Анна Гур – Девочка Хозяина Порока (страница 8)
Слышу, как выдыхает с шумом.
– Бросай этого придурка, Иза! С ним тебя ждет только дно. Ты девка видная, красивая. Мужики в очередь должны вставать, чтобы ты на них внимание обратила, а ты закуталась в серые бесформенные тряпки и тащишь на себе алкаша. Ни денег, ни жизни с ним. Ладно бы хоть страдания окупались, а так…
Прерываю поток монолога, который я знаю наизусть. Ничего нового Лоренс мне не скажет.
– Джулс. Я могу к тебе приехать? – делаю паузу и рассматриваю тонкие пальцы с мозолями на внутренней стороне ладоней. Работа с шестом действительно сложна и руки тоже страдают. Поначалу у меня вообще волдыри были, потом приноровилась, с годами кожа немного затвердела, но мозоли под фалангами пальцев не исчезают.
Подруга присвистывает и мне даже кажется, что я вижу ее удивленное лицо с ярким макияжем.
– Приезжай, конечно, смена у меня закончилась, через полчасика буду дома.
Молчу. И Джулс не нарушает тишины.
– А с ночевкой можно? Пара дней буквально, пока решу, что делать?
– Неужели свершилось?! – слышу радостный вопль своей шебутной девчонки. – Приезжай, бухнем на радостях. С меня шампусик.
– Хорошо, – улыбаюсь, – выпить мне не помешает. Тут на трезвую голову не разберешься…
– Ага, – отвечает весело, а потом вдруг замолкает и я слышу сопение, как будто кто-то чайник поставил и забыл выключить.
– Джулс, о чем ты хочешь спросить и не рискуешь?
– Иза, ты прям мысли читаешь… Я тут это… хотела узнать. Ты одна приедешь или с
– О, смотрю, ты прям испереживалась вся, такое участие проявляешь…
Звонко смеюсь. То ли напряжение выходит, то ли от реакции закадычной подружки смешно, а может, и все вместе. Вытираю слезы с глаз и отвечаю хрипло:
– Нет, радость моя, одна приду, Ролчика еще не выписали.
– Какие хорошие новости! Жду! – резво отвечает Лоренс и отключается, а я смотрю на мигнувший и погасший экран.
Забираю сумку и покидаю студию.
Хочется верить, что за спиной оставляю не только прошлое в лице бывшего парня, но и опасного мужчину из другого мира, который странным образом проник в мысли…. Незнакомца, с которым нас свела катастрофа и с которым у меня ни при каких обстоятельствах не может быть совместного будущего…
Глава 7
Сажусь за руль и на ходу звоню.
– Привет, Крис, ты в мастерской?
– Хай, Из, ага.
– Хочу подъехать, доверяю тебе, я тачку разбила, посмотри, сможешь что-то сделать?
– Давай, детка, заскакивай, глянем, что там у тебя, сама как?
– В отличие от машины нормалек.
– Ну давай, жду.
Выруливаю в сторону автомастерской, в которой работает бойфренд Джулс. Крис хороший парень, рукастый, надеюсь на его помощь. Хочется верить, что ребята решат мою проблему по-быстрому и мне не придется устраивать дополнительные разборки с бывшим.
Стоит только въехать в неприметный гараж, служащий автомастерской, как меня обдает едким запахом солярки. Сдаю автомобиль полуголым мужчинам и сажусь на стул, зажав в руках стаканчик с невкусной водой из кулера. Не проходит и получаса, как ко мне подходит Крис.
Красивое лицо измазано маслом, а борцовка оголяет крепкие руки. От этого мужчины пахнет машинным маслом. Мне нравится. Он не отталкивает, а на замызганной черными кляксами симпатичной мордочке открытая улыбка выглядит очень даже сексуально. Передо мной возвышается этакий парень с рекламного плаката австралийских пожарников. Кстати, Крис сам из Австралии. Что сказать. У Джулс хороший вкус.
– Ну, сестра, сказать тебе помягче или привычным языком выражаться? – вытирает руки грязным куском ткани.
– Все плохо, да? – спрашиваю, понимая, что хороших новостей для меня нет.
