Анна и – Зимняя коллекция детектива (страница 170)

– А теперь, – изменила темп речи Леся, и голос ее стал еще более звонким и напористым, – вернемся во второе января, день, когда было совершено убийство. Мы доказали, что у Петра имелся мотив, чтобы совершить преступление. Но была ли у него возможность? Итак, не вызывает сомнений и не отрицается, что Вадим был убит около пятнадцати часов, плюс-минус полчаса. Ближе всего в это время к месту убийства находились трое. Во-первых, в своем коттедже, на расстоянии примерно полукилометра от дома, где находился Сухаров, пребывали Евгения и Петр Гореловы. Показания, которые они дали на следующий день после убийства, совпадали. Они плотно пообедали, легли в кровать, занялись сексом и уснули – и разбудила их только я, когда вернулась в коттедж уже в начале пятого. Но потом… Потом сразу трое заявили, что Петр, оказывается, тогда не спал. Да, он занимался любовью с женой, но потом встал, оделся и вышел из домика. Он отсутствовал в своем коттедже в момент убийства. Во-первых, об этом говорил он сам – здесь, в этой самой комнате, когда вдруг обвинил в убийстве Сашу. Во-вторых, его супруга рассказывала о том, что муж выходил из домика во время своей частной встречи с Иваном Алябьевым, – последовал острый, далекий от приязни взгляд на меня. – И, наконец, в-третьих и в-главных, его видел Саша. Видел – выходящим из домика, где находился Вадим. Видел как раз в тот промежуток времени, когда, по заключению экспертов, было совершено убийство!

Леся перевела дыхание. Она раскраснелась. Она была хороша сейчас, когда столь стройно и логично рассказывала немалой аудитории о разгадке таинственной смерти Вадима Сухарова. И мы – все, как один, старше ее, и гораздо более опытные по жизни, и даже настоящие профессионалы, в лице Кирилла и Кууттанена, – слушали с неослабевающим интересом.

– Я думаю, что Петя был хорошо подготовлен. Алиби ему должна была обеспечить супруга. Для того чтобы она спокойно спала и не задавала лишних вопросов, он незаметно подсыпал ей во время обеда снотворное. Этим, кстати, объясняется деталь, на которую я обратила внимание, когда вернулась в день убийства домой. Вся посуда находилась в посудомоечной машине, однако одна чашка стояла в раковине. Видимо, именно в нее подсыпалось снадобье, и убийца вымыл ее собственноручно, чтобы последующая экспертиза не обнаружила следы снотворного… Итак, пока его супруга спала, Петр оделся и прокрался в дом, где находился его прикованный к постели друг. Чтобы не испачкаться в крови, он, перед тем как нанести своему другу смертельный удар, разделся догола, а после, там же, в домике, принял душ. Этим, кстати, объясняется открытая форточка в ванной и слегка запотевшее зеркало, на которые обратил внимание Иван Алябьев (который первым оказался на месте преступления и обнаружил труп).

Леся на минуту остановилась, переводя дыхание.

– Все поведение Петра Горелова после убийства, – продолжила девушка, – было весьма неадекватным, что также является косвенным свидетельством в пользу того, что убийца – именно он. Все мы это видели. Он был то заторможен, то возбужден, то красноречив, то вспыльчив… А это странное самоубийство, произошедшее при свидетелях… Петра что-то очень тяготило. Видимо, он испытывал страшные муки совести и в итоге не выдержал их груза и покончил с собой… Итак, – сделала решительный жест Леся, – я считаю, что следствие может быть закрыто. Последнее слово, конечно, – сделала она словесный реверанс в сторону Кууттанена, – остается за финской полицией и финскими властями, но лично у меня никаких сомнений нет: Сухарова убил Петр Горелов, ныне, очевидно, покойный. Остается только отыскать тело Горелова и предать его земле.

Кууттанен, до которого дошел перевод Бокова, одобрительно покивал. Я посмотрел на Женю: моя случайная любовница, уткнувшись в руки, лежала лицом на столе. Кажется, она плакала.

После минутной паузы со своего места встала Настя Сухарова. Глаза ее тоже были на мокром месте, однако она справилась с собой. Молодая женщина подошла к Лесе и сказала вполголоса:

– Вы понимаете, как мне тяжело… Петя был другом и мне… Но вам, Леся, все равно спасибо. Вы отлично выполнили свою работу. И вот ваш гонорар. – Настя протянула Лесе кредитную карточку. – Здесь как раз три с небольшим тысячи евро. Пин-код, – Настя слабо улыбнулась, – я сообщу вам чуть позже. Наедине.

Однако в этот момент вдруг произошло событие, произведшее на собравшихся эффект разорвавшейся бомбы. Из-за того, что я сидел лицом к окну, я стал его свидетелем чуть прежде, чем остальные, и на минуту раньше пережил шок.

