Анна и – На один удар больше (страница 8)
— Ваше предложение отклонено.
— Да сейчас только, может, в деревнях в восемнадцать рожают. А мировой тренд — сначала карьеру построить.
— Плевать на тренд. Я хочу малыша завести, пока сама молода. И раз ты против — нам не по пути.
Вспылил:
— Какая ты все-таки дурочка! Где в тебе женская мудрость, мягкость?! Мало ли что мужик говорит! И будто вы, девчонки, не умеете — вроде предохраняетесь, а потом оп-па! Случайно получилось. Что я с тобой, разводиться бы стал?
Но она серьезно ответила:
— Пусть я не мудрая. Но считаю: семью можно строить, только если на жизнь взгляды одинаковые. Не хочу я обманывать тебя, врать, что «само проскочило»! Принципиально не хочу. Мне нужны дети, тебе — нет. Значит, каждый должен идти своей дорогой.
— Блин, да что ты упрямая такая! Сказал ведь: пошли жениться!
— А я сказала: не хочу! И работа мне наша тоже осточертела! Сколько можно мотаться по свету — ни кола ни двора!
— Ты ведь квартиру купила! Совсем недавно!
— Вот и хочу спокойно в ней жить! Фиалки выращивать! Собаку завести!
— Женька, да не сможешь ты жить как бюргерша! — попытался уговорить.
Но она полыхнула, словно спичка:
— Еще как смогу! Вот увидишь!
Только у них могло получиться: предложение руки и сердца обернулось жестокой ссорой. Будто назло, и дела объединяющего в тот момент не имелось — Денис как раз рассчитывал, что в паузе меж заданиями свадебку сыграют. А в итоге Женька заявила: она будет обживать свое только что приобретенное жилье. Создавать уют, вешать занавесочки. И его рядом видеть категорически не хочет.
Уговаривать Денис не стал. Давно планировал отпуск провести в далеких краях. Юность вспомнить. В середине девяностых он, тогда совсем зеленый юнец, устроился на круизный лайнер. Работал помощником дилера в казино, увлеченно делал карьеру — крупье, супервайзер. В должности менеджера спустя год вышел в отставку. Занялся более интересными проектами. Но ему всегда мечталось попасть на большой корабль теперь в качестве пассажира. Ром с корешами в каютке на минус третьем этаже пить доводилось, а вот коктейля — ни разу не пробовал. И только восторженные рассказы слышал, как за судном огромные киты плывут, фонтанчики пускают. Ему их увидеть так и не пришлось — ни в каюте, ни в казино окон не было, а торчать вместе с пассажирами на палубе персоналу запрещалось — даже в нерабочее время.
Собирался вообще-то Женьку в круиз сманить — но раз приспичило ей вить гнездышко, не вопрос. Полетел один.
Пусть деньги имелись, попусту решил не спускать. Каюта, безусловно, с балконом, но не сьют. И когда в казино заглядывал — давно хотел оказаться
Одиноких дамочек на корабле оказалось немало, но все они — пришлось быстро признать — не выдерживали никакого сравнения с Женькой. В первую очередь тем, что откровенно, неприкрыто, отчаянно старались его зацепить. На коктейль тет-а-тет, на ужин, в постель, на всю жизнь. С иными вступал в разговор, но одинаково уставал — и от чириканья про глупости, и от рассуждений про Достоевского. В голову лезла ерунда: внезапно случается катастрофа, открытое море, акулы, корабль стремительно тонет, утонченные леди мигом срывают маски, истерят и дерутся за места в шлюпках. «Только Женька бы не растерялась. И еще бы меня подбодрила», — думал. Но раз подруга боевая вешает занавесочки в Москве, хоть бы с кем словечком перемолвиться в удовольствие.
