Анна Хэкетт – Воин (СИ) (страница 6)
Торин вышел на балкон. Как он и предполагал, она свернулась клубочком в кресле, откуда открывался вид на учебную арену. Повсюду стояли растения в горшках, и поскольку выглядели они живее прежнего, Торин предположил, что Реган за ними ухаживала.
— Ты в порядке? — он подошел к перилам.
— Мы должны сделать больше, — она прижалась щекой к колену. — Мы должны искать…
— Арена большая, город еще больше, — Торин окинул взглядом стены и высокие шпили Дистрикта. — Одно из правил этих мест заключается в том, чтобы никогда ни к чему не проявлять интереса. Иначе люди просто поднимут цену и найдут рычаги управления тобой.
Реган зажмурилась, и ее темные ресницы опустились на бледные щеки.
— Я боюсь, что ее бьют, мучают… — у нее надломился голос.
— Как тебя, — Торин знал, что говорил резко, лаконично. Во власти вскипевшей ярости он вцепился в каменные перила. Как траксианцы могли бить такую маленькую и нежную женщину?
Реган подняла взгляд, затем кивнула.
— Но меня спасли. Я в безопасности. А Рори нет, — она прерывисто вздохнула. — Порой мне снятся кошмары.
Торин видел в ее глазах укоренившийся ужас. По ее щеке скатилась одинокая слеза. Ему хотелось прикоснуться к Реган, но он боялся навредить ей своими гигантскими грубыми руками. Торин понятия не имел, как кого-то утешить. Он знал лишь борьбу и убийство.
Подняв руку, Реган стерла слезу.
— Наверное, ты считаешь меня слабой.
— Нет, — он опустился в соседнее кресло. — Наоборот. Я считаю тебя выжившей. И очень сильной.
— Почему? — Реган склонила голову набок.
— Когда тебя забирают от всего, что ты знаешь и о чем заботишься, когда увозят куда-то против твоей воли, сдаться легче всего.
Тихо хмыкнув, она положила ладонь поверх его руки.
Торин спешно продолжил, пока Реган не успела задать вопросы, отвечать на которые ему не хотелось.
— Второй вариант — зачерстветь. Ты перестаешь заботиться о других и борешься исключительно за себя, — он посмотрел ей в глаза. — Но я видел, как ты улыбаешься. Видел, как заботишься о Харпер.
— Я так долго была одна… — у нее перехватило дыхание, — …иногда я хотела сдаться.
— Но ты не сдалась и больше не одинока.
Торин не знал, кто из них двинулся первым, но в следующую секунду ее маленькое соблазнительное тело уже свернулось у него на коленях. Реган прильнула к нему, и он ее обнял.
— Я должна спасти Рори, — прошептала она. — Я сделаю что угодно, чтобы ее спасти. Я не могу оставить ее одну.
Реган тихо заплакала, и Торин погладил ее по спине, но успокаивал скорее самого себя. Он боялся обнять ее слишком крепко. Ему не хотелось причинить ей боль.
С тех пор как его продали на Карфагене, он блокировал воспоминания с помощью арены. Старался забыть, что его использовали, превратили в оружие и выбросили.
Забыть, какое темное сердце билось в его груди.
Каждый бой, каждый удар, каждая пролитая капля крови… они помогали заглушить страдания. Торин сам отстроил свою жизнь, и она ему нравилась. Обожание толпы, согласные женщины, друзья.
Но впервые за долгое время Торин захотел позаботиться о ком-то еще. О маленькой женщине в его руках.
И Торин поклялся, что защитит ее. Поможет спасти сестру и даст все, что она заслужила. Но это «все», разумеется, не включало его самого.
Глава 4
Если бы кто-нибудь узнал о ее плане, она была бы в беде.
Реган заставила себя замедлиться и сцепила перед собой руки. Она шла позади целителей Гермии, покидавших палату Галена.
Если бы Харпер узнала, что Реган сбежала…
Боже, если бы Торин узнал…
Она вдохнула и постаралась успокоиться. Реган не собиралась далеко уходить или покидать лабиринт тоннелей под ареной. Она все продумала. Да, опасная затея, но у Реган был план и маленький кинжал в кармане. Хоть она и не собиралась кого-либо ранить. Реган надела свой плащ песчаного цвета и накинула капюшон, скрывая лицо.
Она должна была решиться. Ради Рори.
Не прошло много времени, как Реган увидела охранников на пороге палаты Галена, и целители Гермии прошли мимо них. Она подняла голову и отделилась от группы. Реган помнила схему тоннелей, расположение гладиаторских покоев и общежитий для рабочих. Под ареной располагался практически весь город.
