Анна Ханина – Завтрак юриста (страница 4)
Не хочу быть превратно понятым и определять роль женщины исключительно как рулевого корабля. Безусловно, сегодня, в XXI веке, многие представительницы прекрасного пола сами являются такими кораблями, причем зачастую – мощными ледоколами. Но как бы ни шел прогресс и каких бы высот ни достигла эмансипация, власть женщин над мужчинами не поменяется, не ослабнет. Это заложено природой, а спорить с ней, как известно, дело глупое – природа-то ведь тоже женщина (женского рода).
Кому довелось быть владельцем разных домашних питомцев, согласится со мной, что собаки делят мир по принципу свой/чужой. Для собаки все в доме – ребенок, хозяева, кошка, попугай и даже шиншилла – собаки, члены своей стаи, независимо от того, лают ли они, ползают, шипят или летают. Мелкие неурядицы внутри стаи всегда разрешимы. А вот чужая кошка – это кошка, которую нужно загнать на дерево и облаивать до прихода хозяев. У меня как-то даже теленок бегал вдоль забора за собаками, пытаясь, как они, облаивать проезжающие мимо машины и велосипедистов. Зрелище было, должен сказать, страшное и величественное.
В целом у нас, людей, все так же: мы делим мир на своих и чужих, нас забавляет суета, создаваемая собственными детками, и раздражает шумное поведение чужих. Но в отличие от братьев наших меньших, стая у нас может меняться. Попав в состав стаи у собаки, Вы не выпадете из ее опеки никогда. Собака с радостью отдаст жизнь, защищая своих от врага, сражаясь в неравной битве с волками или клубком гадюк. Человек же научился менять стаи, мгновенно предавая одних и искренне влюбляясь в других.
Вот ушел мужчина к другой женщине – новая семья, новые дети. И иногда (точнее, зачастую) оказывается так, что даже приемный ребенок в новой семье для него ближе и роднее, чем свой собственный в оставленной. Казалось бы, как так? А просто законы стаи превысили зов крови. Даже с учетом того, что лидером (вожаком) в стае зачастую выступает мужчина, образуется она вокруг женщины с ее детьми и родителями. И вот ранее горячо любимые детки, которым ты и попу подтирал, становятся в лучшем случае волчатами из соседнего прайда. Еще вчера обласканные и зацелованные, сегодня они уже обуза для прежнего вожака. Отец, вчера покупавший своей доченьке брендовые шмотки, теперь в основном интересуется, когда уже эта рослая дура пойдет работать. Мы подчас играем с чужими детьми (а иногда и с внуками), а свои могут сидеть где-то в одиночестве и радоваться даже случайному звонку.
Стая есть стая, ее закон суров, но это закон (лат. dura lex autem non est lex). Попадая под новое управление, мужчина меняет не только свои привычки и предпочтения, образ жизни и круг друзей – он меняет стаю, предавая всех из предыдущей. Так устроен мир, и нам его не переделать. Мы не запретим разводы и не сможем жить одной большой дружной семьей с многочисленными женами и детьми. Жаль, конечно, всех, кого оставили или бросили, они ни в чем не виновны. Дети становятся молчаливыми заложниками в отношениях взрослых, распоряжающихся их судьбами, как ветер бумажными корабликами.
Погребенные под рутиной ежедневных проблем, мы подчас забываем простые прописные истины и попадаем в ситуации, из которых нет хорошего выхода. Как бы хорошо ни шли у нас дела, сколько бы денег ни лежало в банковской ячейке, семья – жена, дети (как стая) – составляет для нас весь мир, его прошлое, настоящее и будущее. Это и есть самое ценное, что нужно постараться сберечь.
Счастья и любви Вам, да прибудет Ваша стая в целости и нерушимости.
Моя родина – это ты!
Человеку свойственно рваться на части, и чем он сильнее, тем яростнее бушует борьба внутри него. Мы никогда не любим что-то одно или кого-то одного – это чувство мы делим между детьми и родителями, братьями и сестрами, домашними питомцами, любимой (любимым), Родиной, да и мало ли еще чем. Но когда мы теряем какой-то объект любви, наша любовь не перераспределяется между остальными, а уходит. Уходит, будто от тебя отрезали кусок плоти, и ты становишься меньше на эту часть. Может ли жить человек без руки? Конечно, да, но эту потерю он будет чувствовать всю жизнь. Он как бы усыхает, становится меньше и прозрачнее.
Что есть жизнь? Это существование некоего Я. А смерть тогда – конец такого существования. Так ли это? Но как тогда быть со сном? Существует ли Я во время наркоза или комы? Существует, скажите Вы, потому что потом мы возвращаемся к бодрствованию, возвращаемся к жизни. Значит, для определения жизни важен только временной промежуток – проснулся человек через 100 лет или через одну ночь. А как быть с человеком, скажем, навсегда улетевшим жить на Марс или покорять дальний космос? Он-то жив, но для всех на Земле, по сути, умер.