И в пику эфемерным фифам сблизился с далеко не молодой дамой откуда-то из Ямало-Ненецкого округа. Женькиной легкости и безбашенности ни грамма, зато жесткости — хоть отбавляй. Денис прямо любовался, со сколь каменным лицом та проигрывала с четырьмя королями против каре тузов у дилера. Завели однажды за игорным столом смол-ток, рассказала скупо: она на руководящей должности в нефтянке. Живет в своем доме под Салехардом. В детали вдаваться не стала, встречного вопроса «Чем вы занимаетесь?» не задала. И явно демонстрировала: уважать мужчину лишь за его принадлежность к сильному полу не станет. Да и к его советам не прислушивалась. Денис в карточных играх разбирался прекрасно — все-таки сам дилером больше года оттрубил, — но, когда попробовал подсказать, новая знакомая отрезала: «Не говорите под руку. Предпочитаю совершать собственные ошибки». Кстати, не всегда и ошибалась. Богатова весьма впечатлило, когда поставила тысячу долларов с парой двоек (даже не потрудилась карты поменять, чтоб прикупить комбинацию получше) — и выиграла.
— Вы железная леди? — спросил иронически.
— Платиновая, — отозвалась без тени улыбки.
Женька, наверно, в такую вырастет — если останется в деле и не погрязнет в пеленках-детях.
— Джин-тоник? — предложил.
— Ром. Неразбавленный.
Поддержал — тоже заказал без колы.
Выпила залпом. Сухо кивнула:
— Спокойной ночи.
Дилер (бывшие коллеги всегда любили посплетничать) просветил:
— В двухкомнатном сьюте живет. С собственным бассейном.
«Руководящая должность в Салехарде, видать, оплачивается неплохо», — усмехнулся про себя Богатов.
На следующий день корабль пришел на Барбадос, и они встретились на экскурсии. Денис не удержался, подколол:
— Не думал, что вы с народом.
Пожала плечами:
— Надоели мне лимузины. И прихлебатели тоже.
— Вы сейчас про кого?
Улыбнулась впервые:
— Не знаете, что ли, как на индивидуальных экскурсиях? «Не угодно ли, что мадам изволит?» Вместо того чтоб рассказать интересно.
Держались во время осмотра острова рядом, и Денис разбавил неизбежные местные байки про пиратов рассказом про собственный опыт. Корабли захватывать не доводилось, но в кладоискательской экспедиции они с Женькой однажды участие принимали.
Дама слушала с интересом. В конце словно между делом спросила:
— Как сокровищами распорядились?
— Четверть на ветер. Остальное — в банк.
— Дельно. Пойдешь ко мне заместителем?
— Ни за какие коврижки, — расхохотался.
— Ты еще не услышал зарплату.
— Да хоть миллиард. Не хочу в Салехард. Там слишком холодно.
— Болезный, что ли? Замерзнуть боишься?
— Подчиняться тебе не смогу, — подмигнул.
— Почему?
И он брякнул:
— Все в тебе кремень видят. А я — милую, интересную, мягкую женщину.
— Ничего себе! Неужели влюбился? — спросила с искренним интересом.
— Скорее, любопытство. Хочу понять: а в постели у тебя лицо такое же, как за покерным столом?
— Это как игра пойдет, — улыбнулась лукаво. И позвала: — Приходи вечером. Сьют «Орхидея». Будем пить ром.
Странно ему было с ней — совсем чужой. С незнакомым, немолодым, но очень холеным телом. Поначалу она действительно сохраняла покерное лицо, но Денис постарался: игра в конце концов удалась, железная леди взялась царапать ему спину, но он мягко отвел ее руки.
Когда отдыхали на безразмерном «кинг-сайзе», спросила задумчиво:
— Неужели тебе от меня действительно ничего не нужно?
— Нужно.
Встретил ее настороженный взгляд, добавил:
— Ты помогла мне скрасить одинокий вечер.
— Спасибо, — улыбнулась растроганно. — Мне тоже хорошо было с тобой. И я… я очень рада, что больше ничего у нас не будет. Завтра, в Гваделупе, я сойду.
— Убегаешь от меня?
— Нет. Дела.
Он, перед тем как заснуть в своей одинокой каюте, поломал немного голову: как работа в нефтянке может быть связана с Карибским островом? Даже хотел погуглить, выяснить — что за особа почтила его своим вниманием. Но интернет в открытом море ловил из рук вон плохо. А на следующий день, когда теплоход вошел в порт и появилась мобильная связь, ему позвонила Женька. Веселая, будто ничего меж ними и не случилось. Строго спросила:
— Ну, как ты там? Всех девчонок перепробовал?