Анна Камская – Долина Инферин. Жар солнца (страница 8)
– Разве так встречают старых друзей? – откровенно посмеивался над ней майор.
– Отпустите! Я закричу! – пригрозила Катя, пытаясь вырваться из его железной хватки.
– А я скажу, что вы моя девушка, я перед вами провинился, и вы не хотите со мной разговаривать. Люди мне поверят, а вас максимум пожалеют, но и не подумают встрять между «влюбленными».
– Что вам нужно? – Катя понимала, что на любое ее слово у него найдется десять. И лучше проглотить свой страх и выслушать его.
– Вы знаете, что ваш сожитель Алексей Пешехонов улетает сегодня в Кению?
– Лёша? – Катя не хотела верить. – Что за глупости вы тут…
– Да, Лёша, – усмехнулся майор, – и вам, дорогая Екатерина Васильевна, придется последовать за ним. Нам нужен свой человек при нем.
– Зачем он… – не слушала его Катя и скорее задавала этот вопрос себе, а не этому страшному человеку.
Мысли хаотично закружились в ее голове. Значит, он никогда не смирится. Он всегда будет думать только о ней – о ее подруге! А значит, никаких других отношений у них не предвидится ни в ближайшем, ни в далеком будущем.
Михаил видел, как она задумалась, облокотившись на краешек полочки. Он заметил на ее лице полнейшее разочарование. Ему совершенно не хотелось снова причинять ей боль, но работа требовала от него этого. А работе он никогда не изменял.
Внезапно Катрина взяла себя в руки и твердо встала на ноги. Взгляд ее с разочарованного переменился на уверенный.
– Я никуда не поеду. Мне ни в этой стране, ни в этой чертовой Долине делать нечего. До свидания, Михаил… уж не знаю, как вас там по отчеству, да и не очень спешу узнать, – высказалась Катрина и снова собралась на выход, но Миша преградил ей путь.
– Михаил Арсеньевич я… и да, Катя! Вы поедете!
– Но зачем?!
– Объясняю еще раз – нам нужен свой человек при Пешехонове… который, как я посмотрю, не очень-то вас ценит.
– А это уже не ваше дело, кто кого и как ценит, – сквозь зубы ответила девушка. – Вы что же, предлагаете мне шпионить за ним?!
– Да.
Катрина тяжело вздохнула, схватилась руками за голову и запрокинула ее назад, уставившись в потолок.
– Вы же обещали! Обещали, что оставите меня! – устало проговорила девушка, и слезы навернулись на ее глаза. – Ну, сколько можно? Это невыносимо! Вы хоть понимаете, чего мне это будет стоить? Я пережила там самые ужасные дни своей жизни. Я потеряла там любимых людей! Скажите, хоть что-то человеческое в вас осталось?
Михаил угрюмо уставился на девушку. Уж он-то все понимал. Да и человеческое в нем было, но если надо – значит надо.
– Екатерина Васильевна, не давите на жалость, – сказал он строго, – это вам все равно не поможет. Вы отправляетесь, и точка. Завтра заеду за вами на такси. Прошу вас до этого времени собрать необходимые вещи. Скрываться нет смысла. Думаю, вам уже понятно, что мы следим за каждым вашим шагом. Куда бы вы ни скрылись, я везде вас найду.
– Вы… вы… – растерялась Катя, мысленно перебирая в голове все возможные ругательства.
– Вы что, забыли, кто я? – рассмеялся Михаил.
– Как же! Забудешь вас! Вы асоциальный тип с манией величия!
– А вы влюбились не в того! – решил надавить на больное Михаил. И когда увидел, как Катрина вытаращила глаза, добавил: – Помните, встречаемся завтра с утра. Никому ни слова. Будьте готовы, и до встречи!
Катрина ехала домой, обливаясь слезами. Крупные капли текли по щекам и щекотали нос. Забылось и яркое солнышко, и весенние запахи, которым она так радовалась до встречи с Михаилом. Теперь остались только московские унылые слякотные дороги и неадекватные водители. Девушка то и дело вытирала тыльной стороной ладони мокрые глаза и ругалась на нерасторопных пешеходов. «Пешеходы… Пешехонов», – проносилось в ее голове мимолетное сравнение, и становилось обидно и горько.
– Как я могла быть такой дурой и надеяться, что у него ко мне возникли чувства? – прошептала она.
Она понятия не имела, уехал ли Алексей, но мечтала, чтобы это было так. Она точно знала, что если посмотрит ему глаза, то не сможет скрыть ни Михаила, ни то, что знает, куда он направляется.
Катрина вышла из машины и осторожно направилась к дому. У двери остановилась и заглянула в ближайшее окно. Пустота. Ничто не указывало на присутствие хозяина. Девушка достала ключи из сумочки, посмотрела на них и снова проронила слезу. Как бы все ни обернулось, они ей больше не пригодятся. Она ни за что не вернется в этот дом.
