Анна Гур – Жестокий муж. Вернуть (не) любимую жену (страница 18)
Злой как черт? - припоминает он мои слова и вопросительно приподнимает бровь. Разве я не права?
Нет. Вообще нет, Эсма. Ты меня отравила. Чего ждала?
Ты всегда такой, Ахмет, - замечаю я. - Со мной. С другими людьми ты сдерживаешься, я уверена. А меня ты не боишься обидеть и разочаровать. Я для тебя ничего не значу. Но именно я вижу тебя таким, какой ты есть на самом деле. Знаю тебя настоящего и не обманываюсь на твой счет, как та женщина, которую ты якобы любишь.
Почему ты постоянно говоришь о ней? - раздражается он и явно пропускает мимо ушей все остальные мои слова.
- Тебя задевает, что она дорога мне, а ты нет?
- Не задевает. Мне все равно. На тебя. Но ее мне жаль. Ведь она любит тебя, если простила за то, что ты не женился на ней! А ты вместо благодарности изменяешь ей с горничными. И со мной. А мог бы этого и не делать. Я была согласна на фиктивный брак.
Ахмет снимает с меня наручники и говорит:
- Не мог. Мне нужны дети, рожденные в законном браке, а не на стороне. Поэтому ты будешь рожать, а она нет. И говори правильно, Эсма... ты жена, а она любовница. Я клятв ей не давал, хранить верность не обязан. Изменяю я тебе, а не ей.
И правда, Ахмет. Как я могла не упомянуть, что ты изменяешь еще и мне... Хочешь знать, что я по этому поводу думаю?
Нет.
Ты останешься один. Потеряешь всех женщин, которыми так бессовестно пользуешься.
С чего вдруг? - усмехается он и, взяв меня за талию, легко выталкивает из ямы.С того, что ты осел! - не без удовольствия сообщаю ему и бросаю в яму лопату. - Баран упрямый!
Разворачиваюсь, и пока он не выбрался следом за мной, удаляюсь вглубь сада
- А ну вернись! Эсма! - доносится мне вдогонку. - Эсма!
И все ближе голос его слышится...
Припустив галопом, я бегу к дому.
Мне срочно нужно в душ, чтобы согреться под теплой водой, смыть с себя грязь и привести мысли в порядок после пережитого кошмара.
Глава 20
Я готовлю постель ко сну, когда из душа выходит Ахмет.
Выглядит он посвежевшим, но предельно уставшим.
На мне взглядом не задерживается. Проходит мимо. Молча.
Напряжение между нами ничуть не спадает, и настолько осязаемо, что его буквально можно пощупать руками.
Я жду, пока Ахмет займет свою половину кровати, а после укладываюсь рядом.
Глубокой ночью меня будит громкий резкий хлопок за окном. Спросонья мне чудится, что я слышу голос отца.
Но это ведь не может быть правдой. Приснилось?
Конечно, да. И все же...
С трудом разлепив глаза, я несколько коротких секунд вслушиваюсь в тишину. Есть в ней что-то... что-то плохое.
Все более отчетливо становится слышен треск.
О, боги!
Дом в дыму. Запах гари повсюду.
Ахмет! - трясу его за плечо. - Просыпайся! Пожар!!!
Эсма... что? - слышу его сонный, полный непонимания голос.
Дом, Ахмет. Горит, - беспокойно повторяю, и он резко вскакивает с кровати.
Уходим, - в полной темноте хватает меня за руку и не просто тянет, а тащит за собой. Волоком.
Спотыкаясь, я быстро поднимаюсь на ноги. Бегу за ним. Слепо, потому что ничего не вижу вокруг.
Только чувствую, что дым усиливается.
Каждый новый вдох оседает тяжестью в груди.
Ахмет останавливается. И ясно почему - выход на первый этаж отрезан. Там снизу дымовая завеса, всю лестницу заволокло.
- Сюда, - Ахмет рывком увлекает меня в противоположную сторону.
Мы бежим куда-то. И только то, что он крепко держит за руку, не дает мне поддаться панике. Но как же страшно!
Другого выхода нет! Кроме той лестницы, к которой уже не подступиться.
Ахмет толкает дверь, заводит меня в гостевую спальню. И сразу направляется к окну. Открывает.
Прыгай, Эсма, - жестко, не допуская возраженийЯ боюсь. Сначала ты, - откашливаясь, прошу. Даже не подходя к окну, я вижу, что на землю прыгать не придется. Вплотную к дому растет высокое дерево. И до веток его можно достать рукой.
Ахмет встает на подоконник. И точным движением спускается на крепкую ветку, которая слегка прогибается под его веCOM.
- Давай, Эсма, - он поворачивается ко мне и протягивает руки. - Не бойся. Я подхвачу тебя.
Я гулко сглатываю. Делаю шаг и... прыжок веры. Ахмет подхватывает меня в полете, и я опускаюсь точно на ветку.
А после мы осторожно спускаемся на землю.
Как только я касаюсь ее ногами, страх начинает отступать.
И теперь приходит полное осознание того, что происходит.
Дом горит. Тонет в огне уже и второй этаж
Ворота распахнуты
Во дворе толпятся встревоженные соседи. А вдалеке раздается оглушительный вой сирены приближающейся пожарной машины.
Все как во сне...
Ахмет вновь тянет меня за руку, мы отходим на безопасное расстояние от дома и направляемся к соседям. Как вдруг я замечаю…..
Отец!
Он лежит на земле в окружении людей. Без чувств, раскинув в стороны руки. Лежит как покойник, мертвенно бледный и неподвижный. И в самом деле, словно не дышит.
- Папа! - я подбегаю к нему, падаю на колени рядом. - Па-па-а-а!
Он не отзывается.
Тогда я тормошу его. И дотронувшись до рубашки, пачкаюсь во что-то влажное и липкое.
- Что... это?! Откуда? - смотрю на свои руки, перемазанные холодной кровью.
В эту же минуту меня начинают оттаскивать от отца.
- Пустите меня!!! - кричу не своим голосом, оборачиваюсь, чтобы посмотреть на того, кто посмел схватить меня поперек живота….. Ахмет.
- Эсма, он мертв, - спокойно и безжалостно.
Я мотаю головой и чувствую, что щиплет в глазах. Нет!
- Да. Мертв. Как и моя охрана, - говорит Ахмет. Скосив взгляд, я с ужасом вижу, что он прав. Все трое. И так же лежат неподвижно на сырой земле.