К коттеджу по заснеженной дороге подъехало такси. Я безотчетно глянул на часы: пять минут третьего. Тут из машины вышел… нет, я не мог поверить своим глазам… Мне показалось, что я сплю или у меня начались галлюцинации… А через минуту ахнули уже все собравшиеся – потому что на пороге гостиной возник Петр Горелов, живой и невредимый.

Сейчас я пытаюсь вспомнить, кто из компании каким образом отреагировал на поразительное явление, – и не могу. Прежде всего потому, что сам был удивлен сверх всякой меры воскрешением Пети из мертвых. Однако самую сильную реакцию продемонстрировала, конечно, Женя. Как-никак она была его женою…

Женщина вскочила со своего места, смертельно побледнела, а потом повалилась на бок, прямо на пол.

К ней бросились ее подруга Настя, и Стелла, и даже Валентина – таким образом, внимание в какой-то момент оказалось от Пети оттянутым. А он, в свою очередь, не сделал ни единого шага навстречу своей вдове – точнее, теперь, конечно, уже не вдове…

В гвалте и суете я отчетливо расслышал слова Пети – потому что они были обращены непосредственно ко мне:

– Прости меня, Ваня, за этот спектакль. Извини и ты, Кен.

– Садись, Петя, – улыбнулась воскресшему Леся. – Хочешь пива или супа?

– С удовольствием. И того, и другого. В Рованиеми полно туристов, и днем с огнем не найдешь нормальной еды.

…Когда наконец привели в чувство Женьку и все снова расселись, я заметил, что Горелов устроился максимально далеко от своей супруги. С момента его появления они не обменялись с ней ни взглядом, ни словом. Леся участливо спросила Петю:

– Вы можете рассказать, Петр, что с вами произошло?

Тот помотал головой:

– Я пока не готов. Чуть позже.

– Что ж! – воскликнула Леся. Она снова поднялась на ноги и обращалась ко всем собравшимся. – На самом деле события развивались не совсем так, как я только что рассказывала. Я прошу прощения у собравшихся за то, что намеренно ввела вас в заблуждение. Однако мне было важно отследить реакцию настоящих убийц. И она, эта реакция, оказалась такой, на которую я рассчитывала: преступники, невзирая ни на что, выглядели явно довольными и удовлетворенными моей работой.

– Так кто же они, на самом-то деле? – воскликнул Саня.

– Минуточку терпения. Давайте вернемся к валуну, сброшенному тридцать первого декабря на головы Сухарова и Гореловой. Действительно, я нисколько не сомневаюсь, что джи-пи-эс передатчик в куртке Евгении был активирован, и это помогло преступнику найти ее вместе с Вадимом на трассе. Но кто его на самом деле активировал? И кто сбросил камень на головы этой парочки?

– Я не делал ни того, ни другого, – тихо промолвил Петр, глядя в пространство. Вопреки своим заверениям, что проголодался, он не притронулся ни к пиву, ни к супу, только вертел по сторонам головой, внимательно всматриваясь в лица собравшихся, но по-прежнему не смотрел на жену.

– Вот! – воздела указательный палец Леся. – И я склонна верить Петру. Тогда кто включил передатчик? И кто выследил парочку на многочисленных горных трассах?.. Давайте перевернем ситуацию. Подумаем: а может, дело обстояло совсем не так, как я вам тут только что рассказывала? Может, таинственному преступнику не понадобилось выслеживать Сухарова и Горелову? Может, как раз наоборот? И эта парочка специально пришла ровно в то место, где находился охотник? И один из тех двоих якобы жертв знал, где прячется преступник, и намеренно привел туда другого? Может, они нарочно остановились именно в том месте, над которым уже занял позицию злоумышленник?

Леся все больше увлекалась. Собравшиеся – включая Кууттинена и Бокова – смотрели на нее во все глаза, Боков не забывал вполголоса переводить финну. А внимательнее всего на докладчицу глядела Женя. Ее лицо выражало одновременно и скепсис, и брезгливость.

– Допустим, Евгения Горелова приводит своего приятеля Вадима Сухарова на условленное место. Условленное – с кем? С тем, кто сидит наверху, на снежном гребне, и ждет их. Когда парочка останавливается внизу и закуривает, злоумышленник сталкивает вниз валун. Его цель – Вадим, Женя пострадать ни в коем случае не должна. Но Вадим спортсмен, горнолыжник, у него хорошая реакция, и он успевает отпрыгнуть. Камень «всего лишь» ломает ему ногу.

– Полное вранье, – вдруг проговорила Женя. Ее лицо было бледно, она закусила губу. – Ни о чем ни с кем я не сговаривалась. Никуда Вадима не приводила.

Словно не заметив этой реплики, Леся сказала:

– Так кто же был там, наверху? Петр Горелов? Мы заключили это, лишь исходя из размера и рисунка подошв его ботинок. Но что, если кто-то просто взял его ботинки? Надел, чтобы отвести подозрения от себя и одновременно подставить Петра?