Анна Ив – Грумми. Волшебный цветок Рассвета (страница 1)

Анна Ив

Грумми. Волшебный цветок Рассвета

В тихом уголке старого дубового леса, где солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, жили маленькие Грумми. Они были размером с грецкий орех, с розовыми щечками и круглыми, как бусинки, глазками. Если бы не одна маленькая, но очень важная деталь, Грумми можно было бы назвать самыми очаровательными существами на свете. Дело в том, что у них совсем не было хвостиков.

Отсутствие хвостиков у Грумми было источником бесконечных комических ситуаций.

Представьте себе старейшину Грумми, дедушку Корниша, который решил прочитать свою ежедневную проповедь о пользе умеренности в поедании сырных крошек. Он стоял на мокрой росистой травке, а та предательски скользила под его маленькими лапками. Корниш покачивался, как нелепый волчок, отчаянно размахивал лапками, пытаясь удержать равновесие, но в конце концов неизбежно скатывался вниз. Вместе с ним летели полевые цветы, пара удивленных божьих коровок и целый рой мух, которые, казалось, тоже решили присоединиться к этому веселью.

Дедушка Корниш – это не просто старейшина Грумми Он – ходячая легенда их маленькой общины: короткий, чуть припухший от сыра, с добрыми морщинками вокруг глаз и с парой крошечных очков на носике. На его плече всегда висит потертая сумка из коры, а в лапе – тонкая палочка‑трость (на самом деле спица от старого зонтика), которой он указывает на звёзды и на то, как правильно делить сырную крошку. Ещё у него есть толстый шарф, одна полоса которого навсегда пропитана ароматом старого сычужного сыра – молодёжь считает это почти священным запахом.

Его имя – Корниш – появилось в детстве: как-то он вернулся с ярмарки с крошечным соленым огурцом и стал петь ему серенады. Грумми посмеялись над ним и прозвали Корнишем. Со временем это прозвище прилипло навсегда.

Корниш помнит времена, когда мышки жили осторожно, делили каждую крошку и радовались малому. Именно поэтому каждое утро он устраивает свою «проповедь умеренности» – короткую, тёплую речь о том, как важно не глотать сыр за один присест, а делиться им, считать кусочки, а также беречь друг друга.

Утро, когда он читает проповедь, всегда похоже на маленький праздник. Мышата собираются на росистой траве, старые хозяйки подносят чашки с молочным отваром, а Корниш забирается на самый высокий лист и начинает. Голос у него сипловатый, усы дрожат, он жестикулирует тростью – и вот тут начинается его неизменная беда: росинка на листе делает его предательски скользкой. Корниш покачивается, захватывает воздух лапками и крутится. Сначала все затаивают дыхание, но-таки он неизбежно скатывается вниз. Но это никак не мешает Корнишу оставаться самым мудрым и добрым Грумми.

Пип, внук дедушки Корниша, был не просто маленьким шариком энергии, а настоящим сгустком энтузиазма. Его глаза блестели, как два фонарика, а уверенность в том, что мир ждёт от него подвигов, была очень велика.

Жил Пип на самом краю ручья. Вода там была такой чистой, что можно было разглядеть каждую песчинку на дне, а по утрам на траве скапливалась настоящая роса, в которой отражались облака. Другие Грумми переправлялись через ручей по старой упавшей ветке, которая давно скрипела и шаталась, как старый пиратский корабль, но для Пипа это было слишком скучно и не героично. Настоящий герой не шагает по веткам, а совершает нечто грандиозное!

Первым его гениальным планом был «полёт над ручьём». Пип решил, что он должен подняться в воздух и показать всем, какой он смелый и ловкий. Для этого он привязал два больших капустных листа к поясу ленточками. Эти листы были такие большие и зелёные, что, казалось, могли бы унести не только Пипа, но и всю деревню, если бы кто-то вдруг решил устроить массовое переселение.

Собрав толпу любопытных муравьёв и парочку больно заинтересованных мух, Пип взбежал по склону. Он разбежался, подпрыгнул и… плюхнулся прямо в воду! Листья шумно зашуршали и, как ни странно, расправились и быстро улетели. Мухи ухнули от удивления, а муравьи растерянно переглянулись.

Пип вылез на берег, мокрый и очень гордый собой. Он отряхнулся и сказал:

– Ну, это был просто пробный полёт. Теперь я знаю, что нужно что-то более серьёзное.

И тут ему в голову пришла гениальная идея: «А что, если я построю воздушный шар из одуванчиков?»

Пип побежал к полю, где было очень много этих пушистых шариков. Он начал собирать одуванчики, но тут его внимание привлёк соседский кот, который сидел на пеньке и с интересом наблюдал за происходящим. Пип решил, что кот тоже должен стать частью его подвига. Он привязал к шару верёвочку и сказал коту:

– Ты будешь моим помощником в этом великом деле!

Кот сначала посмотрел на Пипа с подозрением, но потом решил, что это может быть забавно, и согласился. Пип начал надувать шар, а кот сидел рядом и мурлыкал. Когда шар был готов, Пип привязал его к поясу и сказал:

–Вперёд, к новым подвигам!

