Анна Измайлова – Босс по контракту (страница 10)

Скорее, это что-то большее — ощущение неудовлетворённости, которое преследует его. В жизни, в работе, возможно, даже в самом себе.

Сытость навалилась внезапно, тяжёлым, но таким уютным грузом. Почувствовала, как мои веки начинают предательски опускаться.

Я пыталась бороться с этим ощущением, отгоняя дремоту, но мой организм меня предал. Сначала я просто слегка опустила голову, чтобы отдохнуть, затем опёрлась на руку, но она предательски соскользнула. В какой-то момент я даже не заметила, как просто уткнулась лбом в стол, погрузившись в сон.

Меня вырвало из сна странное чувство, будто кто-то меня несёт. Открывать глаза было ужасно лень, тело будто налилось свинцом. Всё, что я смогла сделать, — это пробормотать с закрытыми глазами:

— Куда мы это?

Алексей ответил спокойно, будто это была самая обычная ситуация:

— В машину. Едем к тебе домой.

Его слова заставили меня слегка приоткрыть глаза. Домой?

— Я не хочу, — возразила я хрипло, — я вообще-то на работе.

Его голос вдруг изменился, прозвучал как будто с улыбкой, чуть насмешливо:

— Тогда ко мне домой.

Эти слова заставили меня моментально стряхнуть остатки сна. В голове вспыхнуло предупреждение: Ты что, собираешься позволить этому мужчине тащить тебя куда-то? Я резко напряглась и начала сопротивляться, попыталась вывернуться, но его хватка была железной.

— Отпустите меня! — сказала я, изо всех сил извиваясь.

Он не ответил, лишь продолжал держать меня так, будто я ребёнок, который пытается сбежать. Моё раздражение росло с каждой секундой, и, понимая, что силы здесь явно не на моей стороне, я пошла на крайние меры.

Я укусила его.

Да, укусила. Сильно, прямо за предплечье.

Он резко втянул воздух сквозь зубы, и его хватка ослабла. В момент я оказалась уже не на его руках, а сидящей на холодном кожаном сидении машины.

— Надо было оставить тебя там, — с лёгкой раздражённой насмешкой произнёс Алексей, потирая место укуса. — На стуле, чтобы, когда проснулась, была несколько часов с полоской от стола на лбу.

Я уставилась на него с возмущением и одновременно чувством вины, не зная, как реагировать. Моё лицо горело от стыда, но и оправдываться не хотелось. Это он виноват, нечего было меня трогать!

— Если бы вы меня просто разбудили, ничего этого не случилось бы, — пробормотала я себе под нос, чувствуя, как внутри всё ещё булькает раздражение.

Он лишь коротко хмыкнул и сел за руль, давая понять, что спорить со мной явно не намерен.

Глава 11

Мы ехали в тишине. Только звук двигателя и редкий шорох шин о дорожное покрытие нарушали неловкую атмосферу в машине. Алексей сидел за рулём совершенно спокойно, как будто ничего не произошло. Ни тени эмоции на его лице. А я... я чувствовала, как мои щёки горят так, будто я застряла под прямыми лучами палящего солнца. Уверена, выглядела как варёный рак — целиком красная.

И ведь это был мой первый рабочий день на новом уровне, первая конференция в роли помощницы руководителя! А теперь вместо уверенности и профессионализма — позор, укус, стол, на котором я уснула, и эта чертовски неловкая поездка.

"Как же стыдно," — крутилась мысль в голове, будто сверло, но тут же её вытесняло другое: "Но ведь виноват он! Всё это только из-за него!"

Этот белобрысый, высокий, накачанный и неотёсанный мужлан! Да ещё и слишком привлекательный для начальника — это уж точно нечестно. Он будто специально проверял мои границы. Сначала с конференцией, потом с этой поездкой, а теперь ещё этот его спокойный вид, словно всё идёт по плану.

Я упрямо глядела в окно, пытаясь держать дистанцию хотя бы мысленно. Но этот человек... Как же он раздражал меня. Своей уверенной манерой молчать, своей неподвижной челюстью, своими сильными руками, которые недавно так нагло удерживали меня. А ещё... чем дольше я злилась, тем больше осознавала, что он не только раздражает меня. Нет, он выводит из равновесия так, как не выводил никто раньше.

Именно это злило больше всего.

Мы подъехали к офису, и я испытала одновременно облегчение и странное чувство разочарования. Видимо, он всё-таки решил не везти меня домой. Ну и слава богу. Последнее, чего мне хотелось, — чтобы этот человек знал, где я живу.