Кто бы сомневался. Праздник всегда обходит мою улицу стороной.
– Тут полный кабздец. На семь косарей ремонт встанет, и то потому, что ты не чужая.
– С-сколько?
Чуть не роняю стаканчик.
– Из, семь тыщ, тачка твоя стоит немногим дороже небось, но там до фигища повреждений.
– Я поняла тебя. Спасибо, Крис.
Выхожу из салона в дождь. Сезон вечной сырости открыт. Прикрываю на мгновение глаза и собираюсь с силами. Нужно ехать домой и собирать вещи. Как-то договариваться с Робом о тачке.
И самое ужасное, что я даже не представляю, как можно решить подобною проблему.
Открываю дверь ключами, прохожу в темное помещение. На ощупь включаю свет, привычно ориентируясь во мраке.
Мой благоверный все так же храпит на диване. Принимаюсь неторопливо собирать свои вещи. Немного нажила. Что сказать. Все умещается в одном чемодане.
Вытаскиваю ключи из толстовки и кладу в пепельницу в прихожей.
Звук получается довольно громким.
– Вернулась, Иза? Бухло принесла? – раздается хриплый голос и уже через секунду Роб садится на диване.
На мгновение жмурюсь.
Я нахожусь в коридоре, а он в комнате. У меня горит тусклый свет единственной лампочки, висящей под самым потолком, а он во тьме комнаты. Я вижу только силуэт, но подмечаю, как быстро встает и идет в мою сторону.
– А это что ты тут надумала, а, Иза?
Произносит зло и, жмурясь, проходит в коридор, обдавая меня зловонием перегара.
– Че-то я не понял, ты это куда с чемоданом-то? – чешет сальный затылок, а я сильнее обхватываю ручку чемодана и, если что, готовлюсь запустить ему в голову горшком с моими цветами, которые я тоже забираю. Погибнут ведь в этой конуре с этим алкоголиком.
Разозленный мужлан нависает надо мной, а я все о растениях своих думаю. Не хочу, чтобы погибли, не хочу запускать ими по темечку своем бывшему, но, если пойдет в наступление, я сумею себя защитить.
– Роб, не знаю, помнишь или нет, но мы с тобой успели порвать.
На миг высокий голубоглазый блондин выглядит потрясенным, моргает пару раз, пытаясь осмыслить то, что я ему сказала.
А я разглядываю симпатичные черты, на которых уже стоит отпечаток алкоголизма, и меня корежит. Больше нет моей половинки, за которую я так когда-то держалась. Финал. Дальше Робу падать, наверное, некуда. Мы долго шли вниз по наклонной, и наконец пришли к облику, который уже не пропадет. Нет больше звезды баскетбольной команды, остался обрюзгший алкоголик. Подонок, который всегда был сволочью, поспорившей на невинную девочку. Этого я ему никогда не прощу.
– Я ухожу, – говорю четко, чтобы дошло.
Быстро моргает и, наконец, отмирает:
– Развязаться решила?! Так и знал, что я тебе был нужен, пока бабло водилось! Продажная шкура! – орет мне в лицо и брызжет слюной.
Спокойно встречаю истерику. Чем сильнее выходит из берегов он, тем спокойнее становлюсь я.
– Очнись, Патэрсон, денег у тебя лет сто, (лишняя) как не водится. Хотя, думай что хочешь. Мне по фиг. Прощай.
– Иза, ты так просто уйдешь?! – сдувается весь и смотрит на меня. В глаза заглядывает. Не пронимает.
– Да. Я ухожу.
Разворачивается и нетрезвой походкой идет к окну, открывает, опирается руками о подоконник, дышит глубоко. Кажется, что больно ему, но жалости у меня уже не осталось.
Вдруг весь каменеет. Спину выпрямляет и вглядывается во что-то. Разворачивается на пятках. Излучает угрозу и заставляет напрячься. Понимаю, что именно он увидел, ведь окно выходит на парковку.
Роберт медленно приближается, а я готовлюсь к худшему:
– Решила назло мне тачку расфигачить напоследок?! Да, Иза?!