Анна Гринь – Веер маскарада (страница 18)
Нервы, которые держала в узде все последние часы, окончательно разбежались в разные стороны, так что сама себе я представлялась несвязанным пуком срезанных колосьев. Пытаясь хоть как-то успокоиться, я запустила пальцы в распущенные волосы и, на миг сжав пряди, дернула посильнее, надеясь с болью убрать понимание своей глупости.
– Это же маскарад был, понимаешь? – Голос походил на воронье карканье. – Я не уверена, что он стремился понять, с кем провел ночь… Как и многие там… Мне так стыдно… Особенно перед сестрой. Если Вира узнает, как низко я пала…
– Ой, прекрати! – взвыла Ройна. – Ты же сама мне рассказывала, что чародейки должны быть независимыми, свободными. А теперь что? Ну, провела ты ночь не пойми с кем в отместку Кланту! И что? Не такая большая ценность твоя девственность!..
– Да я вовсе не из-за невинности переживаю, – честно выдохнула я. – Просто не думала, что совершу такую глупость! И страшнее всего кажется то, что Клант по глазам может все понять. Представляешь?..
– Ой, не городи ерунды! – отмахнулась Ройна. – Тебя послушай, так будто клеймо на… лоб месте получила!
Я зажмурилась и тихо, так что сама еле услышала, произнесла:
– Мне… понравилось…
– О! Вот это совсем другой разговор! Вот эту тему я руками и ногами поддержу! – расхохоталась заварэйка. – А то завела: стыдно, глупо… Раз приятно, значит, стыдно быть не может!
Я с облегчением улыбнулась, хотя внутренний голос продолжал костерить мою взбалмошность.
– Помнишь Карину? – хитро спросила девушка.
– Как можно забыть! – согласилась я, вспоминая безудержно веселую девчонку, не сумевшую продержаться в Академии больше трех лет.
– Я ее видела недавно! – сообщила Ройна с усмешкой. – Карина, как и обещала, стала известна! Она здесь, в Столле. Вышла замуж за какого-то очень богатого торговца, вот только муженек ей достался глухой и подслеповатый. Даже до меня слухи долетели, что женушка ему изменяет с каждым подвернувшимся…
– У-у-у!
– А ты тут из-за одной ночи переживаешь! – с серьезным видом добавила подруга. – Я бы, на твоем месте, вернулась обратно в Лесс и взяла в оборот этого твоего… случайного…
Ройна гаденько захихикала, заставив меня покраснеть.
– Прекрасным, Эмма, нужно пользоваться… пока дают!
Я расхохоталась над словами подруги и на миг прижалась к ее плечу, чувствуя такой мир и покой, что все произошедшее показалось незначительным, не стоящим переживаний.
– Скажешь, кто это был? – с хитринкой во взгляде уточнила Ройна.
Мне пришлось отрицательно покачать головой.
Какой смысл? Все равно повторять этот опыт, пусть и получившийся столь чудесным, именно с этим… нужно признать это… легардом, я не планировала. Да и вряд ли он вообще обо мне вспомнит. Одна ночь… без обещаний и заверений. Без любви. Только желание и страсть, случайные и непреодолимые, навеянные обидой и разочарованием в себе.
– Ну, и ладно! – беспечно ответила заварэйка, вставая. – Не так уж это и важно. Я все равно не претендую…
Пройдясь по комнате, Ройна вернулась к складыванию своих платьев в сундук, но вдруг замерла, словно что-то вспоминая, а затем расстроено хлопнула себя по бедру.
– Тебе же подробный план практики просили передать! – объяснила она мне свое поведение. – Я забыла совсем! На столике возьми.
Пройдя к столу у окна, я сразу заметила перевязанную веревочкой стопку листов бумаги и пергамента. Сверху лежало подписанное и заверенное разрешение на пересечение всех границ княжеств.
Оказывается, я и забыла, что это такое – путешествовать по континенту своим ходом. Портал заменил это долгое и неприятное времяпрепровождение. Неужели теперь придется о нем забыть?
Перебрав несколько листиков, я обнаружила и документ на получение лошади в конюшне Академии.
«О нет!»
Самые худшие подозрения начинают сбываться. От коня ведь не избавишься, случайно забыв на каком-нибудь постоялом дворе близ Столла, а таскать его с собой через портал не смогу.
– Я уже чувствую, как будет болеть все тело, – хихикнула Ройна. – У меня тоже такое разрешение. Там еще должно быть: на получение денег на расходы, на питание, проживание, фураж для лошади. Все остальное необходимо вытребовать за проделанную работу.
Быстро перебрав разнородные листики, я обнаружила все указанные подругой бланки с сургучными оттисками и окончательно приуныла. Отписанных сумм едва ли хватит до первого пункта назначения, если добираться туда верхом.
