Анна и – Зимняя коллекция детектива (страница 88)

– Подожди, но тогда выходит, что он девчонку убил только для того, чтобы нам записочку кровью оставить?

– Почему бы и нет.

– Тогда он псих. Терпеть не могу психов. Сам с ними психом станешь. Убить девчонку, чтобы сдать нам какую-то сволочь? Все-таки это слишком. Нет, пусть с этим кто-нибудь посообразительней меня разбирается.

– Когда можно будет взглянуть, что нам оставила Луганская в ячейке банка? – спросила я. – Чего возитесь?

– Думаешь, так просто? Там одних бумаг два десятка, банк частный, и хозяин на Канарах, а они без него чихнуть боятся. Да и наши хороши… Но теперь засуетятся.

– Вешняков, – предложила я, – пойдем водки выпьем.

– Водку я не против… А чего так?

– Что-то у меня предчувствие нехорошее. С самого утра.

– С этим надо бороться, – забеспокоился Артем. – Пошли.

Но далеко уйти нам не удалось. Ему позвонили на мобильный, и он, чертыхаясь, побежал на работу. Я подумала и решила, что не худо бы заглянуть к Деду, сделать, так сказать, ритуальные приседания. Толку от этого никакого, но он должен видеть, что я не отлыниваю и в трудную минуту пасусь рядом.

Лишь только я вошла в здание, сразу поняла: заявиться сюда было плохой идеей. Граждане либо метались по коридорам с очумелым видом, либо затаились по кабинетам. И те и другие не чаяли пережить сегодняшний день.

Приемная была пуста, дверь в кабинет Деда распахнута, кабинет тоже пуст. Вслед за мной влетела Ритка с кипой бумаг в руках.

– Где Дед? – спросила я шепотом.

– Он в бешенстве.

– Понятно. Как думаешь, стоит показаться ему на глаза или смыться по-тихому?

Ответить она не успела. Дверь, ведущая в комнату отдыха, открылась, и появился Дед. Выглядел он бодрым и совершенно спокойным.

– Совещание через двадцать минут, – сказал он Ритке. – Позвони Абрамову. А ты зайди на минутку, – кивнул он мне.

Я вошла, закрыла за собой дверь и немного потопталась у порога.

– Сядь, – сказал Дед. Я прошла и села, сам он замер у окна в своей излюбленной позе. – Ты оказалась права, – медленно произнес он, не поворачивая головы. – Не спрашиваю, как ты догадалась о готовящемся убийстве, но, если догадалась, значит, что-то тебя к этому сподвигло. Что происходит, черт возьми? – глухо спросил он.

– Со мной или вообще?

– Прекрати. Твое дурацкое чувство юмора…

– Извини, нервничаю, – покаялась я. – А что происходит, тебе лучше знать. Я могу лишь догадываться. Мне было бы много проще жить, намекни ты самую малость на свои планы.

Дед сделал вид, что не услышал этих моих слов. Прошел к столу, хмуро взглянул на меня и сказал:

– Найди убийцу.

– Киллера? – спросила я и присвистнула, выражая свое отношение к этой затее.

– Найди, – повторил он.

– Я ценю твое высокое мнение о моих способностях, но…

– Прекрати паясничать, я говорю серьезно.

– Так и я не шучу. Игорь, – заговорила я, сделав паузу, – у меня есть основания полагать, что за Никитиным присматривали, и не кто-нибудь, а твои друзья из Москвы. Очень может быть, что ты в курсе их намерений… Я не убийство имею в виду, – поспешно заметила я, увидев, как свирепеет его лицо. – Тебе наверняка известно, кто мог проявлять недовольство Никитиным и по какой причине. А вообще-то искать убийцу не мое дело, – вздохнула я, зная, что мое замечание на него не произведет никакого впечатления. Так и вышло.

– Я распоряжусь, чтобы тебе дали зеленый свет.

– Спасибо. Для начала хотелось бы заглянуть в банковскую ячейку Луганской. Может быть, там все разгадки.

– Хорошо, – кивнул Дед.

Я еще немного потосковала в кресле и, не дождавшись ни ласковых слов, ни каких-либо вообще, побрела восвояси.

Поразмышляв, я отправилась в офис к Лялину. Хотелось выслушать его мнение о происходящем. Секретарь сказала, что он у руководства, ждать его пришлось минут сорок. За это время я выпила две чашки кофе и пришла к выводу, что меня с души воротит от этого дела.

– Даже врать не буду, что рад тебя видеть, – заявил Лялин, увидев меня. Я пожала плечами, давая понять, что ему придется это пережить. – Ладно, заходи.

Он вошел в кабинет, плюхнулся на диван, а я устроилась рядом, подумала и подвинулась к нему поближе.

– Не подхалимничай, – фыркнул он.

– Я нуждаюсь в поддержке и утешении.

– С Дедом виделась?

– Конечно. Он сказал: найди убийцу.

– Киллера, что ли? На фига он ему сдался?

– У меня такое чувство, что Дед понятия не имеет, кто ему подложил свинью. Может, московские друзья здесь ни при чем? Иначе с какой стати ему пускать меня по следу?

– Что у Деда в голове, знает только Дед, а ты уже не раз и не два убеждалась, что ход его мыслей проследить затруднительно.

– А если это Тагаев?

– Зачем Тагаеву убивать Никитина? Не вижу смысла.

– В последнее время мне не нравится его умонастроение, – пожаловалась я.

– Что ж, сказано найди, так ищи. Только не особо напрягайся.

– Это я уже слышала.

Тут у меня зазвонил мобильный, высветившийся номер ни о чем мне не сказал, и голос поначалу я не узнала.

– Детка, это Владимир, из «России». У тебя пять минут, чтобы добраться до меня.

– А что случилось?

– Приежай и увидишь.

– События развиваются? – нахмурился Лялин.

– Похоже, что так. Я позвоню.

Добраться до «России» за пять минут не удалось, я потратила восемь. Вошла в холл и увидела Володю. Он вышагивал от лифта до стола администратора и был мрачнее тучи.

– Ну, – буркнула я. – В чем дело?

– Дядя, которым ты интересовалась, отдал богу душу.

– Филиппов? – нахмурилась я.

– Он самый. Застрелен в своем люксе. Заказал выпивку в номер. Официантка растерялась, увидев на двери табличку «Не беспокоить», но все же постучала, ей не ответили. Она сообщила администратору, та – охране. На телефонный звонок Филиппов не ответил, а дверь оказалась не заперта. Я обнаружил его сидящим в кресле с пулями в груди и в голове.

– Когда обнаружил?

Володя взглянул на часы:

– Двенадцать минут назад.

– Ментам звонил?

– Сначала тебе.

– Что ж, идем взглянем на убиенного.