Анна Кейв – Ресторанчик «Тыквенный фонарь» (страница 10)
Спальня была заставлена дубовыми шкафами и комодами. Бабушка хранила в них вещи, которые давно пора выбросить или унести на мансарду. Туда же следовало отправить освободившиеся комоды и шкафы, которые только загромождали комнату. Но бабушка упорно откладывала это дело, смеясь, что на старости лет ей не нужна перестановка. Рядом с кроватью на тумбочке лежала стопка классических книг в потрепанных обложках с полустертыми названиями. Страницы давно пожелтели и, казалось, даже погрубели, но бабушка отказывалась менять книги на новые издания – считала это излишним расточительством, хотя ее нельзя было назвать чрезмерно экономной. На кровати с тяжелым балдахином был отогнут уголок пухового одеяла в мелкий цветочек, а подушки были примятыми. Будто бы бабушка встала совсем недавно и скоро должна вернуться, чтобы заправить постель и взбить подушки.
На стене напротив кровати висело старое зеркало в тяжелой раме и мелкими царапинами на поверхности. В детстве Аманда считала, что рама из чистого золота, но это оказался всего лишь металл с позолотой. Рядом с ним на комоде стоял небольшой пузатый телевизор – бабушка всегда отмахивалась, когда Аманда предлагала поменять его на плоский, как у нее в комнате.
Все здесь было знакомо Аманде с детства. Кроме конверта на комоде, который не сразу бросился ей в глаза. Возможно, то были счета или выписки из банка. Или же ответы на ее вопросы. Аманда незамедлительно вскрыла конверт и вытащила сложенные вдвое бумаги. С первого взгляда стало ясно, что это не записка. Никто не пишет послания по типу
– Что там? – настороженно спросил Крис.
Оторвавшись от бумаг, Аманда подняла на него взгляд, полный нескрываемой печали и безнадеги.
– Это документы о передаче в собственность закусочной и коттеджа. Бабушка все переписала на меня. Ты понимаешь, о чем это говорит? Она знала, что мы больше не увидимся. – Помолчав, Аманда резко поднялась и направилась к выходу. – Мы должны рассказать все Николь и Вильяму.
Спустившись в закусочную, они застали Николь за мытьем пола перед открытием. Аманда забрала у той швабру и попросила привести Вильяма.
Устроившись за столиком на четверых, Аманда сцепила пальцы в замок и обвела взглядом их компанию. Слова, застрявшие в горле, было тяжело произнести.
Наконец, она выдавила:
– Лидии больше нет с нами. – Заметив огромные глаза Николь и Вильяма, Аманда поправилась: – Она исчезла. Пропала без вести. И да, я в этом уверена. Поверьте, я бы не стала зря наводить панику. С такими вещами не шутят, поэтому давайте обойдемся без вопросов, откуда я это знаю, почему так решила и не стоит ли подождать еще часик или два, прежде чем бросаться подобными словами.
На лицах обоих отразилось облегчение оттого, что на втором этаже, в спальне, не лежит бездыханное тело. Но оно тут же сменилось тревогой.
Вильям запустил пальцы в светлые волосы и оставил на них муку:
– Хорошо, если это точно… Ты уже сообщила в полицию?
– Нет. – Аманда мотнула головой. – Мы не будем обращаться в полицию.
– Но это необходимо, – возразил он.
Аманда стиснула зубы и процедила:
– Мы не будем обращаться в полицию.
Николь сочувственно положила руку на ее тонкое запястье и осторожно сжала, зацепившись взглядом за бинты:
– Это из-за слухов о проклятии?
Вильям непонимающе уставился на подругу:
– Каком проклятии?
Аманда выпрямила спину и пояснила:
– Вы с родителями тогда еще не жили в Лостшире. До бабушки пропали без вести мои родители и тетя. – Она вкратце пересказала события последних лет и в конце устало потерла переносицу. – Нет смысла обращаться в полицию. Они не найдут бабушку так же, как не нашли их. А учитывая, что я еще не достигла совершеннолетия, мне начнут подбирать другого опекуна, кого-то постороннего, потому что кроме бабушки у меня не осталось родственников. Поэтому мы не можем в открытую заявить о ее пропаже. Придется делать вид, что бабушка… на кухне или уехала по делам.
Сидящие за столом напряженно переглянулись. До них начала доходить вся серьезность положения, в котором оказалась Аманда. Николь неуверенно вставила:
– Но рано или поздно придется во всем сознаться.
– Лучше поздно, – отрезала Аманда. – Скоро мне исполнится восемнадцать, можно попробовать дотянуть до этого момента. В это время мне нужно выяснить правду об исчезновениях и понять, как это остановить. Если слухи о проклятии верны, а я в этом уверена, то следующей должна исчезнуть я. Я последняя из рода Фелтрамов.
Повисла тишина. Не такого разговора ждали этим утром. Николь нервно сглотнула, не решаясь встретиться взглядом с Амандой, и обвела глазами остальных, будто ища того, кто выскажется первым. Ее пальцы побелели, сжимая краешек салфетки.