Сверившись с планом практики, я вздохнула. В первую очередь нам с Карром предстояло посетить князя Торры, на несколько недель обосновавшись в его замке в Мукоше. В задании время нашего пребывания было обозначено весьма расплывчато. Под «изучением архивов прибрежных земель» могло подразумеваться все, что угодно. Одно для меня было ясно – мне предстоит проскакать верхом не меньше пяти дней, останавливаясь…
Я прошла к висевшей на стене карте и внимательно ее рассмотрела, хотя и так прекрасно помнила все названия. На пути лежало три города. Нам представлялась возможность сделать незначительный круг и заехать в большую и знаменитую Жирру. Город называли так не просто, с давних пор именно там производили лучшее мыло в княжествах. Более северные Синиол, Здобб и Тартра больше походили на большие поселения, чем на города, но зато вокруг них расстилались холмистые луга побережья спокойного северного моря Тиридор, в которое больше всего вдавался контур защитной стены легардов. На лугах этих земель разводили самых лучших овец, что были не прочь взобраться на высящиеся на востоке Торры горы, разделенные надвое границей с Адирреном. Именно из этих северных городов в Жирру свозили все необходимое для вываривания мыла.
Сверившись с маршрутом, я задумалась над возможностью сократить путь в Мукошь через Турру и Тиссу – небольшие и во многом схожие города, ничем не отличавшиеся от других здесь, на севере континента. Но в сравнении с южными княжествами, что, кроме Эдиша, не отличались обширными территориями, города севера были и крупнее, и богаче, ведь именно здесь разводили продаваемый даже в Легардор скот.
– Рой, раз уж ты из нас двоих больше увлечена Карром… Не знаешь, где я могу его найти в Столле?
Подруга на миг замялась, обдумывая мой вопрос.
– Не думаешь же ты, что я слежу за…
– Рой, ничего не думаю, – улыбнулась я совершенно искренне. – Мне нет дела до того, следишь ты или не следишь за нашим балбесом Карром. Просто на вопрос ответь, а?
Девушка покраснела, насколько это было возможно с ее цветом кожи. На щеках золотисто-чайного оттенка проступили темные, как лепестки поздних роз пятна. Натянуто улыбнувшись, заварэйка тихо вымолвила несколько звуков, но я не смогла разобрать ни единого слова. Прокашлявшись, Ройна начала вновь, отрывисто рассказывая то, что ей было доподлинно известно.
– В городе он живет в частном доме. Улица Крюшон, дом без цифры, со стороны базарных рядов первый справа. Узнать очень просто: желтые стены с облупившейся штукатуркой. Раньше этот дом принадлежал знахарю, вроде бы. Вывеска так и осталась на месте, поскрипывает на ветру кованой медной ступкой с торчащим из нее пестиком. – Ройна отвернулась, наигранно увлеченно перебирая сваленные в кучу чулки. – Я несколько раз была рядом с этим домом, но мне всего однажды удалось застать Карра дома. Он ненадолго пустил меня внутрь. Чай он готовит отвратительный, имей ввиду! Я попробовала его расспросить о доме, но Карр отмалчивался, хотя там и без объяснений видно, что лавка была куплена кем-то из родни. Уж очень дом большой. Огромный! Комнаты – как озера! Я такие лишь в Академии видела. Вот только Карр не подумал хоть немного их расчистить после прежнего владельца. Весь первый этаж напоминает огромную лабораторию, со стеллажами, на которых теснятся разноместные банки и флаконы; с расшатанными столами, покрытыми слоем вековой пыли. Представляешь, один из этих столов был сплошь уставлен ступками! И глиняными, и дорогими, каменными. Даже деревянная, проеденная жучком нашлась! Зачем ему все это? Что-то я не замечала за Карром большой любви к лекарствам и тому подобному…
Ройна неопределенно повела рукой. Под этим жестом могло скрываться все, что угодно. Зная подругу много лет, я без труда поняла ее отношение. С самого первого года заварэйка возненавидела все завязанные на дарах природы чары. Ее нелюбовь явно была вызвана бабушкой, стремившейся обучить единственную внучку знахарскому делу, но Ройна упиралась всеми силами.
– Только знай, – предупредила подруга, – маловероятно, что ты застанешь Карра дома. Он вечно пропадает где-то. Если расспросить всех его знакомых, то тебе непременно понарассказывают небылиц. Словно бы утром его видели в базарных рядах, где он не только не заплатил, но и обвел торговку на пучок редиски. В обед Карра обязательно заметят сразу и в городской ратуше, и в бане, и в пяти трактирах, причем в последних ты узнаешь, что нашему другу лучше не появляться там в ближайшие недели, раз он не умеет играть честно.
Рассмеявшись над словами Ройны и понимая, что она говорит правду, я еще раз пересмотрела план практики, прикидывая, как бы половчее отвязаться от Карра хотя бы на одно задание. Именно сейчас мне физически хотелось побыть вдали ото всех знакомых.
Внизу, на первом этаже, громко хлопнула входная дверь и с хозяйкой пансиона кто-то заговорил. Я без труда различила нотки низкого мужского голоса. Сердце вдруг с грохотом забарабанило в груди, но я мгновенно подавила эту ненужную слабость.