Но тут же в голове прозвучал голос моего внутреннего реалиста: Если ему вдруг понадобится узнать твой адрес, он за пять минут получит всё из отдела кадров. Не тешь себя иллюзиями, Оля.

Сделала вид, что мне всё равно, но мысли продолжали бурлить. Алексей, как всегда, был непроницаем. Он припарковал машину, заглушил двигатель и, не глядя на меня, сказал ровным тоном: — Пошли.

Я молча кивнула, открыла дверь и выбралась из машины. Около офиса было всё так же суетно, как и утром, но сейчас я чувствовала себя по-другому. После всех этих событий в голове был настоящий бардак. И единственное, что я знала наверняка: надо продержаться до конца рабочего дня, не показывая виду, что меня что-то выбивает из колеи.

Пока я шла за Алексеем, в моей голове крутилась одна мысль: Этот человек способен вывести меня из себя. И, что хуже всего, он это знает.

Как только мы вернулись в офис, я мечтала незаметно проскользнуть к своему столу и затеряться среди коллег. Но мои надежды рухнули, как только меня перехватила Света — наша местная любительница пересудов.

— Оля, дорогая! — раздалось слишком громкое и притворно-радушное приветствие. — Это же надо, так поздно вернуться! Алексей Михайлович тебя, похоже, всю ночь гонял?

Я застыла, чувствуя, как мои щеки начинают полыхать.

— Что ты имеешь в виду, Света? — спросила я, пытаясь казаться спокойной, хотя внутренне хотелось провалиться под землю.

— Да ладно тебе, — сказала она с хитрой улыбкой, скрестив руки на груди. — Вон, посмотрите на себя: волосы в беспорядке, глаза усталые. Прямо как с поля боя. Неужели Алексей Михайлович так строго тебя гоняет? Или… что-то другое? — Она заговорщически прищурилась, словно надеясь на подтверждение её фантазий.

Резко выдохнула, борясь с желанием придушить её.

— Света, ты чего городишь? У нас была конференция, и всё, — сухо бросила я, пытаясь обойти её.

Где-то рядом раздалось низкое, чуть насмешливое покашливание. Я повернулась и увидела Алексея. Он стоял чуть в стороне и наблюдал за нами с прищуром.

— Светлана, — произнёс он спокойно, но достаточно громко, чтобы все вокруг обратили внимание. — Может, займётесь делом, вместо того чтобы заниматься ерундой?

Света тут же скисла, пробормотала что-то вроде «Конечно, Алексей Михайлович» и быстро скрылась за своим рабочим местом.

Украдкой посмотрела на Алексея, ожидая хоть какого-то комментария по поводу её слов, но он просто кивнул мне и пошёл дальше.

Я вошла в кабинет, с трудом сдерживая раздражение. После всего этого спектакля в коридоре мне хотелось просто рухнуть в кресло и хотя бы минуту побыть в тишине, но не тут-то было.

Алексей даже не поднял глаз от документов, когда бросил коротко и резко:

— Сделайте мне кофе.

Резкое, холодное, без намёка на просьбу.

Остановилась на секунду, недоверчиво уставившись на него. Он даже не поднял головы от бумаг, будто я была для него чем-то вроде офисной мебели — функциональным, но незначительным элементом пространства.

— Конечно, Алексей Михайлович, — процедила я, развернулась и вышла в коридор.

Кофемашина загудела, наполняя помещение ароматом крепкого кофе. Я стояла и смотрела, как чёрная жидкость стекает в чашку, медленно, густо, насыщенно. Глубоко вдохнула, надеясь, что это поможет мне успокоиться.

Но не помогло.

Я вернулась в кабинет, несла чашку осторожно, чтобы ни капли не пролилось. Встала перед его столом и поставила кофе перед ним, как полагалось.

Алексей, наконец, поднял голову, посмотрел на меня с лёгким прищуром.

— Кстати, Ольга, — его голос звучал ровно, без намёка на эмоции, — впредь я не буду вас защищать перед коллективом. Вам придётся справляться с этим самой.

Я замерла.

— То есть, как? — спросила, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Так. — Он чуть наклонился вперёд, сцепив пальцы в замок. — Я не ваш опекун.

Посмотрела на него, ожидая хоть какого-то объяснения.

Но он уже отвернулся, вновь занявшись бумагами. Разговор для него был окончен.

Сжала пальцы на чашке.

А потом…

Сделала шаг назад, подняла чашку с кофе и, глядя ему прямо в глаза, медленно поднесла её к губам.

Первый глоток обжёг, но я не моргнула.

Алексей поднял голову, бровь чуть дёрнулась вверх.