Анна Губарева – Лента для мух (страница 2)

«Вот оно и случилось» – подумала Айра. К ней обратился за помощью ребёнок, оставшийся один в этом большом и опасном городе. В этом жестоком городе, полном жестоких взрослых. И кто вообще оставляет детей без присмотра в наше время? Те, кому наверняка плевать на детей. В общем-то, матери Айры тоже было на неё плевать, может, поэтому ей не хватает смелости даже на то, чтобы убить чёртову муху?

–Ты можешь сидеть рядом со мной, за прилавком. Только пригнись, чтобы тебя не видно было,– буркнула она. Айре не особо хотелось быть втянутой в чужие проблемы, особенно после слов о том, что за девочкой кто-то следит, но не выгонять же её из лавки? Нехорошее предчувствие легло на грудную клетку, но совесть не позволяла оставить ребёнка один на один с этой проблемой. В конце концов, она вызовет полицию.

–Спасибо!– благодарно кивнув, девочка поспешила к кассе, и только сейчас Айра скользнула вниз, замечая разбитые коленки и знакомый подол сарафана. Широко раскрыв глаза, она ещё раз посмотрела в лицо девочки, а после – вновь на колени, мысленно отмечая, что ошибки быть не могло – это были те самые колени.

Как только девочка оказалась рядом и с любопытством принялась рассматривать леденцы на ближайшей витрине, Айра заметила, что кое-что в ней изменилось. Подол сарафана, что до этого имел только одну складку, в том самом месте, где задирался от ветра, теперь был ужасно мятым. Словно его изо всех сил сминали в пальцах. Наверняка это была сама девочка, от нервов теребившая подол. Но в голову Айры почему-то пришла совсем другая мысль. Тот потный, толстый парень постоянно кидал на бедняжку сальные взгляды. Что, если это был он? Что, если он всё-таки догнал её у одного из переулков, что, если навалился на неё и запустил свои толстые пальцы, куда не следует? Айра посмотрела на леденцы, на которые засматривалась девочка, и невольно поморщилась. Возможно, ей чудом удалось сбежать, и вот теперь она здесь, прячется от того ублюдка? Человек в её голове мгновенно перешёл из определения «вспотевшего полноватого парня» в «жирную озабоченную свинью». А ведь Айра вспомнила его – этот тип то и дело заходил к ней утром в среду и пятницу за бутылкой сладкого, газированного энергетика. На его месте Айра бы пила воду. Теперь при одной мысли об этой свинье становилось тошно, хотелось принять душ, чтобы смыть с себя капли пота. Словно они делали её похожей на ублюдка.

Дверной колокольчик вновь зазвонил. Айра вздрогнула, плечи её напряглись раньше, чем она успела это понять. На пороге показался высокий, даже несмотря на сутулость, мужчина. В такую жару он был облачен в коричневого цвета костюм, видимо, работал в местных офисах. Девочка отреагировала на удивление быстро, скользнув под стол так, что даже два дурацких хвостика на её голове не выглядывали из-под столешницы. Посетитель неспешно прошёлся вдоль полок с напитками и остановился напротив нескольких жестяных банок кофе. В том, как он двигался, в том, как неспешно покачивался его портфель для бумаг, было что-то напрягающее. Или же Айра преувеличивала? Но что, если за девочкой наблюдал именно он? Этот скрюченный, и тем не менее вытянутый, словно длинное насекомое, человек? Он вдруг что-то спросил, и Айра, погруженная в собственные мысли, сразу не поняла, что вопрос адресован ей. Тогда мужчина, не оборачиваясь, повторил его с едва читающейся ноткой раздражения:

–Кофе. Какой кофе посоветуете?

–Я не пью кофе,– вообще-то Айра пила кофе, особенно в банках, но этот скрюченный тип, рыщущий в поисках бодрящего напитка, в очередной раз напомнил ей о жирной свинье. Помогать ему совершенно не хотелось. Ну продаст она на бару банок меньше – ничего не случится.

–Что за человек в наше время не пьёт кофе? – то ли удивился, то ли возмутился скрюченный. Чем больше Айра о нем думала, тем меньше хотела находиться с ним в одном помещении. Выцепив своими длинными пальцами кремово-коричневую бутылку, мужчина принес ее на кассу. «Должно быть, он выбрал банку в цвет своего костюма» – подумала Айра. Вдруг что-то прижалось к её ноге, пустив неприятные мурашки по всему телу. Айра вздрогнула и мгновенно бросила взгляд вниз, на прижавшуюся к её ноге девчонку. Неужели она была так напугана? Бледное, кукольное лицо её сморщилось от беспокойства. Айра тоже хотела сморщиться от беспокойства, правда, её лицо было далёким от «кукольного».

–Ваша сдача,– протянув ладонь, Айра выдала мужчине несколько монет и безотрывно наблюдала за тем, как тот выходит из магазина. Ушел. Облегченный выдох вырвался из её груди, и Айра чуть отошла от прилавка, дабы девчонка не жалась к не так сильно.

–Похоже, это не он. Скоро там твои родители освободятся?