Вся проблема в том, что мы еще не научились отделять для себя жизнь и смерть. Даже с юридической точки зрения привыкли приравнивать статус лица, пропавшего без вести, к умершему, ведь для юриста важно только одно: как долго человек находится в статусе пропавшего, достаточно ли времени прошло для наступления правовых последствий.
Иногда можно попасть в ситуацию, хорошего выхода из которой просто нет. А те, что есть, все плохие. Скажем, завел мужчина любовницу. Просто так, для баловства. Глядь, а через год он уже любит и жену, и любовницу. Как быть? Кого бы он ни бросил, он разрушит этому человеку жизнь. Да и бросать-то не хочется, ведь любит обеих. Однако и жить так уже нельзя, ведь вместо любви он мучает двух женщин и мучается сам. И вот он стоит перед дилеммой, какую из рук отрезать, и мучается затем всю жизнь. Но не делать операцию, тянуть тоже нет сил.
Изначально мужчина не знал или не верил, что любовь расползется, разделится на большее количество объектов, и собрать ее воедино уже не будет никакой возможности. Я бы назвал это законом деления. Любовь к нескольким объектам – как разбитая чаша. Вместе они составляют всю чашу, но склеить их невозможно. Можно только терять и терять осколок за осколком. При этом чем больше объектов Вы любите, тем меньше тепла достается каждому, зато и потеря такой любви будет меньшей утратой, ведь меньший осколок пропадет.
День сменяется ночью, на смену зиме приходит лето, планеты делают оборот вокруг своих звезд. Так было и будет всегда. Так и человек, погружаясь в сон, возвращается из него с утренней зарей. Он умирает каждый вечер и восстает с утра вместе со своим Я. И если праздновать День рождения, то правильнее было бы делать это каждое утро, когда сон ушел прочь, и наше Я вернулось. Мы снова появились и стали осознавать себя в подлунном мире. Ну что ж, накроем праздничный завтрак и вперед, к неминуемому вечернему сну.
Привычка умирать каждую ночь затмила в нас праздник рождения, праздник утреннего воскрешения, чуда, доступного только величайшим богам. Когда-то мы уснем и не проснемся, и унесем с собой навсегда чью-то любовь, часть чьей-то души. Мы уйдем в мир снов, где сбываются самые несбыточные желания и мечты, где легко прокатиться на драконе и спасти от него же прекрасную принцессу, когда дракону вдруг захотелось перекусить.
На ум как-то пришло, что часть известных опер и произведений названы неправильно. «Аида», «Тарас Бульба». Я бы назвал их «Радамес» и «Андрей». Это у них главные роли в этих произведениях. Каждый готов беззаветно любить кого-то одного.
Попробуйте выбрать кого-то, если между объектами вашей любви непримиримые противоречия. Во время голодомора в Украине мать убивала одного из своих детей, чтобы прокормить остальных. Волк, попавший в капкан, отгрызает себе застрявшую в нем лапу. Андрей и Радамес выбрали любимых, предав свою родину и служение ей. И перед лицом смерти оба героя не просят прощения и не ищут оправданий, но и не сопротивляются своей участи – смерти как каре за предательство. Они ведь никогда не переставали любить свою родину, свою вторую руку. Виновны ли они? Да, если суд будет вершить пожертвованная рука, убитый ребенок, преданная родина или отгрызенная лапа.
Аида пожертвовала собой и пришла погибнуть рядом с Радамесом, но собой жертвовать проще. Попробуй жертвовать тем, кого любишь больше себя, больше жизни! Тарас Бульба был прекрасным казаком, примером храбрости и любви к родине, свободе и воле. Но не ему, а Андрею пришлось выбирать между любимой и родиной. То, что для одних предательство, для других – победа любви. И есть та свобода выбора, на которую не посягнул даже господь.
Уходя в вечный сон, мы забираем с собой частичку души любящих нас. Именно эта частичка, как компас и магнит, позволит найти любимых там, под звездами. Там Радамес навсегда будет с Аидой, а Тарас Бульба вместе со старшим сыном Остапом будут пировать на свадьбе Андрея и прекрасной польки. Радамес, запертый в склепе с любимой, знает эту тайну и говорит Аиде, что слишком сильно ее любит, чтобы она могла умереть, и теперь никто и ничто не разлучит их.
Осирис и Анубис управляют домами жизни и смерти со времен древнего Египта. Они регулируют приливы и отливы жизни на Земле, как волны океана, накатывающиеся на земную твердь. Как бы ни был велик прилив или отлив, воды в океане не уменьшится и не прибудет. Так оставим богам их нелегкий труд. Нам же, смертным, временное пребывание на земле дается только ради одного – найти и полюбить, поделиться кусочками души с теми, с кем хочешь провести потом вечную жизнь во снах, в том мире, где все осколки любви можно будет собрать воедино, и чаша каждого засияет вновь.