извержение вулкана!
Она кинула взгляд на Ригу, всем своим видом прося поддержки, но та лишь качнула головой. Сейчас было не время для их детских шуток.
– Что еще ты не рассказала? – выплюнула Илона, не ожидая получить ответ на риторический вопрос. Но Мире было в чем признаться. Она слабым голосом пробормотала:
– Я поступаю на заочное, после свадьбы мы с Ильдаром будем жить здесь – на базе.
После этой фразы Илоне показалось, что весь мир рухнул. У нее даже на секунду потемнело в глазах. Она стиснула зубы и процедила:
– Так, значит? Ну и вали за своего Ильдара. Нам с Ригой и без тебя будет хорошо, жди фоточек с Посвящения. Ведь тебя с нами не будет, хоть с экрана посмотришь.
Рига нервно сглотнула. Кажется, пришла ее очередь признаться. В ее глазах застыла та же смесь вины и страха, что и у Миры.
– Илон, этого не будет. Я поступаю в другой город.
Девушка, не веря ушам, открыла рот и тут же закрыла, потеряв дар речи. Подруга – подруга ли? – продолжила:
– Я подала документы в Новосибирске. Планировала в Иркутске, но ты увезла нас в Новосиб, и мне резко пришлось менять планы и искать другой университет. Поэтому я на тебя так разозлилась.
Илона хмыкнула:
– Чья бы корова мычала. И вы меня еще стыдили за крюк в Новосибирск, а сами все это время молчали о своих тайнах. Мы столько часов провели в дороге, и вы не нашли подходящего момента рассказать о таких вещах? Да что вы за подруги такие!
Она снова повернулась к лестнице, но на этот раз уже Рига ее остановила.
– Илона, я все понимаю, ты имеешь право злиться. Но пойми, мы уже не школьницы, детство кончилось. Здорово, что ты можешь насладиться совершеннолетием, но у меня такой блажи нет. Я не могу больше оставаться в своем доме, я просто погрязну в этом болоте и никогда не выберусь!
– ТАК ПЕРЕЕЗЖАЙ КО МНЕ! – не сдерживаясь силы голоса, прокричала девушка. – Я же предлагала жить вместе, пока учимся!
Рига мотнула головой:
– Ты не понимаешь. Я должна уехать из города, чтобы с концами оборвать связь с матерью и отгородиться от проблем из-за нее, из-за Венеры, из-за брата и младших... Если я останусь в Красноярске, то они меня достанут в любом месте – хоть в общаге, хоть у тебя. Единственный выход – переехать в другой город.
У Илоны начал подрагивать подбородок.
– Вы хоть понимаете, как жестоко вы поступаете? Я всю дорогу говорила, как будет круто учиться вместе в одном универе, продумывала номер на Посвящение, а вы слушали меня и молчали. Интриганки хреновы. И знаете что? Я вспомнила, что означает миска рис. РИС – наши инициалы. Р – Регина. И – Илона. С – Самира. Мы были склеены вместе как рисинки в миске. Даже не пытайтесь оправдываться, я не хочу вас слушать. Я уезжаю.
Глава 18
Мира знала Ильдара с первых дней своей жизни. Их семьи дружили, отцы вели совместный бизнес, а Тимура мальчик называл своим братом. Когда эти двое учились в начальной школе, они даже умудрились провести ритуал, чтобы стать «кровными братьями». В какой-то книжке о ведьмах, полтергейстах и НЛО они вычитали, что в стакан следует добавить по капле крови, а затем выпить этот «колдовской» напиток, разделив на двоих. Мира тогда была совсем малышкой и просилась взять ее «в долю». Но мальчишки так и не решились прокалывать ей палец – все-таки девочка, а с ними так поступать нельзя.
С самого детства Мира слышала от родителей (что своих, что Ильдара):
– Какая невеста растет, а Ильдар-то? Ну жених! Как они хорошо ладят.
