Анна Хрустальная – Их любимая игрушка (страница 26)

— Алана Сандерс? Дочь бывшего государственного секретаря США Грегори Лоуренса Сандерса? — задал абсолютно бесчувственным голосом тот, кто стоял передо мной ближе всех, перед тем, как поднести к моему лицу какую-то небольшую рамку из непонятного материала и продержать её напротив моих глаз несколько секунд.

У меня же от искреннего удивления и вполне оправданного страха отвисла челюсть и на какое-то время пропал дар речи. Особенно когда в комнату вошло ещё несколько человек в менее строгих костюмах, скорее в «рабочих» комбинезонах, но с более крупными телескопическими рамками в руках, которыми принялись сканировать каждый дюйм находящихся здесь стен и мебели. И даже пола с потолком!

— Д-да, я самая!.. А вы… кто такие?

— Следственная комиссия по делам национальной и внутренней госбезопасности, если говорить на вашем языке. И чтобы в дальнейшем у нас не было никаких языковых барьеров или недоразумений — вопросы здесь задаю только я. Вы же на них отвечаете предельно честно, иначе…

— Иначе, что?.. — я прямо сходу проигнорировала его главное условие по вопросам, хотя сильного страха при этом почему-то не испытала. Даже когда он плотно сомкнул губы, чуть склонил голову и за несколько секунд проглотил моё явное нежелание соблюдать чужие протоколы.

— Иначе мой полиграф это выявит и вам придётся отвечать на мои дальнейшие вопросы в другом месте и при иных условиях.

— Алана, пожалуйста. Просто соблюдай правила и отвечай на всё, о чём тебя будут спрашивать. — проговорил очень сдержанным голосом стоявший по близости с Адием Велдор. — Тебя, конечно, не смогут отсюда забрать без соответствующего ордера и нашего согласия, но это не означает, что они смогут сделать этого потом.

— А я разве возражала или возражаю? Спрашивайте. Мне скрывать нечего. К тому же, я понятия никакого не имею, что именно вы тут ищите, и причём здесь я.

— При том, — снова заговорил оперуполномоченный Иных, всё ещё не теряющий надежды взять бразды правления в свои руки. — Что вы вчера были едва не последними свидетелями, а может даже и подозреваемыми, с кем общался Лиан Ар-Ториан перед тем, как в клубе «Селеста» произошёл один из самых крупных за последнее время террористических актов.

— И что? Я в этом клубе была впервые в своей жизни. И вашего Лиана тоже видела впервые… Да и причём он здесь вообще?

Как ни странно, но все произнесённые мною слова даже для меня выглядели более чем правдоподобными. Я и не чувствовала того, что вру. Хотя, кто его знает. Может и не вру. Может всё случившееся этой ночью мне приснилось или было вложено кем-то в мою голову ложным воспоминанием? Такое ведь тоже вполне возможно в свете нынешних событий?

Следователь посмотрел на рамку своего полиграфа, но по выражению его и без того отмороженного лица всё равно ничего нельзя было прочесть.

— Притом, мисс Сандерс, что он является одним из главных подозреваемых или даже скорее, организаторов данного акта. Все наши внутренние ведомства ведут тщательную слежку за поведением и жизнью земных человеческих особей. Людям запрещено иметь огнестрельное оружие и уж тем более производить его в кустарных условиях. Они не могут его так просто достать, и чтобы при этом нельзя было проследить по внутренним каналам любые виды их преступных махинаций. Все существующие на данный момент террористические группировки на вашей планете создавались и создаются с помощью заинтересованных лиц от представителей нашей расы. Так называемых отступников. И Лиан Ар-Ториан один из них. Ему удавалось долгие тысячелетия притворятся истинным ар-сереанцем. Пока мы не выяснили буквально вчера, кто он такой в действительности. Правда… задержать его тоже не получилось. Видимо, он заранее подготовился к подобному повороту событий и воспользовался одним из имеющихся у него планов к отступлению.

— И-и… каким образом он связан со мной и с этой комнатой.

— Мы всего лишь прорабатываем все варианты и предположения. И данный дом — не единственное место, в котором мы сейчас проводим тщательные обыски. Он весьма сильный представитель нашей расы. У нас даже имеются подозрения, что он один из последователей ордена Древних Созидателей, но, увы, выяснить это сейчас не представляется возможным. До того, естественно, момента, пока мы его не найдём.

— А вы можете его не найти?

— Подобные, как Лиан Ар-Ториан хамелеоны весьма мимикричны и способны сливаться с любой окружающей их средой, где бы то ни было. Выследить их бывает крайне сложно, но вполне допустимо. Найти его в каком-нибудь конкретном месте, конечно, нереально, а вот обнаружить оставленные им там следы…

— Думаете, он мог здесь побывать и даже наследить?

— Это мы как раз сейчас и выясняем.

— Ну-у… а я-то чем могу вам помочь? Я с ним говорила всего несколько минут и в присутствии своих владельцев. Едва ли я скажу вам что-то новое.