Катя зашла внутрь, прошлась по чистой, убранной гостиной, подошла к кухонному уголку. На холодильнике висел большой лист со строками, написанными знакомым, аккуратным почерком.
«Катюша», – гласила записка, – «уезжаю в срочную командировку не для нашего журнала. Когда вернусь, не знаю. Мне очень жаль, что не удалось увидеться, но так оно и лучше. Не звони мне, не уверен, что телефон будет брать там, куда я еду. И не беспокойся. Катя, ты очень хороший друг! Спасибо тебе за все».
Девушка схватила бумажку и вознамерилась разорвать ее в клочья, но потом остановилась, прислонила ее к губам, да так и села на диван, рыдая в полный голос. Она осталась одна и могла позволить себе дать волю чувствам. Она и ненавидела Алексея Пешехонова, и в то же время любила его. Она должна была отпустить. Отпустить и его, и ситуацию. Сложно, но для такого сильного человека, как она, вполне возможно. Она верила в это, но сейчас разрешила себе пожалеть свое несчастное сердце и продолжала плакать, уткнувшись в подушку.
А Михаил Арсеньевич Новинский наблюдал за ней, внимательно вглядываясь в экран ноутбука, и сердце его сжималось. Уж кто-кто, а он совершенно не понимал этого Пешехонова. Ради чего он бросил такую девушку? Что искал в этой Кении? Либо его бывшая и правда ангел во плоти… либо этот мужчина слишком глуп, чтобы понять, что упускает собственное счастье.
В штаб-квартире ЦРУ решался важный вопрос. По последним данным грани между Долиной и обычным миром начали стираться. Причину подобного явления объяснить никто не мог, однако все считали, что это опасно. Хотя бы потому, что если огненная субстанция над обелиском окажется антивеществом, то оно, при соприкосновении с атмосферой обычного мира, попросту может разнести планету на куски. Тем не менее, Долина, по всей видимости, существовала много лет, как и ее «искусственное солнце», и до сих пор не взорвалась. И если предположить, что атмосфера Инферин схожа с земной, то значит эти люди нашли способ сохранить так называемую «частичку бога» в статичном состоянии. Великие державы тратили на это миллионы в течение многих лет, но до сих пор не добились видимого успеха.
Что, если в Долине все это есть? Страна, заполучившая такие знания первой, без вопросов стала бы во главе всего мира. Так перед правительством США возникла важная задача – опередить русских, которые уже отправили в Кению своего ученого, попасть в Долину раньше него и завладеть всей существующей информацией!
На экстренном собрании ЦРУ решали, кого именно откомандировать на это важное задание. Ошибка означала проигрыш. Проигрыш тем, с кем вечно шла борьба за власть. За такое могли не то что лишить работы, но и посадить до скончания века. Поэтому к вопросу подошли тщательно. Рассмотрели сотни анкет. Искали людей опытных, одинаково владеющих и искусством борьбы, и научными знаниями. Обычному, хоть и физически сильному шпиону, не под силу изучить обелиск. А ученому, пусть он хоть сто раз гений, не пробраться в Долину раньше русских.
С решением тянули долго. Сам руководитель ЦРУ присутствовал на собрании и хмурил брови, пока все вокруг не стали его раздражать.
– Сколько можно перебирать? – прикрикнул он, стукнув кулаком по столу. Все разом затихли и уставились на него. – Пока вы здесь подбираете подходящего человека, ГРУ уже пытается пробраться в Долину. Это что же получается, у нас в структуре нет того, кого можно отправить на важное задание? Не пора ли в таком случае расформировать нас к черту?
Собравшиеся стали тихо перешептываться между собой, не поднимая глаз на руководителя. Такие обвинения были им неприятны, но никто не хотел брать на себя ответственность за выбор агентов. Наконец, директор разведки решил подать голос:
– Я считаю, нужно направить двоих. Взять нашего лучшего ученого, работающего над удержанием антивещества, и лучшего агента, не раз проявившего себя в военных операциях.
– Согласен, – ответил руководитель. – Даю вам три часа на выбор участников экспедиции. Вечером они должны лететь в Кению. В противном случае я буду думать над изменением руководствующего состава нашей организации. Завтра жду вас у себя с первым докладом, мистер директор разведки.
Эпизод четвертый
Под конвоем
Михаил прибыл на такси в девять утра, дабы успеть к дневному рейсу. Погода была пасмурная, накрапывал дождь. Бодрый, хорошо выспавшийся Михаил вышел из служебной машины и прошел по тропинке к дому Алексея Пешехонова.
– А, это вы, – сказала Катя, открывая дверь и впуская его внутрь, – а я так надеялась, что вы не придете.
– И вам доброго утра, Екатерина Васильевна, – широко улыбнулся Михаил, входя и осматриваясь.
Девушка оглядела его неприязненным взглядом. Он, как всегда, был одет с иголочки и надушен хорошими духами. «Педант», – фыркнула она про себя.