И Мира любила Ильдара. Она любила, когда он приходил к ним в гости. Она любила играть с ним и старшим братом. Она любила оставаться у родителей Ильдара, когда Тимур болел. Ее слабому сердечку не нужна была лишняя нагрузка из-за ветрянки, свинки, гриппа или простой на вид, но коварной для девочки простуды. И родители Ильдара забирали ее к себе на неделю, две, а пару раз даже на месяц, чтобы изолировать от Тимура.
И тогда ее старшим братом становился Ильдар. Он любил возиться с Мирой. Его нисколько не смущало, что она младше на пять лет – а для детей это большая разница в возрасте. Он катал ее на спине, как лошадка, таскал на руках, разрешал брать любые игрушки, водил ее во двор и лепил вместе с ней фигурки в песочнице. Мамочки и бабушки других детей смотрели на мальчика, окружающего маленькую Миру заботой, и восхищались:
– Ну какой парень растет! Повезет же его будущей жене.
Ильдар готов был поделиться с Мирой всем. Однажды он предложил ей выбрать любые игрушки из его коллекции от Киндеров, видя, как малышке нравилось с ними играть. Ему было все равно, выберет она повторяющиеся или заберет самые ценные и редкие. Ильдару просто хотелось порадовать Миру.
Когда девочку увезли в столицу на операцию, Тимур переехал жить к Ильдару и его родителям. Разница во времени между родным Красноярском и далекой Москвой была целых четыре часа. Когда девочку начали оперировать, мама Ильдара накрывала на стол и звала к ужину. Аппетита в тот вечер не было ни у кого. Подростки не ложились спать, пока не появятся новости. И родители Ильдара ни слова в упрек не сказали. Даже разрешили пропустить школу на следующий день. Какие могли быть уроки после нервных часов ожидания до глубокой ночи? Операция тогда затянулась.
Впервые Ильдар посмотрел на Миру другими глазами в день ее пятнадцатилетия. В его памяти навсегда сохранился тот момент. Ему двадцать. Он с головой ушел в учебу и основы ведения бизнеса. Уже тогда они с Тимуром продумывали план базы отдыха. Он виделся с другом чаще, чем с собственными родителями, что уж было говорить о Мире.
В тот день он опоздал на торжество – застрял в пробке по дороге в ресторан. Когда он тихо, чтобы не мешать, вошел в зал, свет погас, и официанты выкатили трехъярусный торт с дорожкой из пятнадцати свечей. Парень поднял взгляд на именинницу. Задорный свет от огоньков подсвечивал миловидное лицо с сияющими серо-зелеными глазами. Девушка счастливо улыбнулась, обнажая ряд зубов с брекетами, и тут же сомкнула губы. Ильдара это умилило и одновременно опечалило – малышка уже прощалась с детством и шла навстречу юности, а они с Тимуром уже совсем повзрослели. Как так быстро пролетели их беззаботные годы?
Парень крепко сжал коробку в праздничной обертке с разноцветными конфетками. Внутри пряталась картина по номерам с видами солнечной Тасканы. Да какая, к черту, могла быть раскраска на подарок для такого прекрасного расцветшего цветка? Ильдар скромно пристроил коробку на столе с подарочными пакетами и размашистыми шагами вышел из ресторана, гугля ближайший ювелирный. Спустя двадцать минут он вернулся, запыхавшийся, с изящной бархатной коробочкой.
Для Миры пятнадцатилетие было таким же значимым днем, как для девушек в Аргентине. Даже к совершеннолетию она отнеслась более меланхолично, хотя родители не поскупились и отметили этот день с размахом. В свой пятнадцатый день рождения девушка получила в подарок первое украшение от молодого человека. Не игрушку, не энциклопедию, не сертификат в магазин. А изящный золотой кулон-кошечку, зацепившуюся лапками за тонкую цепочку. Когда Ильдар, с ее позволения, застегнул цепочку на лебединой шее Миры, она почувствовала жар в том месте, где пальцы парня коснулись нежной кожи.
В тот день в головах обоих промелькнула мысль о шутке из детства, когда их называли женихом и невестой. Что если шутка выросла и повзрослела вместе с Ильдаром и Мирой? Что если это больше… не было шуткой?