Реган преисполнилась решимости вызнать хоть что-нибудь о местонахождении сестры. Как и Харпер, Рори была сильной, практичной и умела драться. Конечно, ее бы не приняли в службу безопасности, но она частенько тренировалась с Харпер на космической станции. Увы, Реган знала, как влияет на людей жестокое рабство, заставлявшее почувствовать себя животным.
Неважно, насколько ты силен. Пожалуй, сила лишь усугубляла ситуацию, вызывая у работорговцев желание подчинить. Траксианцы делали все возможное, чтобы сломить Реган и лишить ее способности испытывать любые чувства, кроме страха.
Споткнувшись, она прижала ладонь к гладкой каменной стене и глубоко задышала. Реган больше не боялась и вознамерилась найти сестру.
Раз уж Рори похитили траксианцы, следовало начинать с них. По слухам ее перевезли и — у Реган сжался живот — продали кому-то на Карфагене.
Реган заставила себя пойти к палате Тракс. Стоило ей приблизиться к огромным двойным дверям, как у нее зачастило сердце. Выкованные из красного металла наподобие меди, они отражали свет и были украшены эмблемой палаты Тракс — рогатой головой.
Реган потупила взор, чтобы не встречаться глазами с охранниками по обе стороны дверей.
Когда она проходила мимо, створки открылись. Реган напряглась, но вышла всего лишь компания рабочих. Они скучковались и болтали. Реган немало времени провела в палате Тракс, поэтому знала, что убирали помещения и готовили еду представители разных рас.
Рабочие пошли дальше. Последовав за ними, Реган сделала вид, будто спешила по своим делам, и изо всех сил постаралась подслушать разговор.
— Давайте сходим в «Меч и щит». Мне нужно пиво и партия в бах.
— Бах не твой конек. Ты вечно проигрываешь.
Пока рабочие поддразнивали друг друга за скверную игру, Реган не отставала от них. Они собирались в бар. Что ее порадовало. Она хотела смешаться с толпой и дождаться, когда слуги расслабятся настолько, чтобы посплетничать о внутренних делах Тракс.
Они свернули в людные тоннели. За узкими прилавками сидели торговцы, продававшие сувениры и прочие мелочи. Несколько энергичных маленьких детей в неряшливой одежде мошенничали с чашками и разноцветными камнями.
Рабочие прошли через арочный проем. Над ним красовалась каменная вывеска, изображавшая прямоугольный щит, пересеченный мечом. До Реган донеслись музыка и разговоры. Она проследовала внутрь.
Внимательно осмотревшись, Реган замялась. Бар был… большим и грязным. У дальней стены возвышалась каменная стойка, за которой седой бармен наполнял стаканы коричневой жидкостью. Слева стояли столы и стулья, занятые представителями всевозможных рас. Справа было нечто, напоминавшее игровые столы. Бар пропах немытыми телами и алкоголем.
Реган пошла к стойке, наблюдая, куда сядут рабочие Тракс. Она позволила себе оценить толпу и увидела в углу пару мужчин, обменивавшихся сильными ударами. Реган вздрогнула. Она слышала, как несколько женщин громко смеялись, увлеченные игрой с голографической башней.
Когда рабочие расселись за круглым столом, Реган прошла туда же и устроилась неподалеку. Она повернулась к ним спиной и прислушалась.
Как и предполагала Реган, они заказали напитки и, расслабившись, принялись жаловаться на работу в палате Тракс.
— Вечно приказы, — проворчала женщина. — Ни одного доброго слова.
— Это же траксианцы, — ответил мужчина. — Если хочешь добрых слов, наймись куда-нибудь еще. Пока мне платят, плевать я хотел на манеры.
— Радуйся, что осталась по эту сторону решеток, — мрачно сказал второй мужчина.
Реган положила руки на стол.
«Давайте же. Поговорите о Рори»
Кто-то остановился у ее столика. Реган подняла взгляд на грубого бармена.
— Если занимаешь место, должна купить выпивку.
— Ох. Хорошо. Принесите мне что-нибудь вкусное, — у нее была крошечная монетка, которую дала ей Харпер.
— Мы не подаем ничего вкусного, — прищурил он желтовато-карие глаза и ушел прочь.
Тяжело вздохнув, Реган снова сосредоточилась на разговоре рабочих, обсуждавших недавний аукцион.
— Говорят, за последнего питомца выложили целую кучу денег. Наконец-то ее продали.
— Может, в другом месте ей будет лучше.