–Аманда,– наконец нарушил молчание Вильям, неуверенно почесывая затылок.– Ты правда веришь…
Он пытался скрыть сомнение в своем голосе, но у него плохо это получилось. «Проклятие» – слишком громкое заявление. Оно не укладывалось в рамки логики.
Николь кивнула, подхватывая его вопрос. В ее глазах плескалась тревога – не то за Лидию, не то за душевное состояние Аманды.
– Да, Аманда… Люди не исчезают бесследно. Должно быть объяснение. Может, сходить к соседям или позвонить в больницу?
Аманда грустно усмехнулась, не отрывая взгляда от своих сцепленных пальцев.
– Если бы все было так просто, вы думаете, я бы сидела здесь и пугала вас страшилками о проклятии? – Печально спросила она. – Вы мои друзья. Я бы очень хотела, чтобы это было просто совпадение… но нехорошее предчувствие не дает мне покоя. Я не могу больше закрывать на это глаза. Во всех этих исчезновения есть что-то странное, что еще никто не смог объяснить, – предположения комиссара не в счет, он просто хотел закрыть дела. И, как бы ни было парадоксально, самое правдоподобное решение всего этого – проклятие. Я должна разгадать тайну.
Снова наступило неловкое молчание. Николь и Вильям обменялись выразительными взглядами. Страх Аманды перекинулся на остальных за столом. Но поверить в проклятие было слишком сложно. Они же не герои мистической книжки из библиотеки! Крис тактично молчал, хмуро выглядывая в окно. Верил он в проклятие или нет – понять было сложно.
Николь опустила плечи и, все еще не глядя на Аманду, произнесла, стараясь подобрать нужные слова:
– Знаешь… Окажись я на твоем месте, тоже поверила бы в проклятие. И была бы напугана еще больше. Так это или нет, но мы не оставим тебя. Я так уж точно. Какой бы ни была правда, мы ее выясним. Если тебе что-то угрожает, мы найдем способ, как этому противостоять. Можешь на нас рассчитывать. Да, Вильям?
Парень нерешительно кивнул, не до конца понимая, на что соглашался. И дело было отнюдь не в языковом барьере.
– Я в деле, – согласился он, но при этом посмотрел на Аманду с тем же скепсисом, что и ранее. Помолчав, обдумывая последующую фразу, он произнес: – Попробуем выяснить, куда и почему исчезла Лидия и… остальные Фелтрамы. Но если полиция не смогла ничего сделать, то… Аманда, я сделаю все, что от меня зависит, но ты же понимаешь, что шансов узнать правду мало?
– Понимаю. Но стоит попробовать, ведь так? – Напряжение с плеч немного спало, когда она заручилась поддержкой друзей. Пусть они не до конца верили в проклятие и свои силы. – Спасибо, что не бросаете. Мы сможем положить этому конец, если будем заодно.
Крис, наконец, обрел дар речи и предложил:
– Можем начать с фотографии. Раз на ней изображена моя бабушка, значит, подсказки нужно искать у нас дома. Бабушка хранит старые фотоальбомы в своем кабинете, и у нее есть привычка подписывать каждый снимок. Возможно, нам удастся найти еще одно фото с третьей девушкой и узнать, кем она была. Возможно, она все еще живет в Лостшире, и нам удастся с ней поговорить. Только идти нужно прямо сейчас, пока бабушка еще спит. По выходным она встает не раньше десяти.
Аманда встрепенулась. Несмотря на свой запал разгадать родовое проклятие, она не знала, с чего начать. Теперь же у них была не просто зацепка, но еще и реальная возможность начать распутывать клубок семейных тайн.
– А что за фото? И девушка? – деловито уточнила Николь, готовая сорваться куда угодно.
Поднявшись из-за стола, Аманда сказала:
– Мы потом все расскажем. Вам с Вильямом нужно открыть закусочную. Ничто не должно вызвать подозрений, поэтому работаем, как работали. Как только я освобожусь, сразу приду помогать.
–
Аманда покачала головой:
– Крис, твоя бабушка…
Он перебил ее:
– Моя бабушка как-нибудь переживет. Ну что, пойдем вламываться к старушке Элинор?
Глава 8
Элинор Дейкворт
Аманда не могла назвать Элинор Дейкворт совсем уж плохим человеком, но было в ней что-то пугающее. В детстве она всерьез думала, что Элинор – старая ведьма. Впрочем, не она одна так считала. Эта байка ходила среди младших школьников наравне со страшилками о Мжути – хвойном лесе, который обрамлял восточную часть Лостшира.
Бабушка Криса была невысокой женщиной с сутулыми от бесконечной работы плечами. Она была едва ли выше Николь, но все равно вселяла страх в каждого, кто имел честь с ней познакомиться. В молодости ее длинные худые пальцы, что унаследовал Крис, наверняка были изящными, но сейчас их покрывали черные узловатые суставы.