— Как я уже говорил, — следователь в этот раз не просто посмотрел на рамку своего полиграфа, но и провёл ею над моей головой, как каким-нибудь миноискателем. — Мы ищем любые зацепки и оставленные им следы, в том числе и ментальные. Если он успел вчера как-то воздействовать на ваше сознание и мозг, мы должны это выяснить и воспользоваться полученными данными в соответствии со следственным уставом.

— Он сам меня вчера расспрашивал про каких-то энергетических паразитов. Думаете, он мог оставить или как-то прицепить ко мне своего?

— Вполне вероятно. Но ещё не факт. Если он действительно относится древнейшей расе ар-сереанцев, у нас может возникнуть ряд непредвиденных сложностей. Но, поскольку вы всего лишь человек… — следователь наконец-то убрал от меня свой чудо-полиграф, и я, почти с облегчением, поняла, что он так ничего на мне (или во мне) не обнаружил. — Определить его воздействие на ваш мозг будет проще всего.

— Но что такого он мог со мной сделать, и как бы это выявилось впоследствии?

— Управлять людьми, как марионетками, через ментальное воздействие — самая простейшая для нас практика. Вот и включите своё воображение по данному поводу. Так что, считайте, вам сказочно повезло, поскольку он не успел инфицировать ваш мозг, как, видимо, планировал до вчерашнего нападения на «Селесту».

— А что ему мешает это сделать позже?

Ар-сереанский следователь почему-то вначале обернулся, будто проверяя работу других ищеек в моей комнате, а уже потом снова посмотрел на меня, решив всё-таки ответить на мой очередной вопрос, а заодно проигнорировать тот факт, насколько странным, на деле, выглядел весь его «допрос».

— Мы пока не обнаружили его следов в самом доме, так что… Вполне вероятно, что он выбрал иное место, где сейчас скрывается. Но, если вдруг вы что-то почувствуете необычное, у вас появятся странные провалы памяти, очень вас прошу. Поставьте об этом в известность своих владельцев. Они и сами будут проводить с вами профилактические процедуры время от времени, но, повторяю. Не всегда легко вычислить очень древних и крайне опытных в ментальном воздействии ар-серейцев. Поэтому, постарайтесь прислушиваться к своим ощущениям более внимательней.

— Хорошо. Просто… я очень плохо знакома с жизнью за пределами интерната и поэтому не знаю всех ваших инопланетных тонкостей. Но, постараюсь отныне выполнять наставления своих владельцев более ответственно.

Надеюсь, мои слова прозвучали не слишком… пафосно? Или на худой конец, иронично.

Хотя, судя по выражению непрошибаемого лица следователя, ему явно было плевать — говорила ли я искренне или же просто пыталась сказать ему то, что он и ожидал от меня услышать.

— В таком случае, у меня всё, мисс Сандерс. И постарайтесь не выходить из своих комнат, пока мы не закончим поиски во всём доме.

— Мы за этим проследим. — поспешно вставил свои пять центов Велдор.

— Прекрасно. Тогда можете пока вдохнуть спокойно. Ваша подопечная чиста. Но, если вас не удовлетворяют наши тесты, вы всегда можете проверить её в Центре Ментальных Анализов более основательно.

— Мы доверяем вашим методам, ир Мандрий. И пока не видим особых причин в них сомневаться.

Я так и продолжала сидеть за трапезным столиком, вплоть до того момента, пока из моей комнаты не ушли все эти странные «люди», при этом не испытывая ни раздражение, ни какого-либо волнения на их счёт. Как будто наблюдала со стороны за очень странным спектаклем. А когда они наконец-то исчезли за закрывшимися дверями…

«Умница, Алана. Ты невероятно способная девочка. Уже не терпится вознаградить тебя за это…» — в моей голове очень чётко и ясно проговорил голос Лиана.

Я даже с перепугу уставилась в спину Имани, которая в это время крутилась у гардеробной, недовольно бурча об учинённых незваными гостями беспорядках, почему-то решив, что она тоже могла расслышать голос Лиана-Ноэла. Но девушка, как говорится, и ухом не повела. Правда, легче мне всё равно не стало, если вспомнить о напичканном внеземными ищейками доме. Хотя беспокоиться об Ином, который использовал меня все эти годы не пойми как и зачем, заблокировав о нём впоследствии воспоминания, тоже было как-то странно.

Я и сейчас не могла определиться со своими чувствами. И, откровенно говоря, они были очень странные. Во-первых, меня тянуло к нему, прямо в эти самые мгновения, ещё и на трезвую голову, отчасти из любопытства, отчасти из-за испытываемых по этому поводу необъяснимых ощущений. Во-вторых, мне действительно казалось, будто я его знаю. И не просто знаю, а нас связывает очень многое. Как связывает далеко не чужих друг другу людей. Пусть я и думала упрямо всё это время о том, что он мне никто. И, возможно, все эти эмоции ненастоящие. Может он специально мне их навязал, как и несуществующие воспоминания? Он же Иной! Ещё и из какой-то древнейшей расы иных? Что стоит подобному существу играться с более слабым человеческим разумом? Ровным счётом ничего!