Анна Хаккетт – Сожги мир дотла (страница 18)

Хм, должно быть, мне снится хороший сон.

Я открыла глаза. Солнечный свет заливал комнату — только в Лас-Вегасе он бывает таким ярким.

Я замерла.

Это совсем не моя убогая комната в мотеле. Я часто-часто моргнула.

Комната была оформлена в темных оттенках серого и синего. К стене приставлен гладкий деревянный комод, а над ним висела в рамке фотография ночного Лас-Вегаса.

Я повернула голову и отметила три вещи. Первое: на прикроватной тумбочке стояла ваза с великолепными орхидеями. Белыми и фиолетовыми, невероятно красивыми.

Второе: я ранена. Я почувствовала знакомую боль на лице, и ребра снова заныли. Я подняла руку и осторожно потрогала отек вокруг глаза. Да, дело плохо, но я не испытывала невыносимой боли. У меня всплыли смутные воспоминания о том, как кто-то уговаривал меня принять таблетки. Глубокий голос, окутанный темнотой.

Третье: простыни пахли Нэшем.

Нэшем.

О Боже.

Я резко села, отчего вздрогнула и ощутила несколько вспышек боли. Я сглотнула стон и прикоснулась к ребрам. Бруно не церемонился.

Черт. Все события ночной атаки в мельчайших подробностях нахлынули на меня. Я вломилась туда сломя голову и чуть не погибла.

Нэш спас меня.

И теперь я лежу в кровати Нэша. И, похоже, на мне его футболка. Я потеребила мягкий хлопок, выцветший от многочисленных стирок.

Дверь в спальню открылась, и в комнату вошел тот самый мужчина.

Внезапно вся боль отступила. На нем одеты джинсы, которые облегали его сильные бедра. Подозреваю, они так же облегают и его задницу, но с этого ракурса проверить невозможно

У меня не было времени на размышления, потому что на нём не было майки. Его грудь полностью обнажена.

Ох. Всплеск желания, который я ощутила, плохо сочетался с тем, что меня чуть не избили до полусмерти. И все же, эта загорелая кожа, эти мускулы…

У него такой рельефный пресс, что у меня зачесались руки и я сцепила пальцы на коленях. Его грудную клетку покрывала легкая поросль темных волос — настоящая мужская грудь. Не как у тех прилизанных, навощенных моделей с календарей.

— Привет, — сказал он, держа в руках деревянный поднос. — Как самочувствие?

— Эм… Нормально.

Он поставил поднос на прикроватную тумбочку рядом с цветами.

Откуда у бывшего военного и такого крутого парня Нэша взялись орхидеи?

— Я приготовил тебе завтрак. — Матрас прогнулся под его весом, когда он сел на край кровати.

Он оказался так близко ко мне. Его великолепная грудь стала так близко. Я сглотнула.

— Насколько сильно болит? — спросил он.

Боль? А, точно. — Терпимо.

Он прищурился. — Говоришь правду?

Я кивнула.

— Хорошо. Обезболивающие нельзя еще какое-то время. Но сейчас тебе нужно поесть.

— Нэш, — я схватила его за запястье и его голубые глаза встретились с моими. Затем его взгляд скользнул к моему глазу и я увидела, как его лицо окаменело. Я поморщилась. — Выглядит ужасно, да? Завтра будет еще хуже.

У него дернулась мышца на скуле. — Снайдер и его приятели — ходячие мертвецы.

Меня передернуло. — Спасибо. За то, что спас меня.

Он коснулся ладонью неповрежденной стороны моего лица. — Я никому больше не позволю тебя обидеть.

Мое сердце, казалось, увеличилось вдвое. Мне хотелось верить ему, но жизнь, раз за разом показывала, что я — одна из ее любимых груш для битья.

Нэш протянул мне стакан апельсинового сока. — Пей. — Затем он наклонился и пододвинул пару подушек мне под спину.

Мой нос оказался в сантиметре от его груди. Я ощутила горячий прилив между ног и вздохнула, его запах наполнил меня.

— Вот так. — Он откинул ножки подноса и установил его у меня на коленях.

Я посмотрела на всё это изобилие еды и моргнула. Там лежали панкейки — целая башня из них — тарелка с нарезанными фруктами, тост, яичница-болтунья и бекон.

— Это ты приготовил? — спросила я озадаченно, отхлебнув сок и поставив стакан на поднос.

У него дрогнула губа. — Хотел бы сказать "да", но я заказал всё на ресепшене.

— Ресепшен? — я снова огляделась. — Но это же твой дом.

Он кивнул. — Так и есть. Я живу в вилле при казино "Авернус".

— Ох, ничего себе.

— Жизнь в казино имеет свои плюсы. А теперь ешь.

— Нэш, я физически не смогу всё это съесть.

— Ты слишком худая. Ты не заботилась о себе.

— Я была немного занята, — подумав о Вив на душе стало грустно.

Нэш наклонился, отрезал кусочек панкейка и поднес вилку к моим губам. Послушно, я приняла еду. Сладкий вкус кленового сиропа разлился по моему языку.

— Твою машину доставили сюда. У тебя есть номер в каком-нибудь отеле?

— Если это можно так назвать. В "Парк Пайнс".

Он коротко кивнул. — Я пошлю кого-нибудь выселится и забрать твои вещи.

— Что? — я удивлённо посмотрела на него.

Он поднёс ко мне ещё одну вилку с панкейком. — Ты остаёшься здесь. Со мной. Ты поправишься, и я позабочусь о тебе.

Я поспешно проглотила еду. Мои губы приоткрылись и я почувствовала жгучую щекотку в глазах. Как давно кто-то последний раз заботился обо мне?

С тех пор, как был жив Эллиот.

— Нэш...

— Никаких споров, Джорджи. Не сегодня. Снайдер всё ещё представляет для тебя угрозу и мне нужно обезопасить тебя. А тебе нужно отдыхать, есть и восстанавливаться.

Спорить с ним на эту тему было бесполезно — я даже с кровати встать не могла.

Так что я ела, пока не наелась досыта. Он доел за мной бекон, убрал поднос и поставил его на тумбочку.

— Я правда не хочу тебя обременять.

Его лицо стало непокорным. — Ты никуда не уйдёшь.

— Нэш, я не могу….

Внезапно он резко откинул простыню и, прежде чем я успела забеспокоиться всё ли прикрыто, поднял меня с кровати.

— Что ты делаешь? — спросила я, задыхаясь.