Анна и – Звонок с неизвестного номера (страница 40)
Рита примирительно сказала:
– Я зато ресторан нашла с лучшим в городе шашлыком.
– Дурында. В целебном воздухе что-то диетическое есть надо, веганское или лобио, на худой конец.
– Дело сделаешь – и лечись сколько влезет, – отрезала Рита. – А накануне – нужно пожрать нормально.
– Смотри, с вином местным не переусердствуй, как в Евпатории было. – Мила презрительно скривила носик.
Вот вечно все не так.
На следующее утро – как всегда в день Х – Рита проснулась вздрюченной, напряженной. Когда бутерброды резала, дрожь в руках пришлось унимать. А Милка улыбается умиротворенно:
– Я твою гадость не буду. Пойду лучше на источник сгоняю. Время есть.
Рита тоже решила: в квартире не сидеть, себя не накручивать. Курортный парк ей не сдался, но еще раз пройтись по маршруту (1,86 километра) не помешает. Оделась сразу, как на дело. Юбка. Подкладки в бюстгалтер – чтобы большая грудь сразу в глаза бросалась. Удобные туфли на низком каблуке. Яркая заколка в волосах. Темные очки цеплять на нос не стала – на улице дождик моросит, затемнять глаза странно.
Из дома вышла в 8.12. Мимо спешат, торопятся школьники. Город, конечно, удобный – тепло, все близко, до учебы многие гнали на велосипедах и самокатах.
У палатки, где продавали электронные сигареты, Рита замедлила шаг. Она в очередной раз бросала и на
У палатки тусовалась стайка подростков. Рита дождалась, пока скинутся каждый по сотне, отправят по виду самого старшего за покупкой. Но не задалось – суровая продавщица потребовала у парня паспорт.
Подростки печально отвалили. Она приобрела заветную коробочку, на ходу распечатала, достала электронное устройство. И услышала за спиной топот ног:
– Теть! А возьми нам тоже? – искательно улыбнулся ей один из подростков.
Отрезала:
– Курить вредно.
Не потому, что помочь жаль – светиться лишний раз не хотела.
– Чертова крокодилина, – пробурчал ей в спину.
Не обернулась. Но расслышала еще одну фразу:
– Мишань! А это не она у Фреда была?.. Смотри-ка, и сиськи, и роза!
Реагировать или ускорять шаг не стала, но напряглась.
Стримы кумира молодняка Фреда Рита, конечно, не смотрела – хотя бы потому, что Милка начнет ехидничать. Но в их профессии любой мелочи надо значение придавать.
Вновь маршрут проходить не стала. Вернулась на квартиру. Открыла «Ютуб». Свежий выпуск блогера Фреда вышел вчера в полночь, но уже успел набрать под триста тысяч лайков. Кликнула на просмотр и увидела заголовок: «Как скамить дедов?»
Руки снова задрожали и сами потянулись к электронной сигарете.
Когда явилась Милка и с порога предъявила претензию, что в квартире вонь, Рита рявкнула:
– Заткнись!
Схватила коллегу за руку, привела на кухню, где заблаговременно вывела картинку на телевизионный большой экран. Милка больше не возмущалась – прочухала, что дело серьезное. Сначала Рита хотела сразу прокрутить до их фоток, но потом решила: ролик небольшой, можно и сначала.
Мила скривилась, когда во весь экран показали улыбающуюся морду Фреда, и явно собралась сказать что-то ехидное. Но едва в студии появилась гостья, замерла. Рита не психолог, не экстрасенс, но волны ненависти, исходящие от коллеги, сразу уловила. Спросила:
– Ты чего?
– Нет-нет, все в порядке.
Губы сжаты, лицо скривилось в гримасе. А ведь до главного – их собственных, весьма отчетливых изображений – было еще далеко. Но основной удар Мила как раз приняла стоически.
– Что будем делать? – спросила Рита.
Для себя решила: надо рисковать. Вся подготовительная работа проделана, нигде светиться им больше не надо, а среди возрастных теток в регистрационной палате вряд ли кто-то смотрит молодежного кумира Фреда.
Но Мила категоричным тоном отрезала:
– Нахрен. Немедленно валим.
– Четырнадцать лимонов, – напомнила Рита.
– Плевать.
– Но…
– Уходим, я сказала! На зоне тебе лимоны не пригодятся.
Рита хотела поспорить, что с деньгами в колонии как раз очень душевно, но взглянула в перекошенное страхом лицо подруги и промолчала. Она, конечно, не психолог и «ай-кью» у нее восемьдесят два, но то, что Милка сдалась сразу, едва увидев эту Татьяну, было очевидно. Надо будет обязательно выведать, что их связывает.
Когда у любимой падчерицы голосок звучал сладко и ласково, Валерий Петрович сразу понимал: что-то опять натворила.
Вот и сегодня, едва начала спрашивать про здоровье-настроение, почувствовал мгновенно – за пазухой камень. Смол-ток немедленно оборвал, велел:
– Давай колись.
– Ну, я подумала… твоя аналитика слишком старомодна. И устроила самодеятельность, – тщетно пытается подпустить в ликующий тон виноватых ноток. – Вчера перед всей страной выступила. Объявила наших дамочек в розыск.
– Где выступила? На телевидении?
– Не, ящик твой тоже безнадежная рухлядь, – отозвалась снисходительно. – В блоге. Очень крутом. С миллионами подписчиков.
– А посоветоваться? Согласовать?
– Ты бы все равно не разрешил, – отозвалась беспечно. – Зато я иду в ногу с прогрессом.
И затараторила:
– Валерочка, ты не ругайся только! Посмотри сначала! Там как раз на полчаса, я за это время к тебе подъеду.
К визиту падчерицы Ходасевич всегда первым делом накрывал стол, но сегодня от правила отступил. Татьяна, когда ворвалась в квартиру, не преминула шутливо упрекнуть:
– Ну вот! Я здесь – а корейской морковки нету!
– В холодильнике возьми, – буркнул.
Молодежный стрим Ходасевич посмотрел впервые в жизни и пока что переваривал – обилие сленга, а также факт, что его Танюшка услужливо подделывалась под вкусы аудитории. И, судя по тому, как глазенки на экране блестели, перед эфиром для храбрости выпила.
Хотя идея в целом падчерице в голову пришла неплохая.
– Валерочка! – радостно щебетала. – Фреда смотрят миллионы, понимаешь! Оно точно сработает. И уже работает! Реально! Мне сейчас профессор Сомов звонил, с нашего факультета. Говорит: эту, которая Мила, он вроде видел. По фамилии не помнит, но сейчас в учебную часть пойдет спрашивать! – Подбоченилась, добавила: – Так что пока вы с Денисом различные предположения строите, я вам преступницу практически нашла!
– Или спугнула.
– Ну на вас не угодишь! Корейская морковка хоть хорошая получилась?
– Как всегда. Высший сорт.
– Отлично!
Ринулась к холодильнику. Начала уплетать – прямо из салатницы.
– Подожди, в тарелку переложу!
Но Татьяна съела еще две огромные ложки и вернула емкость полковнику, лишь когда у нее зазвонил телефон.
– Ага, Андрей Ильич. Да вы что! Давайте, записываю!
Схватила со стола ручку, начала царапать – прямо поверх недорешенного кроссворда, в восторге повторяла: