Анна Гурова – Башня Полной Луны (страница 15)
– Ты полагаешь, эти призраки считают, что живы? Что ж, бывает – если они погибли так быстро, что не успели осознать своей смерти…
– Так все и было, – с серьезным видом подтвердила Эриза.
– А ты откуда знаешь?
– Мне снятся сны. Бывает, и обычные, а бывает – вещие. Они такие яркие, что, когда я просыпаюсь, мне кажется, будто я вернулась с улицы в темную комнату. Так вот, есть один сон, который мне снился уже много раз. Первый раз в – детстве, а последний – как раз перед твоим приходом. Один из самых страшных снов в моей жизни. Как раз про то место за оливковой рощей, только рощи там еще не было – обычное поле. А в поле, напротив друг друга, стоят два войска. Сплошь одни конные рыцари с обеих сторон. Одни – нарядные и грозные, все в черных доспехах и алых плащах, под багровым знаменем… Их враги – в стальных латах, лица суровые, стоят ровно – сразу видно, опытные бойцы… И вдруг, – Эризу передернуло, – все вспыхивает!
– Как вспыхивает? – озадаченно произнесла я. – Огонь с неба?
– Нет! Они сами начинают гореть! Вспышка, потом все заволокло черным дымом… И оттуда, из дыма, такие крики…
Эриза закрыла лицо руками.
– Какое войско загорелось? – быстро уточнила я.
– Оба.
– Быть того не может! Ну хорошо, какое вспыхнуло первым?
– Я же говорю – оба одновременно!
– Хм… Только рыцари? А как насчет их командования? Там наверняка были чародеи – они тоже?
– Все живое стало огнем, даже лошади! Ох, никогда не забуду… В один миг сгорели заживо…
– Забавно, – пробормотала я. – В смысле, прискорбно. Не знаю таких заклятий. Должно быть, из запрещенных… А что было потом? Кто остался?.. Должен же был кто-то остаться! Хотя бы те, кто колдовал.
– Никого. Только пепел.
Довольно долго мы шли молча. Эриза заново переживала свое видение. Я обдумывала ее рассказ и вспоминала исторические материалы.
– Я все думала – кто были те рыцари? – задумчиво проговорила Эриза.
– Могу только предполагать. Ты вообще имеешь представление об истории края Мураби?
Эриза потерла нос.
– Старики рассказывают, в древние времена жили спокойнее и богаче, и демонов никаких не было. Хочешь – иди к морю, хочешь – на север. Но однажды пришел из-за моря кровожадный амир Ан-Ясин со своими темными колдунами, разорил наш край и выпустил на волю демонов…
Я фыркнула. Какой превратный взгляд на историю! Во всех источниках сказано, что Ан-Ясин как раз освободил этот край из-под власти темных колдунов. Правда, напоследок они успели напакостить и выпустили демонов… Нет, в самом деле, откуда у Ясина взяться темным колдунам? Незримая Академия не готовит заклинателей демонов! Ну, почти не готовит…
– Все было наоборот, – сказала я. – Но сейчас речь не о том. Говоришь, рыцари? Значит, кто-то из местных князей. Может, даже сам амир Кабра…
– Последний правитель Мураби?
– Ага. Трус и неудачник. Так часто и бывает, когда боги решают разрушить неугодное им царство.
– Не говори так о нашем амире!
– А кто же он? Илиберра, столица земли мурабитов, была позорно брошена им на произвол судьбы, сдана без боя! Но самое интересное случилось потом: амир Кабра ушел в горы и бесследно пропал вместе с войском…
Насколько я помнила, Ан-Ясин взял столицу с богатой добычей и счел войну законченной. С побежденными он поступил очень благородно, отпустив амира вместе с войском, и те отправились вроде бы за море на историческую родину, в пустынные земли кочевых мурабитов. Этому славному эпизоду посвящалось висевшее в библиотеке Академии полотно «Милосердие победителя» (Кабра, скрючившись в поклоне, сует Ан-Ясину ключи от города, а тот покровительственно похлопывает его по плечу), а также слезливо-нравоучительная поэма «Последний из мурабитов». Но вот с конкретными фактами дело обстояло туго. Что было дальше? Ну, видимо, ничего романтичного: добивание остатков армий, грабеж местного населения… И эта крайне темная история с освобожденными демонами…
Мне впервые пришло на ум, что историю края Мураби я знаю плоховато. Точнее, однобоко. Хотя раньше я, наоборот, гордилась своей осведомленностью – ведь я прочитала все, что только смогла найти в амирской библиотеке, самой полной в мире. Но только сейчас я сообразила, что это была типичная история, написанная победителями. То есть – не имеющая никакого отношения к тому, что тут творилось на самом деле.
А если верить вещим снам Эризы, дело обстояло еще непонятнее.
В самом деле, кто сжег оба войска? И зачем?
И если допустить, что одно войско принадлежало побежденному амиру – чье было второе?
– Я не могу тебе ничего сказать о том, кто тут воевал и что они не поделили в горах возле вашей деревни, – сказала я, хорошенько поразмыслив. – Но, пожалуй, могу кое-что сказать о примененной магии. У меня пока две версии. Первая – несчастный случай. Заклинания, уничтожающие сразу целое войско, не учат в Академии. Вся боевая магия создается и проверяется во время войн. Военные маги наверняка напропалую экспериментировали тогда с заклинаниями. Они вполне могли наколдовать такое, что разнесло всех – в том числе и самих колдунов.
– А вторая? – напомнила Эриза.
Я почему-то вспомнила растерзанную овцу. Мне не нравилась эта версия, но ее тоже нельзя было сбрасывать.
– Что их сжег кто-то третий.
Эриза замялась.
– Я тебе еще самого главного не сказала…
– Ну?
– На том поле мы нашли меч святого Чучо.
Я чуть не подавилась травинкой.
– Кто это – мы?!
– Крестьяне долины Луц. Точнее, мой дед Хоакин. Дед был очень смелым, и первый побежал на то поле – ну, посмотреть, не уцелело ли после битвы что-нибудь… пригодное в хозяйстве. Но там ничего не осталось – ни травы, ни костей, ни доспехов – только пепел. И меч. Дед рассказывал, что меч лежал и сверкал в золе, как звезда! – Эриза указала рукой вниз. – Во-он там, где сейчас виноградники. Виноград там хорошо растет!
Я задумчиво прикусила новую травинку. В голове роились беспорядочные мысли. Вот тебе и святой Чучо! Так и знала, что меч принадлежал кому-то из боевых магов. Но как вышло, что такая ценная вещь осталась валяться на поле боя и кроме случайного мародера ее некому было подобрать?
– Ну вот что, – сказала я, вставая на ноги. – Хочешь не хочешь, а придется спуститься на дорогу. Я должна поговорить с этими сожженными мертвецами!
Эриза пожала плечами.
– Они не станут с тобой разговаривать. Они же ничего не соображают!
– Это мы сейчас проверим.
На дорогу мы выбрались перед самым закатом. Похоже, это была та самая дорога, по которой я отправилась в путь из Мадиньи – вымощенная растрескавшимися каменными плитами. По обеим сторонам дороги рос густой сырой орешник.
– Кажется, промахнулись, – сказала я, озираясь. – Придется вернуться…
В этот момент прямо передо мной в воздухе возник язык пламени. Он горел сам по себе, ничто не питало его пламя – кроме разве что злобы. Ярость в нем так и бурлила.
– Это они! – воскликнула Эриза. – Берегись!
– Призрак? – с сомнением произнесла я.
Пляшущий в воздухе язык пламени напоминал скорее типичного стихийного духа, безмозглого и примитивного. И вдобавок очень агрессивно настроенного. Не успела оглянуться, как этот сгусток пламени чуть не подпалил мне ресницы. Пришлось отогнать его пульсаром. Бродячему огню это не понравилось – он шустро отлетел подальше, да там и остался. Хоть его пламя ощутимо жглось, я заметила, что он пролетел насквозь через куст лещины, и у того даже листья не обуглились.
– Следит за нами! – прошептала Эриза. – А вот еще один! Их тут много! Пошли отсюда, пока все не слетелись! Я же говорила – охраняют дорогу. Больше ничего не умеют.
– Сейчас посмотрим, что они умеют, – процедила я сквозь зубы, выбирая цель.
Силовой пульсар – удобный навык на все случаи жизни. Например, сейчас он пригодился мне, чтобы поймать призрака. Бросок, обратное движение, и вот уже летучий огонек отчаянно трепещет, словно бабочка в сачке или муха в паутине – кому как больше нравится. Я собрала пульсар в ладони и плавным движением придала ловушке форму шара, благодаря чему огненный дух приобрел отчетливое сходство с шаровой молнией.
А вот теперь его можно было и поизучать.
Верхний слой – ярость, но что под ней? То, что обычно там и бывает. Боль. И растерянность. Станешь тут растерянным, когда тебя лишают памяти! Я вертела ловушку и так и этак, и во мне разгоралось возмущение против автора того огненного заклинания, спалившего оба войска. Это ж кем надо быть, чтобы придумать такую дрянь! Мало того, что оно сожгло плоть, – оно поразило и души. Заточило в месте гибели и лишило памяти. Зато предоставило полную возможность страдать от этого.
И главное, зачем? Как побочный эффект? Ради чистого искусства?
Я глубже вгляделась в сущность пламени. Какой странный, неестественный огонь! Сжигает живую плоть, но не трогает растения… И эти души погибших. Они одержимы им, заперты в огне, как в клетке. Есть ощущение, что его сотворил какой-то принципиальный человеконенавистник…
Нет, это не был несчастный случай!
– Эриза! – приказала я, осененная неожиданной мыслью. – Достань у меня из-за спины меч святого Чучо! Только аккуратно, косу мне не отрежь… А теперь бей!
– Куда?
– Что значит куда? По ловушке!
Шаровая молния, словно почуяв недоброе, пошла сполохами и заметалась с такой силой, что я ее едва удержала.