И тут начался настоящий цирк. Пип взлетел в воздух, но шар был таким лёгким, что его тут же подхватил ветер и понёс в сторону леса. Кот, который сначала сидел спокойно, вдруг решил, что это отличная возможность поохотиться на птиц, и прыгнул на шар. В результате шар начал кувыркаться и пищать, а Пип и кот стали похожи на двух сумасшедших, летящих на воздушном шаре, полном одуванчиков.

Мухи, которые сначала были в восторге от происходящего, начали разлетаться в разные стороны, а муравьи, наблюдавшие за этим с берега, решили, что лучше вернуться к своим делам. Пип и кот продолжали своё воздушное путешествие, пока не приземлились в кустах малины, где и застряли. Только к вечеру уставшие и жутко голодные они смогли выбраться и вернуться в деревню.

На следующий день созрел другой план, который был ещё смелее: построить мост.

Пип собирал травинки, тонкие веточки, выпрашивал у соседей нитки паутины (паучьи нитки, по его мнению, были исключительно героическими). Целый день он трудился, напевая боевую песенку:

– Тра-та-та, мост построим мы сейчас, а потом всех победим, как настоящий ас!

Вскоре все было готово – шикарный, прочный мост (так виделось Пипу).

На самом деле получился не мост, а нечто странное – хлипкая верёвочная дорожка, которая шевелилась при каждом дуновении.

Пип, набравшись храбрости, полез по ней, как по канату в цирке, но ветер раскачал "мост", и мышонок улетел прямо на берег. Клевер мягко принял его, а из кустов выползла целая семья жуков-клонов, которые были поражены таким неожиданным визитом.

Один из жуков, самый смелый, спросил:

– Ты кто такой? И почему у тебя на лапках клевер?

Пип, немного смутившись, ответил:

– Я – герой! А клевер – это моя суперсила!

Жуки-клоны переглянулись и решили, что Пип – просто большой выдумщик.

Пип подумал, что быть героем не так-то просто и решил бросить эту затею. Но, в этот день случилось то, чего он совсем не ожидал.

На другом берегу, в густом тростнике, застряла маленькая лягушка. Она не кричала, но её сердечко билось так громко, что Пип услышал это. Грумми бегали мимо, дедушка Корнишон обсуждал очередную крошку сыра, муравьи дружно ползали по своим дорожкам… и только Пип остановился.

Он вспомнил все свои попытки – листы, мост, падения. Но теперь это всё казалось ерундой по сравнению с настоящей бедой. Не раздумывая, Пип бросился в тростник, как в воду. Шипы кололись, паучьи нитки путались в шёрстке. Он продирался через тростник, хватался за стебельки и тихо шептал лягушонку:

– Не бойся, я тебя вытащу!

Лягушка, увидев, что ей на помощь пришёл такой герой, слабо кивнула и издала маленькое "ква". Пип освободил её лапку, и лягушка юркнула в свою гавань.

Когда Пип вылез из тростника на него начали смотреть все – и старые, и молодые. Муравьи хлопали лапками, мухи весело жужжали, а дедушка Корнишон, который подошёл посмотреть на очередную попытку внука, улыбнулся и сказал:

– Вот он, героизм, внучок. Не всегда в трюках. Иногда – в том, чтобы просто остановиться и помочь.

Пип почувствовал, как у него в груди разгорелось тепло. Он мечтал о больших делах, но теперь понял: быть героем – это не только громко заявлять о себе. Это замечать тех, кто рядом, рисковать ради другого и не бояться упасть ради доброго дела.

На следующий день Пип снова попробовал пролететь на листах. Он разбежался, прыгнул и… упал в лужу! Но зато он теперь знал, что быть героем – это не только подвиги, но и падения. И каждый раз, когда кто-то звал о помощи, Пип бросался туда, забыв про свои полёты. Дедушка Корниш, наблюдая за ним, смеялся:

– Ты, Пип, как ветер – то взлетаешь, то падаешь!

Пип улыбался и думал: "Да, дедушка, но зато я настоящий герой!"

Однажды Пип решил попробовать что-то новое – прыгнуть с кочки на кочку через ручей. Он долго готовился, тренировался, прыгал. Наконец, настал день, когда он решил, что готов. Он разбежался, прыгнул… и тут же рухнул в воду! Пип барахтался в ручье, быстро перебирая лапками.

– Почему у меня нет хвостика? – с досадой подумал он.

У мышек хвостик помогает держаться на воде, а у Пипа его не было. Но тут он вспомнил, как дедушка Корнишон говорил, что настоящий герой – это тот, кто не сдаётся. Пип собрал все силы и, упираясь лапками в дно, начал выплывать.

Из кустов вынырнула старая тётушка Белла. Она была известной в лесу спасительницей утопающих и всегда носила с собой корзинку с ветками для подстилки и сухим хлебом. Её корзинка была настолько старой, что уже напоминала корзинку-путешественницу, которая видела всё на свете. Увидев Пипа, она сразу же бросилась к нему, но не как спасатель, а скорее как бабушка, которая увидела внука в луже.