Анна Камская – Дилетантки. Четыре черных чертенка (страница 6)

– Ну, конечно, я во всем виновата…

На этот раз итальянка действительно почувствовала свою вину.

– Ладно. Готова исправить ситуацию.

– Что, в полицию пойдешь, чтобы выкрасть свидетеля и допросить его с пристрастием?

– Нет. Пойду вашего черта разводить. Сегодня ночью прослежу за ним от клуба. Узнаю, где бывает. Очарую. Может, чего и узнаю. Меня он не видел, так что мне и карты в руки.

– Очарует она, – проворчала Покровская.

– Ну, а нам что? Без дела сидеть? На Красную площадь смотреть? – обиделась Джо.

Тут она вспомнила про досье, которое ей несколькими днями ранее выслал Серж.

– Нет. Сидеть мы не будем. Надо с другими свидетелями поближе познакомиться.

Джосселин достала телефон, открыла файл и пролистала его.

– Вот! – многозначительно сказала она и повернула телефон экраном к подругам. – Людмила Николаевна видела одну из смертей. Вдруг повезет, и она что-то вспомнит.

Саша забрала телефон и внимательно посмотрела на фото. С экрана на нее смотрела женщина пенсионного возраста. Короткая прическа, лицо не слишком умного или приятного человека, одежда на манер советских времен.

– Выглядит, как старая сплетница, которая не выносит людей, – с точностью определила она характер женщины. – С такой разговор может задаться. Я согласна.

– Ну, вот и решили! – обрадовалась Джо.

Запиликал телефон Мишель. Она подняла его перед глазами и хмыкнула.

– А вот и официальное разрешение.

Девушка повернула экран к подругам, и они увидели сообщение с неизвестного номера. Оно гласило: «Ладно. Действуйте. Про чертенка пока никому ничего не скажу. Значит, у вас есть фора».

– Ну и Серж! – еле слышно проговорила Саша.

То, что сообщение от него, никто не сомневался. Покровскую только пугала его вездесущность, а разум подсказывал, что не простой он человек, раз у него такие возможности. Она и сама не заметила, как стала оглядывать квартиру в поисках камеры. Потом в сердцах махнула на это рукой и вслух сказала:

– И главное, Джо, мыслите-то вы с ним как схоже. Я об этой самой «форе».

– Тогда… пока есть… кхм… время… надо бы съездить к этой женщине, свидетельнице. – Мысли Джо разбегались в разные стороны, но, в конце концов, она взяла себя в руки.

– Я не поеду, – заявила Миша.

Подруги удивленно уставились на нее. Странно, что именно она решила отлынивать.

– У меня есть планы, и нужно к ним как следует подготовиться.

Людмилу Николаевну подруги встретили в парке. Та вышла с внуком на вечернюю прогулку и вместо того, чтобы следить за мальчишкой, следила за всеми вокруг и тихо сопела. Одни курили в неположенном месте, другие – экие нахалы! – шли за ручку, а третьи бросали мусор мимо урны.

Девушки недолгое время наблюдали за ней из беседки и не представляли, как подойти к такой склочной женщине, не получив от нее порцию нравоучений. Дело пришлось брать в руки Саше. Джо здесь все равно ничем не могла помочь.

– Здравствуйте, – мило улыбнулась Покровская женщине, когда решилась выйти из своего укрытия.

Людмила Николаевна предвзято осмотрела ее с ног до головы, обронила сквозь зубы «Здрассьте» и так же пристально посмотрела на Джо.

Саша сегодня специально оделась как можно невзрачнее: классические серые брюки, длинное пальто и видавшие виды сапоги. Так она надеялась произвести впечатление на женщину, которая, как показало досье, работала в отнюдь не высокооплачиваемой государственной организации. У Клиффорд подобной одежды не оказалось, и поэтому взгляд, обращенный к ней, был куда менее доброжелательным.

– Ваш внук? – спросила Саша.

– И что? – подозрительно покосилась на нее Людмила Николаевна, перестав пялиться на рваные джинсы Джо и ее ярко-желтый короткий пуховик.

– Ой, такой хорошенький! Прелесть, а не мальчик! И послушный, наверное?

– Да, ничего так. – Женщина вдруг подобрела и добавила: – Как будто сейчас дети бывают послушными. Так… раз на раз не приходится.

– Ой, а мне кажется, я вас где-то видела! – делано удивилась Саша и сама поразилась своим актерским способностям. – Нет! Не может быть!

– Что? Что? – испугалась женщина.

– Это же о вас писали в Интернете! Вы такая смелая! – без зазрения совести льстила Саша.

– Знаю Интернет, – невпопад ответила Людмила Николаевна, но, чтобы не сойти за «глупую деревню», как она любила выражаться, решила уточнить: – И что же там написано?

– Что вы видели убийство!

Женщина явно поддалась лести и тому, что о ней где-то там написали. Сразу заулыбалась, будто причиной «появления в Интернете» была запись о ней в книге рекордов Гиннесса, а не смерть несчастной девушки.

На самом деле никто о ней ничего не писал. Это Саша придумала на ходу, чтобы проще было подступиться к недобродушной даме.

– Да не то чтобы убийство. Скорее, его плоды, – объяснилась Людмила Николаевна, медленно краснея.

– Ой, а расскажите, как все было? Пожалуйста! Вот и подруга моя из Англии, наверняка она захочет послушать.

Саша перевела Джо все, что минуту назад напридумывала, и последняя стала отчаянно кивать в подтверждение слов Покровской.

Тут уж Людмила Николаевна не смогла удержаться. Ее особой впервые заинтересовались, да еще и иностранные граждане. Она сразу расцвела, оглянулась по сторонам и предложила:

– А пойдемте вон в ту беседку, чтобы меньше подслушивающих было. И я вам все расскажу, – пообещала она.

Получив от подруг кивки, женщина пронзительным голосом позвала внука и потянула его, упирающегося, к самой дальней беседке. Всю дорогу до нее шпыняла мальчика за то, что он извалялся в снегу, и причитала об «этих несносных детях». Саша поддакивала, борясь с отчаянным желанием поскорее покинуть общество этого человека. Она словно съедала ее изнутри.

– Так и поверишь в энергетических вампиров, – улучив момент, шепнула она подруге.

– Ничего не поделаешь. Но ты молодец!

– В общем, ехала я на электричке, – начала свой рассказ Людмила Николаевна, – собираюсь выходить, а тут стоит девушка. Двери, значица, открываются, и она – как бу-бух! – на платформу!

– Ах-ах-ах! – запричитала Саша. – Как же натерпеться вам пришлось!

– Ой, и не говорите! И не говорите! Средь бела дня люди из дверей замертво выпадают! Это куда же смотрит наше правительство! – Тут женщина сконфузилась и бросила взгляд на Джо. – В ваших Англиях, небось, такого не бывает?

Саша спешно перевела.

– Что вы! – в тон тетке шепотом поделилась Джо. – У нас в прошлом году вообще многоуважаемого врача нашли в заброшенном доме мертвым. И оказалось, что незачем его уважать было. Он людям эвтаназию проводил! Ради денег!

Покровская все перевела женщине, и та перекрестилась.

– Знать, нигде нет покоя честным людям! Так и живем. Так и живем.

И та уже хотела вдаться в подробности, как ужасно все живут, но Джо прервала ее вопросом:

– А вы ничего необычного не заметили? Может, кто рядом был? В новостях писали, что убили ту девушку, вкололи слишком большую дозу наркотиков.

– Да какой там! Небось, сама себе и вколола. Знаю я таких! – неприязненно отозвалась Людмила Николаевна, как только услышала перевод.

– И все же, может, заметили что-то необычное? – допытывалась Саша.

– Кроме трупа на асфальте? – съязвила женщина.

Тут Покровская подняла руку, и у нее оголилось запястье. Людмила Николаевна посмотрела на него и вздрогнула.

– Вот такая вот метка была у нее! – почти вскрикнула она, и глаза ее сузились. – Поди и вы из таких? Наркушек?

– Ой нет, что вы! Это в ночном клубе ставят, – заторопилась Саша. – Подругу вчера сводила, хотела показать, как в Москве отдыхают.

– Нашла, что показывать, – недовольно отозвалась женщина. – Лучше бы в музеи да театры сводила.

– Собираюсь! Обязательно! Да мы туда больше ни ногой! А что, метка прямо также выглядела?