Анна Казинникова – Истинная вера (страница 84)
Зак, вольготно откинувшись на гостевом диване, глубоко вздохнул и вопросительно посмотрел на Натаниэля. Перед тем, как уединиться с хозяевами замка в кабинете барона, Райт строго-настрого запретил принцу вступать в какую бы то ни было полемику без его разрешения. Похоже, наведение порядка и приведение обитателей замка в чувство далось Натаниэлю непросто: выглядел он измотанным и невыспавшимся. Поэтому Зак решил уступить. Главным должен быть кто-то один. И правильно, если это — лицо должностное. А он — так себе, легкомысленный влюбленный младший принц, которому недосуг портить отношения с родственниками.
Амелина, слышавшая просьбу Натаниэля и прекрасно представляющая, какой прием мог устроить отец собственным спасителям, тоже решила помалкивать. Она сидела на диванчике рядом с Заком и крепко сжимала его ладонь под пристальными неодобрительными взглядами родителей.
— В чем суть вашей претензии, барон? — устало спросил Натаниэль, страдальчески возведя взгляд к потолку.
Зак насторожился. Друг действительно выглядел слишком усталым для рутинного наведения порядка. Присмотревшись к Натаниэлю, Зак ужаснулся: его личный резерв был практически на нуле, и на ногах он держится только за счет болтающегося на шее полупустого амулета. Какого демона тут творится?!
— В чем суть? — барон вскочил со своего места и ударил кулаком по столу прямо перед лицом Райта. — Вы украли мою дочь! Вы против воли выдали ее замуж!
— Леди Фамм, — Натаниэль посмотрел на Амелину. — Лина, милая, у тебя есть претензии относительно брака? — голос Натаниэля пугал своей отрешенностью и беспочвенным весельем. — Может, этот нахал вел себя как-то неподобающе и неучтиво? Ты только скажи, я лично сниму с него чешую и отдам Джерарду на амулеты.
Амелина тоже почувствовала что-то неладное. Она вопросительно посмотрела на Зака и замотала головой. Лицо барона побагровело, он повернулся к дочери.
— Амелина, я сегодня же подам прошение в Дворянский совет. Мы аннулируем этот брак!
— Рискнете оставить собственных внуков незаконнорожденными? — все же не выдержал Зак. — Смело.
Это заявление оказалось последней каплей. Барон вскочил со своего места и кинулся на Зака, намереваясь придушить. Баронесса вскрикнула, приложив ладони к губам, и с ужасом посмотрела на мужа. Однако она даже словом не попыталась остановить благоверного.
— Как ты посмел к ней прикоснуться?! УБЬЮ!
Зак так долго раздумывал, как ему поступить, что барону практически удалось дотянуться до его шеи. Мужчина он не старый и в прекрасной физической форме. Но не настолько, чтобы тягаться с Этером. Натаниэль в одно движение перемахнул через стол и, заломив руки Гисбаха за спину, заставил его опуститься на колени.
— Стоять! — рыкнул он голосом человека, доведенного до крайности. — Я все понимаю, барон. Магическое воздействие на психику тяжело сказывается на самоконтроле, но не усложняйте! За одно это я обязан арестовать вас. Если не убить на месте. Держите себя в руках!
Вон оно что. Зак вздохнул. Магического образования ему, конечно, не хватает, ну да хорошо, что есть Натаниэль, который закончил Академию с отличием и знает о таких вот вещах. И надо будет не забыть поблагодарить Джерарда за подарок Амелине: обработай Шлонце и ее — неизвестно, как бы все закончилось.
— Нейт, не надо, — Амелина серьезно посмотрела на отца. — Я люблю Зака и стала его женой абсолютно добровольно!
— Нейт, действительно, не стоит, — Зак встал с места и поднял ладонь в упреждающем жесте.
Натаниэль кивнул и разжал руки, отступая назад.
— Я уже не знаю, что делать, — устало вздохнул он, растирая виски. — Эта сволочь Шлонце хорошо поработал. Розмари чуть ли не единственный вменяемый человек во всем замке. Я уже жалею, что Джерард остался в Эрдбурге, тут нужны хорошие успокоительные зелья.
— Я в норме, — сквозь зубы прорычал барон, поднимаясь на ноги при помощи жены. — Лина, это… это правда? Ты правда… добровольно… с ним?
Зак не сомневался в ответе жены, а вот на тестя смотреть действительно больно. Да и подобные вопросы в адрес Амелины начинали бесить. Того и гляди начнут расспрашивать подробности исполнения супружеского долга. В каких позах и сколько раз. Мерзость!
— Да, отец, — ответила Амелина, в очередной раз крепко сжав ладонь мужа.
— Тебя принуждали к… — граф запнулся, не в силах подобрать благопристойного слова. — К сожительству с этим… мужем? Может, я и мелкий барон, но вызвать на дуэль имею право даже принца! Будь он трижды неладен.
Зак понимающе кивнул. Может, дело и в магическом воздействии, но этот взгляд Гисбаха, обещающий принцу долгую и мучительную смерть, слишком уж был похож на взгляд Кевина, когда тот рассуждал о потенциальных обидчиках дочери. Взгляд взбешенного отца. Что ж, если так, барон в своем праве. Перегрызть глотки обидчикам детей — святой долг любого родителя.