–Мама с папой работают до шести, но если я вам мешаю, то, конечно, могу…

–Не мешаешь ты мне,– девчонка выглядела напуганной и ещё слишком маленькой, чтобы за себя постоять,– Как тебя вообще одну отпускают? Сколько тебе?

–Одиннадцать,– она проговорила это тихо, будто стыдясь, и Айра мысленно возмутился такому безответственному отношению. Подумать только! Отпускать куда-то одну девчонку одиннадцати лет! Очевидно, заметив её недовольство, девочка выглянула из-под столешницы:

–Простите, папа или мама обычно забирают меня у лавки мороженого через дорогу, но тётя Грет сегодня не работает.

Честно говоря, Айру не волновала тётя Грет и то, почему сегодня она не работала. Выгонять девчонку не хотелось, и в тот же самый момент она ощущалась красной тряпкой для быка, что вот-вот ворвётся в продуктовую лавку. «Лучше сказать – для свиньи» – пронеслось в голове Айры.

Так прошла ещё пара часов. Среди посетителей были и мужчины, и женщины, даже одна пожилая пара, купившая целых три торта. Айра подумал о том, что, будучи стариком, будет жить так же, скупая все вкусности мира. До того, как родители девочки освободятся, было два с половиной часа. Айра отсчитывала каждые десять минут, прислушиваясь к колокольчику входной двери. Все было спокойно. Возможно, ей просто показалось? Услышав знакомый звук голодного живота, Айра скосилась на девчонку.

–Есть хочешь?

Та утвердительно закивала, сминая кукольно-пухлую губу. «Конечно, хочет, дети всегда хотят есть». Вот почему она не хочет иметь детей. Айра осмотрелась в поисках того, чем можно было накормить ребёнка. Остановившись на грушах и небольших шоколадных кексах, он поставила все на тарелку из подсобки и протянула девочке. Все дети любят сладкое. Еда исчезала с тарелки со скоростью света, но это ничего, в подсобке было много кексов. И тут до Айры дошло: все это время можно было держать девчонку в подсобке! Она вела к чёрному выходу и была не самой уютной, но зато всяко удобнее, чем под столом. Предложив вариант девочке, она, к своему удивлению, встретила отказ.

–Это еще почему? Ты ведь не хочешь, чтобы тебя нашли.

–Я буду там совсем одна – страшно. Лучше здесь, рядом с вами.

«Вот черт, а ведь ещё на прошлой смене там был телевизор. Можно было бы подманить девчонку им». Однако телевизора не было, и Айре ничего не оставалось, кроме как смотреть на уменьшающееся количество еды на тарелке.

Зазвенел дверной колокольчик. По уже отработанной схеме девчонка юркнула глубже под стол, прижимая к себе тарелку, Айра же, наконец, оторвала от неё взгляд, поднимая его на дверь. Вдруг сердце её сжалось и рухнуло вниз, по спине прошли неприятные мурашки, словно сотни лапок прилипших к лентам мух. В дверях стоял толстый, лоснящийся то ли от жира, то ли от пота парень. Его пухлые пальцы выудили из кармана скомканную салфетку и стёрли блестящую влагу над губой. Айра почувствовала, как собственные пальцы впиваются в край стола, и она изо всех сил постаралась не буравить свинью взглядом. Ей в первые же секунды показалось, что ублюдок выглядит беспокойно. Проходя внутрь магазинчика, он пробежался взглядом по полкам не в поисках чего-то конкретного, а так, чтобы просто осмотреться. Так делали многие посетители, но сейчас это походило на попытку оттянуть время, нежели на желание найти что-то вкусное.

–Что-то подсказать? – единственное, что Айра хотела бы ему подсказать – это как найти выход. Однако это затянутое напряжение давило на неё, словно железные прутья. Каждый тяжёлый шаг отдавался набатом в её голове, приближая необратимость развязки. Толстяк пробурчал что-то, Айра не разобрала или не хотела разбирать, стоя за прилавком и следя за каждым движением посетителя. Край её глаз зацепился за липкую ленту, вызывая неприятное чувство в желудке. Виной ли тому голод, напряжение или вид толстяка рядом с липкой лентой, но тошнота настойчиво подступила к горлу. Айра попыталась сглотнуть её, зажала рукой рот на несколько секунд и зажмурилась. Тяжёлый шаг, прозвучавший совсем близко, заставил девушку открыть глаза и упереться взглядом в раздражающего посетителя.

–Я там…это…на улице кошка. Я бы хотел её покормить. У вас есть корм для котов?

Вопрос был таким неожиданным, что Айра закашлялась, все ещё чувствуя лёгкий и неприятный спазм в желудке. Зачем такому, как этот тип, вообще подкармливать кошек? Корма для котов в магазине были, только влажные. Взяв пакетик с полки позади себя, Айра почувствовал внутри него перекатывающиеся кусочки в желе, когда пальцы сжали корм сильнее. Ей не нужно было вскрывать упаковку, чтобы в носу моментально появился знакомый запах. Все знают этот запах влажных кошачьих кормов. Кто-то из ее друзей даже пробовал такой на вкус, сама бы Айра на такое не решилась. Она была обычной девушкой. Нормальной девушкой.