— Вы бы так переживали, когда ее с толпой мерзавцев на смерть отпускали! — вдруг огрызнулся стоявший у двери в роли часового Алекс. — Мне слуги в замке Зака… ну, Его Высочества, — поправился он после многозначительного взгляда Натаниэля, — рассказали…
— Они-то откуда знают? — изумился Зак.
— Маменька говорит, что слуги всегда все знают! — авторитетно заявил Алекс. — И, между прочим, тогда в лесу эти же мерзавцы Лину похитили! Тот хмырь с перегрызенной глоткой на дороге. Я его узнал! Твареныш! И если бы не принц, ее убили бы намного раньше.
Натаниэль вопросительно посмотрел на Зака.
— Шлонце как-то связан с Магистром. Алекс прав: там были его люди, и Лину действительно собирались убить, — пояснил Зак.
— И подстроить, будто это сделали вы, — уточнила Амелина. — Отец, меня никто не принуждал. Зак — один из самых добрых и благородных людей, что я встречала. Я счастлива быть его женой!
— Но принц Эдвард обещал… — барон словно искал, к чему прицепиться.
— Я не выполнила условий нашего с ним соглашения, — с нажимом сказала Амелина. — Но дело не в этом. Эдвард все равно подарил мне выбор. Я могла остаться супругой принца формально и в этом статусе отправится в монастырь под покровительством королевской семьи. Я выбрала Зака и жизнь рядом с ним.
Барон Гисбах горько вздохнул, его плечи опустились, а лицо поникло. Он выглядел как человек, проигравший в карты собственную жизнь вместе с честью жены и дочери.
— Зачем она тебе? — Гисбах резко поднял голову и посмотрел на Зака усталым взглядом.
— Я дышать без нее не могу, — тихо ответил Зак. — Не ищите тайных смыслов там, где их нет, барон. Я — дракон. И вы прекрасно знаете,
Да, по ужасу, отразившемуся на лице барона, Зак понял, что Гисбах знает. Знает, что тогда заговорщики сделали его круглой сиротой. Знает, почему лорд Фламм скончался сразу после похорон супруги.
— Она до сих пор не в курсе? — с изумлением прошептал барон, кивая в сторону дочери. — Что случилось тогда?
— Это не моя тайна и не мои проблемы, — пожал плечами Зак, отворачиваясь.
Он тряхнул головой, отгоняя от себя морок, в котором снова был маленьким мальчиком, зовущим маму в темных коридорах Королевского замка.
— Ты лучше меня… — вздохнул Гисбах, опустив голову. — И правда достойный. Могу я поговорить с дочерью наедине?
Зак кивнул, оставляя комнату и жестом приглашая остальных присоединиться. В этот момент он проникся к тестю искренним сочувствием. И мысленно, от души, пожелал удачи.
— Отец, — Амелина вздохнула и приготовилась защищать свой выбор.
Странно: еще совсем недавно отец был ее союзником во всем, что касалось планов на будущее. А теперь… Амелина не устанет повторять: как же прав оказался принц Эдвард в своей снисходительной улыбке. «Вы не знаете жизни»! Не знала. Возможно, не знает и теперь, но по крайней мере иллюзий о собственной просвещенности поубавилось. И это всего неделя походной жизни, наполненной опасными приключениями. Жизни, которой и Зак, и Эдвард, и их друзья хлебнули через край. Какая же между ними пропасть! Но она постарается нагнать и стать поддержкой. Частью команды. Раз уж ее приняли.
— Лина, присядь, — сказал барон, занимая место за столом.
Амелина опустилась на краешек кресла и, положив ладони на колени, как полагалось воспитанной дочери, приготовилась слушать.
— Я должен рассказать тебе одну историю. Это касается твоего… мужа.
— Если ты будешь в чем-то обвинять Зака, то можешь себя не утруждать, — неожиданно для самой себя горячо заявила Амелина. — Я не стану этого слушать! Ты не знаешь, какой он, а я — знаю! Он самый честный, верный и преданный!
Барон усмехнулся.
— Ты действительно влюблена, — он со вздохом подпер щеку кулаком. — Я никогда не сомневался, что Зак, как и его брат, да и вся их компания — люди чести. Удивлена?
Амелина шумно вздохнула. Удивлена — мягко сказано, скорее ошеломлена. Она искренне полагала, что неприязнь отца кроется в каких-то подозрениях относительно принцев, но если все не так… Неужели просто ревность? Банальная отцовская ревность?
— Лина, ты, похоже, была единственной, кто не заметил, КАК младший принц на тебя смотрел. Там, на балу. Я сразу понял, к чему идет и кого назначили тебе в мужья.
— Ты счел меня недостойной? — осторожно спросила Амелина.
— Я счел эту роль слишком опасной, — огорошил ее барон. — Трон под Эдвардом непрочен. Он и Зак — объекты давно объявленной охоты. Пока им везет, но игра еще не закончена. Вся жизнь этих ребят — борьба. Жестокая и кровопролитная. А теперь и ты, и твои дети — мишени политических противников Эдварда.